Малоизвестная рукопись Давида Лехно

19.09.200919:04

В Одесском историко-археологическом музее храниться одна рукопись в 80 страниц мелкого, убористого почерка. Это малоизвестное рукописное сочинение «Устное повествование» («Dewar sephathaim»). Разделено оно на введение и 53 главы и написано на древнееврейском языке. Но примечательно сочинение в первую очередь тем, что писалась в первой половине XVIII века в Крыму и посвящено истории Крымского ханства с 1681 по 1731 годов. Автором рукописи является Давид бен Элиэзер Лехно, живший в Карасубазаре и возглавлявший еврейскую общину.

Несмотря на то, что первые сведения о хронике Лехно появились в печати более 120 лет назад, полностью она до сих пор остается не изданной и никогда не была предметом углубленного источниковедческого изучения. Первое упоминание о рукописи появилось сразу же после того как она попала в собрание Одесского Общества Истории и Древностей. Ее частично опубликовали во втором томе «Записок» Общества, вышедшем в 1850 году. Сюда вошли переведенные с древнееврейского языка пять глав хроники (9, 10, 13, 17 и 23). А первым переводчиком стал Й. Финкель (заведующий одесским еврейским училищем), дилетант в области исторической науки. К сожалению, перевод был невысокого качества. Спустя 30 лет к изучению хроники Лехно, приступил известный ученый А. Гаркави. Однако он не ставил цель дать научное исследование хроники, ограничился лишь тем, что перевел еще четыре новых главы (3, 5, 11, 25) и перепечатал с исправлениями главы, переведенные Финкелем. На этом и закончилось издание Лехно в переводе на русский язык. Несмотря на то, что оба переводчика опубликовали как раз те главы, в которых упоминались русско-татарские и русско-турецкие отношения, публикация осталась не замеченной российскими историками. Единственная ссылка на хронику Лехно была сделана в работе по истории Крымского ханства В. Смирнова (на страницах № 432 и 441 первого тома (издание 2005 года)), где говориться о хане Хаджи Гирае II и русско-татарских отношениях. На этом и остановилась дальнейшая работа по изучению данного сочинения. Интересен и тот вопрос, какими источниками пользовался Лехно. По словам самого автора он встречался с «умными и разумными учеными мусульманами», и эти «знатные и ученые люди» посоветовали ему записывать все то, что он услышит от них, «дабы это сохранилось в памяти…». В основе повествования Лехно лежат записанные им рассказы лиц из ближайшего окружения ханов. От них он мог услышать подробности о борьбе и интригах в годы правления Каплана Гирая, Кара-Девлета Гирая и, особенно, Саадета Гирая. Возможно, эти части хроники (особенно главы 20, 21, 24, 33, 35, 37-41, 44, 45 и др.) являются первоисточником по истории Крыма тех лет. Со слов очевидцев он описал и военные походы, в которых участвовали крымские татары и турецкие дела тех лет (например, очень подробный рассказ о восстании янычар в 1703 году). В некоторых случаях Лехно записывал и то, непосредственным наблюдателем которого был сам. Автор пользовался и некоторые письменные источники. Так, в введении он упоминает хронику Ганновера Jawen mezuloh (первое издание — Венеция, 1653), описывавшей события на Украине 1648-1652 годах. В другом месте (гл. 21) он ссылается на «Историю крымских царей» (очевидно, он имел в виду какую-то крымскотатарскую хронику до нас и не дошедшую). К сожалению, это сочинение по сей день, так и не было полностью переведено ни на один из европейских языков. Что касается биографических данных хрониста, то к сожалению, о самом Давиде Лехно почти ничего неизвестно. Его фамильное прозвище (Лехно — по-татарски «поляк») свидетельствует о том, что его семья происходила из Польши. Но сам Лехно был человеком еврейско-татарской культуры. Известно, только то, что он умер в 1735 году в Крыму. Это не единственный источник о истории Крымского ханства написанный на древнееврейском языке, хорошо известны и другие крымские хроники, к примеру: «События, случившиеся в Крыму в царствование Шагин-Гирей-хана» караима Азарьи (опубликованного в русском переводе А. Фирковичем) и «Исторические заметки о событиях в Крыму в 1683—1688 гг.» караима Якова (перевод также опубликован Фирковичем). Сегодня не приходится говорить, какое значение имеет каждый источник; по истории Крымского ханства, и мы предлагаем вашему вниманию переведенные главы Устное повествование» Давида Лехно.

ДЕВАР СЕФАФАИМ
(Перевод с еврейского)

Глава XVIII

В 1120 год гиджры, соответствующем 5469 г. от С. М. воцарился Девлет-Гирей-Хан, во второй раз над Крымом, и в сердце своем сохранял и питал вражду к знатным и вельможам крымским и не показывал им лица приязни, за то, что расторгли союз и изменили ему и нарушили данную ему присягу, как описано выше в главе 17.-В его царствование происходила война Короля Сивета с Царем Московским, как рассказано выше, но главного там не достает, т. е. главной причины войны. Ибо Царь Московский пошёл войною на Короля Сивета и осадил укрепленные города, лежащие на их границах, один по имени Рига, и другой по имени Пей-Томбур и завладел обоими. Завладев, он воздвиг стены, разрушенные в войне, и укрепил их; а напротив их построил еще укрепленные города на берегу моря, дабы Царь Сивета не мог покорить города, которые он покорил и завладел. Увидя это, Царь Сивета собрался с силами, чтоб возобновить войну. Он собрал все войско свое, людей ратных, запасся снарядами, пошел и осадил Ригу и Пей-Томбур; взял их, а весь находившийся в них народ истребил и погубил. При всем том гнев его не утихал, а мстящая его десница простиралась далее. Он снарядил войско свое и пошел на город Батирну , принадлежащий царю Московскому, город обширный с стенами и крепкими вратами; этот-то город он осадил и повел на него приступ. А как увидели ратные люди, бывшие в городе, что не могут устоять пред своим неприятелем, что плохая была надежда на слабую помощь, и что всем угрожала погибель — то положили между собою передать им город. Однако ж прибегнули к хитрости: они разделили ратных людей на две части, и поставили их в засаду у стороны, немного поодаль от больших ворот, где сражение было сильнее, а к Королю Сивета послали послов с предложением передать ему город. Он поверил словам их и послал сильную рать занять город. По приближении рати к городу, отперли ворота, а рать вошла в город, полагаясь на их обещание. Они же обманули их: внезапно напала на них половина войска, что была в засаде в городе, которая окружила город, овладели воротами и заперли их, и стали разить войско Сивета без пощады с двух сторон и побили их на повал, не оставив ни следа их. Царь Сивета, увидев, что сделали ему жители города, отстал от города и искал себе спасение. Не желая однако ж предпринять обратный поход и возвратиться в землю свою со стыдом, он сделал усилие и вошел в землю Барабаш и Бутаклы и расположился станом под городом Барабаша, под названием Балтава , и обложил его. Город же был надежнее и крепче всех находившихся в его окрестностях, — город столичный. Они же подчинены власти Царя Московского, и есть у них двенадцать князей называемых на их языке Пульковник, а старший из них господствует над Балтавою и все его слушаются. И Царь Московский наказал им крепко накрепко, под строгим велением, чтобы не выдавали города Королю Сивета. Прежде сего они склонились на сторону Короля Сивета, чтобы подать ему мужественную помощь. Но не все однакож, а некоторые. А как прибыл Царь Московский со всем войском сильным и многочисленным, как песок у берегов морских, то сильно за себя убоялись и пошли и поверглись пред Царем и были ему в помощь, однакож не все, а некоторые. Тут-то ухитрился и возымел коварное намерение Царь Московский, и отправил послов с ласковыми и примирительными словами, говоря: оставь город и непогуби его; если же ты не согласишься, то пойдем переведаться, рать против рати, без больших огнестрельных орудий (топ, кумпара лагум атмасы), ибо он знал что Сиветские люди не в пример опытнее и искуснее их; и что будь войска Сивета 10,000, то преследуют и побеждают 100,000 Московского народа, потому что они как мошки в сравнении с ними. Царь Сивета поверил их словам и прельстился небылицами и ложными речами. Они препоясали мечи свои, взяли оружие и выступили в поле на мужественный бой, ибо не обращали на них внимания и считали их за ничто сравнении с собою, владеющих мечем, опытных в ратном деле. Тогда же Царь Московский схитрил, нарушил свое условие и свою верность. Он разделил войско своё на две части, взяв одну часть, он приказал им следующее: возьмите все большие орудия: (гаватопу, ашага-топу, кумпара), и идите тотчас внезапно и неожиданно нам на помощь, не бойтесь и не страшитесь ничего, потому что наших гораздо больше, а тем вернее, что у них нет никакого огнестрельного оружия. Другую же часть он взял и выставил против Сиветскаго войска, строй против строя, с обнаженными тесаками, латами, щитами, копьями и обоюдоострыми мечами. Между тем как они ратоборствовали и выказывали искусство свое и силу телесную как плоть и кровь, Царь Московский окружил все Сиветское войско. Их не беспокоило и это, и они сражались с остервенением. И вдруг нагрянула на них рать Царя Московского с одной высоты, на которую возвели: с хава-топлары, ашага-топлары и балие-мез-топлары», и зарядили их железными цепями, гвоздями и другими вредными снарядами и стали палить в Сиветское войско, разили их так, что те падали грудами, и не было им спасения. Они произвели между ими страшное поражение, а остальных полонили, а кто из них принимал их веру и обряды, того оставляли в живых 36, потому что вероисповедание их различествует между собою; а кто не обратился в их веру, тому наложили на ноги железные путы, мучили и терзали его; всех же вельмож Барабасы, которые уклонились на сторону Сивета , взял и послал в область Сибирь, что близ гор Тьмы, а все их имущество и богатство передал на грабеж. А как увидел Царь Сивета, что все люди его попались в плен, а при нем осталось немного, около 1000 человек, то взял все свои сокровища, свое злато и серебро, и отправился на Узу и зарыл сокровища на берегу реки в песку; а с ним был один вельможа из вельмож Барабасы, а имя его Мазепа; и они шли весь день и всю ночь, чтобы спасти души свои от погибели и жизнь от меча. Они были в дороге, а за ними погнались в погоню, чтоб поймать. Тогда Царь Сивета поспешил бегством, чтоб войти в Крымскую землю и чтобы найти защиту в её тени и покровительство под её крыльями. Он избрал себе одну дорогу, чтоб отправиться к Султану, и тотчас отправил послов к великому визирю Измаилу-паше и к Юсуфу-паще, которые были начальниками городов Бендера и Урумли, что желает идти туда. Они согласились и непротивуречили, и тотчас отправили послов к Царю Московскому с грамотою сказать ему: отстань и не преследуй Царя Сивета и оружия не внеси в страну нашу, так как он прибыл и спасся к нам, и кто будет искать его души, тот будет искать и нашей, ибо он в сохранности у нас, не годится и не следует выдавать его тебе . — Он послушался их, возвратился в свою страну и свои владения, а земля успокоилась от войны.

Глава IX
Когда (Султан Мустафа, сын Султана Махмуда) воцарился и воссел на свой престол (1107 г. Гиджры; 5455 по Еврейскому летосчислению; 1695 от Р. X.), в то время с каждым годом война с Римлянами становилась обременительнее для Турок, которые то побеждали, то были побеждаемы, — тогда еще прибавилось у них врагов: с севера угрожала беда, а именно: Ах-Бей, царь Московский, который, со скрытою в сердце не дружбою и вечною не любовью, питал не добрые замыслы и изыскивал средства завладеть Крымом. Он собрал многочисленное войско свое и разделил его на две части, из которых одну поручил воеводе по имени Шермет-оглу, который пошел на Кази-Кирман лежащий на большой реке Узу, с крепкою стеною и прочными вратами, осадил его и начал войну. Тогда выступили ратные люди из Крымского войска и намерились перейти реку Узу, чтоб подать им мужественную помощь, но убоялись за себя, рассуждая, что может быть Московское войско ухитрится и перейдет реку Узу и завладеет Крымом. Между тем ратные люди, находившиеся в крепости Кази-Кирман, надеясь, что Крымское войско прейдет им на помощь, сражались мужественно; увидя же, что Крымское войско не приходило, они положили передать крепость в руки неприятелей, чтобы спасти себя от погибели и не пасть от вражего меча. Они исполнили свое намерение; отворили врата крепости и передали город в руки их. Тогда вся Московская рать вошла в город, завладели им, разорили и разграбили его, вывели оттуда всех ратных людей и поместили их за городом. По выводе людей из города, они изменили своему слову, напали на них с оружием и убили их безжалостно, а оставшихся от меча увели с собою в плен мужчин, женщин, детей и грудных младенцев. Так Шермет-оглу отмстил за отца своего, который был обманут князьями Крымскими и уведен в плен. Потом они перестроили город, укрепили его башни и поместили в нем ратных людей с снарядами для охранения его. — В 5456 г. от Сотворения Мира т. е. в 1108 г. гиджры, Царь Гаджи-Селим-Гирей-Хан, по ежегодному своему обыкновению, выступил из Крыма на войну, в помощь Туркам, а с ним все храбрейшие ратные люди. Он перешел реку Узу и дошел до Аккермана. Услышав, что Царь Московский осаждает Кази-Кирман, он отправил туда 4-х пятидесятников с их ратниками, всего 200 человек, и приказал им войти в крепость Кази-Кырман. Потом отправились на небольших лодках и завладели крепостью Нукрат-Кирманом на небольшом острове в Узу и вывели оттуда всех ратных людей с женами, детьми и имуществом, а также завладели еще одною крепостью, Сагин-Гирей, построенною по ту сторону реки, все трое одна против другой. Из всех пленных избрали 700 душ и увели в Бутаклы , а ожесточившись против них, умертвили неестественною смертью, и пред глазами их убивали грудных младенцев и исторгали неродившихся из чрева матерей, а трупы их бросили на снедь зверям земным и птицам поднебесным. Прочих пленных отвезли в Москву, поместили их на больших кораблях флота и обратили в матросы, наложили на них тяжкие труды и подвергли истязаниям. Остальная же рать Царя Московского пошла воевать на сильную крепость Азах , обнесенную валами и стеною, лежащую на великой реке Тэн-Сваве , одном рукаве Черного моря. Выше же её, на расстоянии полумили, были две небольшие крепости, одна против другой, а между ними железные цепи, называемые «Занджили-хулалар», чтобы суда народа Московского не могли проходить между ними, одна называлась Ваддин-хулла, а другая Джан-хулла. Тогда то они, напав и овладев двумя крепостями, осадили Азах и долгое время вели с ним войну. Тогда было в Азахе 6000 отборного, опытного войска Янычарского, которое до нашествия неприятеля, построило себе большую деревянную стену, отступив на довольное расстояние от городской стены, для того чтоб было для них просторнее сражаться на ровном месте. — И стали бросать стрелы, метать из пращей, наводить махины, стараясь пробить стену. С каждым же днем выходили вооруженные воины из города и наносили неприятелям сильные поражения, до того, что с каждым днём их становилось мение и мение. К ночи же они возвращались в город, и так день проходил в бою, а ночь в карауле. Когда же ратных людей стало мало, то жены их выходили на бой и разили неприятеля, пока не падали бездушные над убиенными. Людей осталось весьма мало; война была продолжительная; осада и битвы продолжались 107 дней, а город не могли взять, не смотря на то, что настала зима. В следствие морозов и холода война прекратилась; сняли осаду и войско ушло восвояси. В городе осталось около 570 человек спасшихся от меча, и те были ранены: одни излечились, другие умерли. А как услышал об этом Султан Турецкий, то оказал им благодеяние: послал им подарки, увеличил их жалованье и содержание; отправил к ним оружие и снаряды, равно и жизненные припасы для городских жителей на всю зиму. Тогда опять воздвигли разрушенные и пробитые стены, укрепили бойницы, равномерно прислали к ним ратных людей для охранения города и для защиты во время войны.

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET