История деревни Озенбаш (исторический этюд)

03.07.201711:53424
село счастливое

 

Чем больше следов материальной и духовной культуры остается от прошлого, тем более объективную и подробную историю можно воссоздать. Основываясь на доступных нам исторических фактах, многочисленных опубликованных воспоминаниях, попытаемся описать прошлое одного из уголков Крыма, получившего свое историческое название Озенбаш.

Он разделен на две части: Буюк Озенбаш и Кучук Озенбаш. Учитывая географическое расположение, порой Кучук Озенбаш называют Юкъары Озенбашем (Верхний Озенбаш), а Буюк Озенбаш – Ашагъы Озенбашем (Нижний Озенбаш). То небольшое расстояние, которое разделяло их, было покрыто садами, чаирами, которыми были окружены оба села. Поэтому как такового разрыва, оторванности этих двух частей не ощущалось. Наш известный поэт, литератор Сейтумер Эмин писал: «Бельбек озени Буюк Озенбаш коюнинъ дагъларындан башлай. Асыл да, онынъ ичюн де, койнинъ адыны Озенбаш къойдылар. Бир вакъытларда о терен, кенъ, къудретли озен олгъан. Бу озен мавы дагъларны, дерелерни-тепелерни кече, гурь багъчаларны экиге боле, бутюн районны кечип, Акъяргъадже келе де Къара денъизге текюле…» ( С. Эмин. Дженкявер акъран койдешлерим .Йылдыз, №5, 1988).

Озенбаш расположен в живописном северном предгорье Крымских гор. Наличие постоянных и обильных источников воды (рек и родников), лесов, богатых растительной пищей и фауной благоприятствовали для раннего поселения и обитания здесь людей. Естественным жилищем им, пристанищем в непогоду, спасением от диких зверей служили многочисленные гроты, пещеры. «Горный Крым в особенности дал в своих многочисленных пещерах следы древнейшего здесь человека. Да и как ему было здесь не жить среди благодатной природы. Богатейшие горные луга, чудесные долины широких ущелий, заросших пышной растительностью с их живым и пернатым миром – все это было в распоряжении человека» ( А.С. Башкиров. Доисторический человек горного Крыма. Забвению не подлежит. Казань, 1992. Стр 21).

Наиболее ранние археологические данные о поселении здесь людей относятся ко времени тавров и связаны с их необычными могильниками. «Таврские могильники VI-V вв. до н.э. в селах Шелковичное (бывшее Коуш), Лесниково (Стиля), Счастливое (Биюк-Озенбаш), Зеленое (Татар-Осман) состоят из четырех массивных вертикальных плит… На основании остатков костяков устанавливается состав погребенных: каменные ящики представляли собой семейные гробницы, содержавшие по несколько захоронений. Антропологический материал указывает на принадлежность погребенных к европеоидной расе с южносредиземноморским уклоном» (Крис Х.И. Кизил-Кобинская культура и тавры. Свод археологических источников. М. 1981. Д1-7, с. 55). По воспоминаниям многих озенбашцев, еще в 1920-30-е годы, выпасая на окраине села скот, они натыкались на эти «каменные ящики», играли рядом с ними, проникали внутрь и называли их урумскими могилами. Сохранились воспоминания Асана Мустафаева (Мыхчы) (1924, Буюк Озенбаш, 2015, Бахчисарай), в которых он называет эти могильники «кастриль эвчиклери». Вероятное объяснение значения слова «кастриль» исходит из трактовки наименования утраченного населенного пункта Кастрополь (близ Берегового, на ЮБК): « крепостца, крепостенка» с греческого или «крепость» с греко-таврского ( В.В.Мухин. А.Я. Кузнецов. Крымские горы: возвращение к истокам. Киев, 2007. С. 222). Выходит, «кастриль эвчиклери» – домики-крепости. Некоторые могильники были размыты дождевыми потоками, некоторые – разобраны по мере расширения культивируемых сельхозугодий. Ныне от них ничего не сохранилось.

На землях Озенбаша оставили свои следы готы, проникшие в Крым в сер. III в. н.э. «Готские одиночные захоронения VI-VII вв. обнаружены в Узень-Баше, близ Скалистого, Чилтер-Кобы и т. д.» ( В. Е. Возгрин. История крымских татар. Т. 1. стр. 180).  «Бесспорно, готские следы ученый ( Н. И. Репников) обнаружил на большой площади от Коккоза и Озенбаша до Ускута» ( Там же, стр.202). Несмотря на последующие наплывы других поселенцев в Крым, готы долгое время сохраняли свою идентичность (высокие, светловолосые, с голубыми глазами и др. признаками северной расы), но к концу XVIII в. его теряют, сливаясь с местным населением.

Нередко в своей речи старшее поколение озенбашцев называло «катфиридами» (т.е. немецким именем Готфрид) жителей ряда деревень предгорного Крыма. Хотя порой это слово применяли и к самим озенбашцам.

Следующие исторические свидетельства относятся к более позднему историческому периоду. Длительный процесс распространения ислама в Крыму, его укоренения, образования государства – Крымского ханства, приводят к формированию «кадылыков» – административных единиц, где судопроизводство, поддержание существующего порядка в соответствии с нормами ислама, присмотр за нравственным обликом подданных осуществлялось судьей – кадием. «Всех кадылыков в Крыму было 48 из коих 4 принадлежало непосредственно турецкому султану, а именно Кафа, Мангуп, Судак и Ени-Кале… Кадылык Мангупский (всего 74 деревни): … Биюк-Озенбаш (или Ашагъы-Озенбаш), Кучюк-Озенбаш (или Юхары-Озенбаш)… Стиля, Кувуш» ( П. Кеппен. О древностях южного берега Крыма и гор Таврических .С-Пб. 1837. с.73). Ислам в течение долгого времени замещал предыдущие религиозные верования насельников этих мест.

В 1778 г силой российского оружия и при пособничестве маргинального митрополита Игнатия (духовного главы христиан Крыма) из Крымского ханства в Приазовье были депортированы около 32000 жителей Крыма христианского вероисповедания.

Есть некоторые свидетельства того, что депортация коснулась и жителей Озенбаша, часть которого, видимо, еще не приняла ислам и продолжала исповедовать христианство. Ф. Браун в труде «Мариупольские греки» ( С-Пб, 1890. с. 778-83) пишет: «В названиях сел греков повторяются названия крымских сел, из которых вышли основатели их… В Большой Янисале поселились жители крымской деревни того же названия и, кроме того, выходцы из села Аян; до настоящего времени село распадается на две части: одна Янисала говорит по-гречески, другая – по-татарски. Т. к. последняя называется Озенбаш, то вероятно в нее вошли также выходцы из этой крымской деревни…». Не желая быть выселенными, часть не мусульман обратилась в ислам. Переселенцы еще долго помнили о родимых местах и навещали оставшихся в Озенбаше родных, о чем свидетельствуют устные предания.

Попутно стоит отметить, что ныне в Красногвардейском районе Крыма есть село Тимошенко, историческое название которого до событий мая 1944 г. – Озенбаш. Село было основано в 1920-е гг. выходцами из Озенбаша, когда по инициативе Вели Ибраимова, председателя ЦИК Крымской АССР (его дед Мемет был выходцем из Озенбаша), из густонаселенных сел крымцы стали перемещаться в другие местности Крыма, осваивать новые земли и создавать новые села.

После ликвидации Крымского ханства Российской империей в 1783 г, перед началом русско-турецкой войны 1787-1791гг. решением российского военного командования все прибрежные крымские татары сел от Балаклавы до Алушты были переселены в глубь полуострова. Из общего числа переселенных в 3214 человек 501 было поселено в Озенбаше. (ИТУАК.№ 10, 1890г, с. 83-93). Сведений о том, какое количество и когда возвратились в свои места не имеется. Вполне возможно, что определенная их часть осела в Озенбаше и отсюда идет некоторая схожесть своеобразного диалекта озенбашцев с южнобережцами (ялыбойцами).

Описание быта, нравов озенбашцев можно найти во многих исследованиях российских этнографов и естествоиспытателей, относящихся к XIX в. Значимые события общественно-политической жизни Российской империи в определенной степени коснулись и озенбашцев. Известно, что в царской армии несли службу крымскотатарские конные полки, которые формировались на добровольной основе (и при этом всегда были в полной укомплектованности). Однако в Отечественной войне 1812 г с французами, вопреки прежним обещаниям не привлекать к обязательной воинской службе крымцев, царизм решил провести наборы в армию. Когда жители Буюк Озенбаша выразили свою непокорность, были подавлены силой оружия. В Крымской войне 1856 г на плечи озенбашцев легли непосильные разнарядки по поставкам подвод и продовольствия для царской армии, и они обратились к губернатору с просьбой об облегчении их участи. В годы Первой мировой войны, когда обязательная воинская служба уже распространялась на все крымскотатарское население, много озенбашцев были призваны в действующую армию. Сохранились сведения об участии в этой войне Дере Къуртмолла (1890-1982), Ибраима Хаяли, Сейтумера Тоймаза (?-1934), Ильяса Османа Томалаха (1888-1990). Последний в своих воспоминаниях говорит о том, что из Буюк Озенбаша созвали 500 молодых людей. При всей возможной преувеличенности данной цифры число мобилизованных получается большим. Известно, что Озенбаш был одним из многонаселенных деревень Крыма, возможно уступая первенство только южнобережному Ускуту (ныне – Приветное). В.В. Мухин и А.Я. Кузнецов в приложении к своей книге приводят список населенных пунктов Ялтинского земства с указанием численности местных жителей в 1817-1912 гг. По Озенбашу приводятся такие данные:

  1817 г. 1836-38 гг. 1842 г. 1864 г. 1905 г. 1908-09 гг. 1912
Буюк-Озенбаш (чел.) 160 300 305 1552 1869 2012 2000
Кучук-Озенбаш (чел.) 80 100 133 401 364 1021 1000

* в т.ч. 7 русских; * в т.ч. 24 русских

Другой источник «Издание статистического комитета: волости и важнейшие селения Европейской России» ( С-Пб,1886, с.2) приводит такие данные:

– д. Биюк-Узенбаш: дворов 306, жителей 1836, мечетей 5, школ 5, 11 лавок, 2 цирюльни, базар по пятницам;

– д. Кучук-Озенбаш: дворов 147, жителей 882, мечетей 2, школ 2, лавок 5.

Школы (мектебы) функционировали при мечетях, поэтому их количество в какой-либо местности обычно соответствует числу мечетей.

В фондах Государственного архива Крыма хранятся материалы о мечетях Буюк Озенбаша, данными которых подтверждаются многочисленные воспоминания о том, что здесь были пять мечетей. Одна их них Джума-джами (соборная мечеть) была воздвигнута приблизительно в 1740 г. Остальные были маалле джамиси, т.е. квартальные мечети. В середине XIX в. было основано медресе. «В Буюк-Узеньбаше (в Ялтинском земстве) было специальное духовное училище (медресе) с 6-летним курсом обучения (ученик – сохта). В 1998 г. его мудерисом (от мудир – заведующий) был Сеит Эннан эфенди Сеит Ягъя оглу, а в 1905 г. Джемалядин эфенди. Поступали в училище с 12 лет и только после окончания мектеба. При обучении в медресе обязательными были основы религии, мораль, этика, толкование Корана, мусульманская философия, изречения Мухаммеда, морфология, синтаксис, грамматика, законы шариата… Усилиями земства были открыты министерские училища во многих селениях: … в 1881г. в Биюк-Узенбаше (открыта повторно, в 1870-х гг. закрывалась «за недостатком учеников»), … в 1895 г. в Кучук-Узенбаше» (В. В.Мухин. А.Я. Кузнецов. Указ соч. стр 138-140). Напомним, что в министерских училищах ставилась задача обучения на русском языке светским дисциплинам, что вызывало непонимание среди крымцев, не представлявших обучение на чуждом языке и с отсутствием религиозного образования.

Описание Озенбаша в XIX в. можно встретить в трудах ряда исследователей прошлого и настоящего Крыма. Так, А.Л. Бертье-Делагард (1842-1920) пишет: « …добрались до Биюк-Озенбаша. Это селение, одно из самых наибольших и красивых в Крыму, находится в таких постоянных и близких связях с Ялтой, что и без указаний каждый тут найдет отличное пристанище со всеми удобствами, почти городскими и полною предупредительностью хозяев-татар…» ( А.Л. Бертье-Делагард. Керменчик ( Крымская глушь). Одесса. 1899. с. 45).

3

Значительный материал-описание своего посещения Буюк Озенбаша оставил Е. Марков в многократно переизданных «Очерках Крыма». Путь из Ялты в деревню им был проделан через Яйлу (заглавная буква используется Е. Марковым). Этим путем испокон веков жители ряда предгорных деревень пользовались для связи с южнобережьем.

События, происходившие после Октябрьского переворота 1917 г., во всей полноте отразились на судьбах всех озенбашцев: голодные 1921-22, 1932-33 гг., коллективизация сельского хозяйства и неразрывно связанное с ней раскулачивание, борьба с религией, террор 1937 г, война с фашистской Германией 1941-1945 гг. Много озенбашцев было мобилизовано на фронт. Более 200 фамилий и имен озенбашцев – участников боевых действий на фронтах и в партизанских отрядах указано в книгах об этой войне.

10 мая 1942 г. произошло событие, оставившее незабываемый след в судьбе  озенбашцев. Согласно одного из постановлений Советского военного командования («разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск») Биюк Озенбаш был подвергнут бомбежке советскими самолетами. Сохранилось много воспоминаний, согласно которым погибло до 35 человек разного возраста. В одной только семье Сельвера Джеббарова погибло 7 человек (по воспоминаниям Рамазана Сейтабла Паста, 1990 г). Было разрушено много строений. В огромное месиво превратилось стадо скота, возвращавшееся с пастбища и попавшее под бомбовый град. В 2012 г. на стене Джума-джами, расположенного в центре села, была установлена мемориальная доска с указанием тех имен погибших, которые сохранились в памяти свидетелей того события и в память жертв последующих событий.

Другая трагедия постигла озенбашцев в декабре 1943 г. Теперь оккупационное фашистское командование Крыма отдало приказ сжечь все деревни, население которых оказывало помощь и поддержку партизанам. Тогда полностью или частично было сожжено 88 населенных пунктов, 80 из которых были крымскотатарские (« Голос Крыма», 23.05.2014 ). Среди сожженных были Буюк Озенбаш, Кучук Озенбаш, Татар Осман, Коккоз, Стиля. Накануне данной операции немецкое командование отдало приказ всем жителям покинуть Озенбаш и перебраться за линию далее Албата  Куйбышево). Разрешалось забрать все имущество, скот. Часть озенбашцев, вопреки данному указу, ушла в лес и присоединилась к партизанам. В ходе данной карательной операции из 450 домов было сожжено 408. Каменные строения взрывали с помощью мин. Лишь весной 1944 г. озенбашцы получили возможность вернуться к своим пепелищам и заново обустраиваться. По давней традиции к Хыдырлезу закончили посадочные работы. Однако следующая трагедия затмила все предыдущие: тотальная депортация народа из Крыма, трагедия 18 мая.

Рано утром 18 мая 1944 г., поголовно изгнав людей из их жилья, на грузовиках свезли на станцию Сюрень и Бахчисарайский железнодорожный вокзал. Отсюда груженые эшелоны отправились в безызвестность. Семьи оказались оторванными друг от друга, так как народ направили на поселение в различные регионы Советского Союза.

На примере одной буюкозенбашской семьи можно показать отражение многих событий ХХ века на судьбах всего крымскотатарского народа. Вышеупомянутый участник Первой мировой войны Къуртмолла (Дере) Мустафа (вернувшийся с войны с царскими наградами за храбрость) в годы советской коллективизации сельского хозяйства, став перед угрозой раскулачивания и высылки в неизвестность, с двумя детьми и женой, оставив (по его словам) свое «убогое хозяйство» перебрался в Ялту и устроился там на работу грузчиком. Стал жить в Ай-Василе. Имея ранение еще с Первой мировой войны, в войне с гитлеровской Германией призыву не подлежал. Во время оккупации продолжал жить в Ялте. Вскоре, чтобы избежать мобилизации на принудительные работы в Германию 17-летнего сына Рустема, отправил его к родным в Буюк Озенбаш. Однако во время бомбежки деревни в мае 1942 г., он был ранен осколком в бедро. Эта рана привела к заражению крови и спасти его не удалось. Дом семьи в Ашагъы маалле был сожжен в декабре 1943 г. В депортации его семья, как и часть народа, оказалась в Костромской области на лесоповале. В 1947 г. по вызову родных он с семьей перебирается в Узбекистан. В 1967 г. после выхода Указа об отмене огульных обвинений в отношении крымских татар семья решила возвратиться в Крым, но не знала о том, что дорога народу на Родину была закрыта. Не желая оставаться в местах принудительного поселения, часть разросшейся семьи перебралась в Краснодарский край, поселок Архипо-Осиповка, природа которой напоминала им родной Крым. Там и нашли упокой души Къуртмолла (Дере) Мустафа и его супруги Анифе (Бай) Мустафа. Подобная судьба не только у многих озенбашцев, но многих крымцев того поколения.

 

Топоним Озенбаша прочно закрепился в крымскотатарском фольклоре, так как герой бесчисленных смешных историй, острот, афоризмов и лятифе (анекдотов) Ахмет-ахай считался родом из Озенбаша и, повествуя о нем, всегда указывают: «озенбашлы Ахмет ахай». Присущие озенбашцам юмор, остроумие, меткое слово, умение найти выход из любой запутанной или каверзной ситуации стали чертами характера Ахмет ахая. Там, где веселье и юмор, там всегда вспоминают его проделки.

После поголовной депортации народа из Крыма Буюк Озенбаш переименовали в Счастливое, а Кучук Озенбаш – в Многоречье. Сооруженное Счастливенское водохранилище поглотило часть Буюк Озенбаша, которую называли Манагъотра мааллеси. Вода озенбашских рек, родников теперь аккумулируется в нем и поступает для обеспечения нужд Большой Ялты. С авдетом (возвращением народа на Родину) значительная часть озенбашцев осела по всему Крыму. Несколько десятков семей обосновались в родной деревне. Даже была основана малокомплектная начальная школа. Но определенные процессы, связанные с распадом Советского Союза и формированием других общественных устоев, привели к запущению села, отсутствию перспектив и это послужило отходу работоспособных людей, особенно молодежи из Озенбаша. Вновь закрылась школа.

Ежегодно в августе проходит встреча односельчан-озенбашцев, на которую съезжаются сотни человек всех возрастов. Вспоминают прошлое, радуются встрече, знакомят детей и внуков.

Поэтапно восстанавливается на собираемые средства Джума-джами, расположенное в центре Буюк Озенбаша. Закрытое в годы борьбы Советской власти с религией оно использовалось для различных общественных нужд, пережило ряд перепланировок, лишилось минарета. В центре села в 2001 г была установлена стела с барельефами двух известных озенбашцев: Бекира Османова (1911-1983) – одного из основателей национального движения крымских татар, легендарного партизана-разведчика и его сына Юрия Бекировича Османова (1941-1993) – активного участника национального движения, ученого, публициста, поэта. Автор памятника – скульптор Арсен Сеитвелиев.

Озенбашцы веками бережно хранили и донесли до наших дней огромное количество микротопонимов, на основе которых хаджи Нури эфенди Мустафаев вместе с картографом И. Белянским составили и издали в 2003 г. карту-схему Озенбаша и его окрестностей. В этих наименованиях много понятных по значению крымскотатарских слов. Однако немало и других, по которым прослеживается глубокая старина и переплетение судеб насельников этого уголка Къырыма, ныне гордо называющих себя озенбашцами: Манаготра озени, Мандирья яйласы, Кипия, Фери дерелери, Гильсея, Ломка байырлары, Таш чокърагъы и много-много других.

Эшит, гузель Озенбаш, бизлер бармыз,

Гъурбетликке хорлансакъ да, санъа ярмыз.

Унутма сен бизлерни, санъа муратмыз,

Бизге дерлер Озенбаш, озенбашлымыз.

 

Этрафта бекчилеринъ — къаяларынъ,

Леззетлидир озен козю-сувларынъ.

Бал-шекердир чайырда мейваларынъ,

Къарт тарихта эфсаневий Озенбашымыз.

(Аджи Нурий эфенди. Дестан «Биз озенбашлымыз». «Къырым», 2010 г., №56)

4

От автора. Данный исторический обзор Озенбаша был бы невозможен без значительного фактического материала, собранного и опубликованного краеведом, этнографом, лингвистом Энвером Озенбашлы (Абдуллаевым) ( 1956, Узбекистан – 2014, Симферополь) в книге «Озенбаш ве озенбашлылар» (Акъмесджит, « Оджакъ», 2002 г.), которая дала начало серии полезных и нужных изданий об исторических селах Крыма.

Просто факт

Свидетельствует архив

Протоколы Президиума Бахчисарайского райисполкома

VI созыва, 1929-30 гг.

Параграф 17. Рассмотрено заявление РАЙПО для получения разрешения торговлей водочными изделиями в селах.

Решение. Багъчасарай районында яхшы чалышкъан колхозлар олгъан койлерде ракъы сатылмасы мусааде этмей, ялынъыз Б-Сюренде сатмагъа изин, ве Буюк Озенбаштаги ракъы тюкяныны Бия-сала коюне авуштырмакъ.

ГАРК Ф-Р-1195  оп1 д 15 лист 256. Протокол от 1-2 сент. 1930 г.

Пояснение. Буюк Сюрен и Бия-сала были селами с большим количеством не крымскотатарского населения.

 Шакир КУРТМУЛЛАЕВ, 2016 г.

 

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET