Специфика деятельности органов МВД

28.10.200913:16

[Наталия Белицер, Институт демократии имени Филиппа Орлика, Киев Рустем Аблятифов, НУО «Институт гражданского общества», maidan.org.ua]
Деятельности органов милиции в Крыму присущи все те же проблемы с соблюдением прав человека, что и всюду: «выбивание» признаний задержанных, пытки, незаконные поборы, особенно c иностранцев, включительно со студентами и теми, кто находится в Украине на законных основаниях, и тому подобное.

Однако, существует и специфика такого особенного региона Украины, которым является АРК; она обусловлена рядом факторов, которые отличают его от остальной Украины. Это состав населения, где большинство составляют этнические русские/«православные славяне», а коренной народ – крымские татары, которые вернулись на родину после почти пятидесятилетнего изгнания – чувствуют себя дискриминированным меньшинством. Это и базирование в Севастополе российского Черноморского Флота, который является постоянным источником политического напряжения. К этому добавляют чрезвычайно болезненный, и до сих пор не решенный земельный вопрос, традиционно высокий уровень уголовной преступности и коррумпированности местной власти разного уровня, наличие парамилитарных «казацких» группировок, рейдерство, активность шовинистических пророссийских организаций и политических движений, которые часто получают мощную информационную и финансовую поддержку извне.
Все это не могло не отразиться и на определенных аспектах деятельности представителей силовых и правоохранительных органов – в первую очередь, милиции, к которым стоит привлечь внимание, как правозащитного сообщества, так и ответственных структур МВД Украины.

Неоправданное применение силы
Одной из самых серьезных проблем такого рода является превышение служебных полномочий с неоправданным применением силы, в частности, против мирных граждан и во время акций протеста. Неоправданное применение силы спецподразделениями крымской милиции в борьбе с самозахватами земельных участков отражается в первую очередь на крымских татарах – при том, что это явление присуще в значительной мере и представителям так называемого «славянского большинства» полуострова.
Вспомним лишь некоторые примеры. 24 июля 2006 года, во время сноса бульдозерами нежилых зданий на «поляне протеста» в Судаке, был снесен и жилой дом, в котором жил Шукур Куркчи с семьей. После того, как им было объявлено намерение совершить акт самосожжения, он и ряд других участников акции протеста были избиты бойцами спецотрядов милиции, несколько арестованы. Потом Центр общественных связей крымского ГУ МВД прибег к откровенной лжи, отрицая факты, снятые на видео и показанные по каналам телевидения. Наиболее резонансные события состоялись в 2007 году. Это избиение крымских татар 1 ноября на ул. Балаклавской (Симферополь) и побоище на плато Ай-Петри 6 ноября.
Во втором случае было вынесено решение суда о снесении лишь одной самовольной недостройки, владелец которой соглашался собственными силами снести это здание, однако власть, милиция, госисполнители прибегли к снесению всех строений крымских татар на плато. Против 47 невооруженных владельцев этих сооружений были брошены бронетехника и около 1000 бойцов «Беркута», которые с беспрецедентной жестокостью били их дубинами и ногами; сообщалось также о применении спецсредств и огнестрельного оружия. В результате причиненного насилия десятки крымских татар получили ранения разной степени, в том числе, огнестрельные ранения, двое из них прооперированы.
По факту необоснованного применения огнестрельного оружия и ранения гражданского лица было возбуждено уголовное дело, но до сих пор ничего не известно о результатах расследования. Тогдашний начальник крымской милиции Могилев даже цинично предполагал, что пострадавший был преднамеренно ранен своими товарищами, мол, чтобы обвинить милиционеров. По словам Геннадия Москаля, на то время уже экс-представителя президента Украины в АРК, «доказать незаконность построения роскошных вилл, для которых земля всегда есть, невозможно. А вот если нужно снести здания татар, то для этого основания найдут». Эти события вызывали огромную обеспокоенность и волну возмущения не только в Крыму и других регионах Украине, но и со стороны ряда ведущих западных аналитиков (см., например, Paul Goble, Window on Eurasia: Ukrainian Militia, Russian Cossacks Join Forces Against Crimean Tatars, November 6, 2007), а также крымскотатарской диаспоры по всему миру. Поскольку быстрой реакции, в частности, на обращение лидеров крымских татар к центральному и крымскому правительств, не было, 18 ноября, на митинге протеста «против дискриминационной политики власти и преступных действий правоохранительных органов относительно крымских татар» было принято обращение к Верховному комиссару ОБСЕ по вопросам национальных меньшинств с просьбой об организации мониторинга соблюдения прав человека в АРК, помощь в защите конституционных и национальных прав крымских татар.
Непосредственная ответственность за милицейскую операцию на Ай-Петри принадлежала начальнику ГУ МВД Украины в АРК Анатолию Могилеву, который присутствовал на месте событий. Он возглавил крымскую милицию, заменив на этом посту Владимира Хоменко – ставленника «помаранчевого» правительства, вынужденного уйти с должности после выборов 2006 года и соответствующих кадровых изменений в правительстве Украины и АРК. Это назначение состоялось уже после отозвания с должности Геннадия Москаля и других пертурбаций в силовых структурах и правоохранительных органах АРК, названных одним из крымских политологов «кадровой зачисткой в Крыму». К тому же, Могилев не имел достаточного опыта работы в такой должности, тем более в таком сложном регионе, как АРК. (После победы Помаранчевой революции Могилев был освобожден из органов МВД и некоторое время работал в частной охранной фирме. Вернулся после победы Партии Регионов в 2006 году и на должность руководителя крымской милиции был назначен после работы в г. Макеевка Донецкой области, где он возглавлял городской отдел милиции.)
Внеочередные парламентские выборы 2007 года привели к определенному кадровому «реверсу», в результате чего Юрий Луценко снова занял должность министра внутренних дел. Именно к нему обратился председатель Меджлиса крымскотатарского народа с просьбой о немедленном вмешательстве центральных органов власти в связи с усилением репрессий против крымских татар со стороны республиканской власти и правоохранительных органов. Действительно, вскоре после этого Могилев был освобожден с должности, а на его место назначен Николай Ильичев, который заявил журналистам, что ему как гражданину Украины было стыдно за действия крымской милиции на Ай-Петри. Однако попытка наказать виновных в превышении служебных полномочий и неоправданном применении силы и огнестрельного оружия, кажется, ничем не окончилась. Более того, ожидание коренных изменений в работе крымских стражей порядка, на которых настаивал, в частности, Кнут Воллебек, Верховный комиссар ОБСЕ по вопросам национальных меньшинств, также не очень то оправдалось. Об этом свидетельствуют последующие события.
17 октября 2008 года состоялись массовые столкновения в Бахчисарайскому районе: в этот раз «Беркут» применил силу против крестьян, которые организовали демонстрацию протеста из-за того, что агрофирма «Крым» через суды пыталась отобрать у 1,5 тысяч людей уже выделенные им земельные паи, на свыше 90% которых уже были оформлены государственные акты. Руководил «операцией» заместитель руководителя ГУ МВД в Крыму, начальник милиции общественной безопасности полковник Николай Федорян, который пытался полностью оправдать такие действия.
В ночь с 5 на 6 ноября сотрудником Ялтинского отдела государственной службы охраны был смертельно ранен выстрелом из пистолета в затылок 21-летний Надир Беринкулов. Это произошло после инцидента в кафе «Уют», к которому, по показаниям очевидцев, ни Беринкулов, ни двое его друзей не были причастны. Выстрел был осуществлен, когда ребята возвращались домой; дорогу им перекрыло милицейское авто, из которого вышли двое вооруженных милиционеров, один из которых скомандовал «Лечь на землю, стреляю без предупреждения!». Они покорились, но выстрел все равно прозвучал, и 11 ноября Надир умер в больнице. 7 ноября об этой трагедии доложила на заседании Общественного Совета по вопросам соблюдения прав человека при ГУ МВД Украины в АРК ее член Эмине Авамилева, президент Лиги крымскотатарских юристов «Инициум». Она поставила вопрос о законности применения в этом случае оружия сотрудником правоохранительных органов; согласно официальному ответу ЦОС ГУ МВД, расследование этого дела начала Ялтинская прокуратура. На сегодняшний день нет никаких результатов этого следствия.
В текущем 2009 году ситуация не слишком улучшилась. Невзирая на указ Президента Украины № 435/2008 «О дополнительных мероприятиях по обеспечению соблюдения права граждан, которые проживают на территории Автономной Республики Крым, на землю», 23 января на межведомственном совещании при участии руководителей правоохранительных органов и Симферопольского военного гарнизона, представителей Совета Министров Крыма, было принято решение о подготовке и проведении силовыми структурами и военными формированиями операции по снесению построек (поселение «Янъы-Къырым») на ул. Балаклавской, где с 2006 года осуществляется самозастройка теми, кто получил отказ в выделении земельных участков. Со слов первого заместителя Председателя Меджлиса крымскотатарского народа Рефата Чубарова, «впервые в Крыму мы сталкиваемся с тем, чтобы спецоперация планировалась с деталями, которые допускают применение разных видов оружия, прежде всего, табельного».
Крымская милиция подтвердила, что накануне все городские медицинские заведения были предупреждены о возможном поступлении большого количества раненых, в том числе с огнестрельными ранениями. 24 января на защиту поселения Янъы-Къырым вышло свыше 3000 жителей; 31 января было обнародовано «Открытое обращение народов Крыма к мировой общественности», где среди прочего сказано, что подобные намерения являются «попыткой разжечь в Крыму гражданскую войну и тем самым дестабилизировать ситуацию во всей Украине». Видимо, благодаря активным протестам общественности и своевременной информационной кампании, а также привлечения внимания международных организаций к этой ситуации, удалось отвернуть угрозу очередного массового насилия и кровавых столкновений.
Между тем, внимание общественности и соответствующих государственных органов привлек другой кричащий случай, который произошел 22 февраля 2009 года в селе Мирное Симферопольского района. Ночью в дом семьи Хаировых ворвались сотрудники «антитеррористического» спецподразделения «Беркут»; они забросали жилой дом и людей, которые находились в нем, «свето-шумовыми» гранатами. (Несмотря на название, эти гранаты принадлежат к военному оружию, ими пользуются во время проведения военных операций. Согласно с инструкцией, такие гранаты применяют для захвата и обезвреживания отрядов вооруженного противника количеством от 2 до 5 лиц.) В результате взрыва был тяжело ранен мирный гражданина, пожилой Мустафа Хаиров, который потерял руку, другие члены его семьи (жена и сын, который был избит во время «штурма»), также рисковали жизнью.
На следующий день, 23 февраля, в заявлении МВД было сказано, что руководство Министерства внутренних дел Украины искренне сожалеет по поводу этого инцидента, и от имени всей системы МВД просит прощения у пострадавшего и членов его семьи. Согласно официальному объяснению, «по предварительным оценкам можно сделать вывод, что причиной инцидента стали недостаточно профессиональные действия работников милиции, которые разыскивали подозреваемого в совершении преступления, в частности их неадекватная оценка угрозы, что могла возникнуть при задержании подозреваемого, и не взвешенное решение относительно применения спецсредств работниками спецподразделения «Беркут»… Учитывая имеющуюся информацию, есть основания считать, что решение относительно проведения акции по силовому проникновению в дом жителя села Мирное, где мог скрываться подозреваемый, и применение спецсредств было ошибочным».
24 февраля действия сотрудников спецподразделения «Беркут» и Симферопольского РВ ГУ МВД Украины в АРК были квалифицированы как «превышение служебных полномочий, повлекшее тяжелые последствия», прокурором Симферопольского района возбуждено уголовное дело по ч.3 ст.365 Уголовного кодекса Украины. 3 марта ГУ МВД Украины в АРК завершило служебное расследование, начальником ГУ Николаем Ильичевым подписан приказ о наказании 23 сотрудников: двое из них освобождены из органов внутренних дел (правда, один из них, пошел на пенсию по собственному желанию), пять сняты с должностей, 8 предупреждены о неполной служебной ответственности, другим объявили выговоры и суровые выговоры. Хотя ни одного наказания не понесли ни уже упоминавшийся полковник Федорян, который лично отдал приказ о штурме дома Хаировых, ни руководитель ГУ МВД Украины в Крыму генерал Ильичев.
Как видим, реакцию правоохранительных органов на этот чрезвычайный случай можно считать оперативной и адекватной – невзирая на первобытные попытки «замять» это дело (по свидетельству жены пострадавшего, заместитель начальника Симферопольского райотдела милиции уговаривал семью никуда не заявлять о том, что произошло, обещая возместить все расходы на лечение мужа, а также сделать ремонт дома). Поэтому заявление Винницкой правозащитной группы от 23 февраля, где содержалось требование, в результате этого трагического инцидента, «немедленной отставки Министра внутренних дел Украины Юрия Луценко как лица, деятельность которого на посту министра составляет опасность покою и правопорядку в государстве», вряд ли можно считать беспристрастной или направленной на реальное улучшение ситуации в борьбе с нарушениями прав человека в системе МВД; она является скорее всего деструктивной и контрпроизводительной.
К большому сожалению, рядом с данными фактами неоправданного применения силы сотрудниками крымской милиции существуют и противоположные, свидетельствующие о нежелании или несостоятельности милиции эффективно вмешиваться в некоторые конфликты, которые были легко прогнозируемы. В частности, речь идет о конфликтах с явными элементами межэтнического и межрелигиозного противостояния, которые были спровоцированы представителями агрессивных пророссийских организаций («Русская община Крыма», «Русский блок», Евразийский Союз молодежи, «Прорыв» и тому подобное). Горькой иллюстрацией этого были события в Бахчисарае летом 2006 года, когда резко обострился конфликт, длившийся свыше 9 лет и связанный с протестом крымских татар против расположения местного рынка на территории старинной святыни «Азизлер» (которая включает кладбище и мавзолей).
12 августа, когда уже было достигнуто принципиальное решение о перенесении рынка на другое место, несколько сотен крымских «казаков» и привезенных на место событий «активистов» вышеупомянутых организаций, подстрекаемые депутатом ВР АРК от партии «Русский блок» Олегом Родивиловим (который прямо призывал к татарским погромам), прибегли к прямому нападению на мирный митинг крымских татар. (В это время туда приехали лидеры Меджлиса, чтобы рассказать о договоренности между премьер-министром Януковичем и местной властью). В результате кровавых столкновений пострадали десятки лиц, включительно с журналистами, были перевернуты и повреждены автомобили. По показаниям очевидцев, в тот день едва удалось избежать массовой резни на этнической почве, ибо «нужно было видеть ту взбешенную толпу на улицах Бахчисарая, единственным желанием которой было желание крови любой ценой…» – толпа, которую не в состоянии своевременно остановить немногочисленные стражи порядка, ибо основные силы крымской милиции были на то время отправлены, по распоряжению уже упомянутого выше полковника милиции Федоряна, в Ялту для обеспечения общественного порядка во время празднования дня города. Кроме того, по свидетельству многих участников тех событий, крымские сотрудники милиции почти не скрывали свое враждебное отношение к крымским татарам и, фактически, стали на сторону криминальных элементов и пророссийских активистов. В этих условиях, Председатель Меджлиса крымскотатарского народа был вынужден обратиться к Министру внутренних дел Украины Луценко с настойчивой просьбой заменить крымские спецподразделения. Поэтому, по приказу министра, крымский отряд «Беркута» был срочно заменен на соответствующие подразделения из Николаева и Запорожья, что позволило уровнять ситуацию и достичь определенной нейтральности стражей порядка.
В ночь с 18 на 19 августа того же года состоялся еще один трагический случай, когда в г. Судак шестеро пьяных курсантов Рязанского воздушно-десантного училища и инструктор рукопашного боя во время дебоша в крымскотатарском ресторане побились с двумя местными юношами. Один из дебоширов, инструктор-десантник, ранил ножом Исмаила Турка и нанес смертельный удар в сердце 21-летнему Юнусу Расулову. В поисках и нахождении виновных милиции активно помогали судакские таксисты, на которых, также как и на свидетелей трагедии, позже оказывали давление, требуя изменить или забрать свидетельства в интересах пострадавших. Что же касается виновников, все граждане России, в том числе и лицо, которое созналось в нанесении ножевых ранений, то они были секретно, ночью, быстро освобождены из-под стражи на основании «отсутствия в его действиях состава преступления», дело против него закрыто, и все благополучно поехали домой. Вопреки многочисленным показаниям возмущенных свидетелей, крымская милиция и медиа подали этот трагический инцидент таким образом, что будто двое ребят осуществили «хулиганское нападение» на российских туристов, которые вынуждены были защищаться. То есть, для защиты своей жизни убийцам-десантникам пришлось зарезать двух граждан Украины.

Политизация правоохранительных органов

Предыдущий анализ приведенных фактов привлекает внимание не только к серьезным нарушениям прав человека, но и к более общей проблеме: недопустимой политизации крымской милиции, что ее обычно обвиняют в «обслуживании» определенных политических сил или вынуждают действовать в интересах отдельных бизнесовых структур. Это наблюдение исходит, в первую очередь, из чехарды кадровых изменений последних лет и связанного с ними хода событий: сначала, после победы «помаранчевых» в 2004 году, потом «реванша бело-голубых» в 2006-м, наконец, попыток наведения порядка в правоохранительных органах АРК со стороны центральных органов власти после внеочередных выборов 2007 года.
Одним из самых ярких примеров вмешательства ГУ МВД Украины в АРК в политическую жизнь можно считать официальное заявление Центра связей с общественностью (ЦОС ГУ МВД) от 10 марта 2009 года. Реагируя на очередную акцию протеста крымских татар против своеволия власти, организованную рядом крымскотатарских общественных организаций, пресс-центр крымской милиции в своем заявлении обвинил в этом не реальных организаторов, а Меджлис, коснувшись также очередной попытки поджога здания Меджлиса с «прозрачными» намеками на то, что ее организовал. сам Меджлис. Заявление начинается с того, что «Теряющий политический вес и поддержку многострадального крымскотатарского народа «Меджлис» любыми путями старается привлечь к себе внимание и, накануне Дня депортации и проведения Всемирного Конгресса крымских татар в Крыму, активизировать протестные выступления граждан. При этом используются любые методы. Подвергаются критике и отрицанию все конструктивные шаги власти и милиции. В политических целях используют даже трагедии своих сограждан».
Приводим также цитату, свидетельствующую о полном правовом нигилизме ее авторов: «Призывы «Меджлиса» к проведению «массовых акций протеста против произвола и беззакония, совершаемого сотрудниками милиции по отношению к мирным гражданам», являются уголовно наказуемыми деяниями, и при совершении таких акций они будут пресекаться, а их активные участники привлекаться к уголовной ответственности». (То есть, в ЦОС ГУ МВД в Крыму неизвестно, что такие действия, как призывы к акциям протеста да и сами акции в нашем государстве разрешены и не являются уголовным преступлением). Заканчивается заявление следующим: «Преподнесение одного частного случая как тенденцию террора со стороны милиции в отношении всех «мирных граждан» грязно и кощунственно. Однако подобное поведение стало отработанной схемой теряющей актуальность незаконной «общественной организации» [имеется в виду Меджлис крымскотатарского народа]. Вызывает большое удивление, почему в этот раз не крымские политики или медиа, для которых подобные обвинения стали уже привычным делом, а именно ГУ МВД Украины в Крыму прибегло к политическим и правовым оценкам деятельности Меджлиса, забыв о предыдущих намерениях «плодотворного сотрудничества» (выраженные, в частности, Николаем Ильичевым после назначения его руководителем крымской милиции), а также о многолетнем неопровержимом вкладе лидеров Меджлиса в решение конфликтных ситуаций мирными путями.

Крымские «казаки»

Кроме отмеченных выше проблем, одним из критических моментов, ухудшающих ситуацию на полуострове, стали попытки группировок так называемых «крымских казаков» выполнять функции, неприсущие им – или любым другим общественным организациям. Согласно сообщениям крымских СМИ, «прикрываясь «званием» хранителей правопорядка, они «штрафуют» сельских жителей за якобы экологические преступления. А именно: своз мусора в неустановленные места, незаконная рыбалка, сбор подснежников, спил лесополос. Либо вообще берут на себя полномочия третейских судей и за разрешение конфликтов вымогают мзду не меньше 300 гривен, иначе шантажируют тюремным заключением либо просто избивают». Нередко казаки прибегают к насилию против мирных граждан, утверждая, например, что они имеют право заботиться о «защите российского православия» – как в инциденте, который произошел 11 апреля 2009 года на территории Успенского монастыря (московского патриархата) в г. Бахчисарае, когда казаками был побит координатор крымских евроклубов Айдер Муждаба. Побитый, с нецензурными ругательствами, на виду у детей за сам факт пребывания на территории монастыря, куда он зашел с четырьмя школьниками, учениками местной украинской школы, а также за попытку разговаривать с «казаками» на украинском языке. Айдер рассказал, что потом участковый милиционер извинился перед ним, но отметил, что ничего сделать не может, поскольку Успенский монастырь заключил соглашение с казачеством, и казаки сейчас заботятся о правопорядке вместе с милицией, при согласии местной власти.
В этом же контексте, привлекает внимание и сообщение пресс-службы Управления дорожной автоинспекции ГУ МВД от 17 июля 2009 года о деятельности так называемых «экологических патрулей казаков», которые «осуществляют свое так называемое «патрулирование» на частных автомобилях в одежде, похожей на форму работников автоинспекции (с капитанскими или майорскими погонами, генеральскими лампасами и шевроном красного цвета)». Они «работают незаконно», «представители их не являются сотрудниками органов внутренних дел», и поэтому «останавливаться на их требования необязательно» [!]. Вместо того, чтобы принять необходимые меры для прекращения этого своеволия, ГАИ Крыма информирует водителей, что «представители таких формирований не имеют права осуществлять экологический контроль транспортных средств, составлять административные протоколы и стягивать любые штрафы», и советует «уважаемым водителям, которые сталкиваются с фактами подобных противоправных действий», обращаться к ним по телефону горячей линии.
Еще больше обеспокоенности вызывают попытки официальных властных структур вовлечь крымских «казаков» в незаконное выполнение функций, которые, несомненно, принадлежат к сфере компетенции правоохранительных органов. Из самых показательных случаев стоит вспомнить борьбу с незаконной торговлей, которую проводили весной 2009 году в г. Симферополе. 14 апреля на стихийном рынке на пл. им. Куйбышева появились лица в «казачьей форме», которые требовали у торговцев по 30 грн. в день за так называемое торговое место», а несогласных платить били, травили собаками или ногами разбрасывали их товар по площади. 15 апреля это безобразие было «легализовано» по инициативе симферопольского горсовета: в рейде, который проводили под руководством Игоря Стратилати, заместителя председателя комиссии по ликвидации несанкционированной торговли горисполкома и депутата Железнодорожного райсовета, вместе с официальными представителями санэпидемстанции и таможенной инспекции принимали участие люди в камуфляже с нашивками «Войско Запорожское Низовое», которые называли себя «спецподразделением «Ястреб». Именно они конфисковывали товар – конечно, без всяких документов или описания – и начали вывозить его машинами. Когда освирепевшие торговцы стали швырять в них яйцами и картонными коробками и пытались вернуть себе отобранное, Стратилати вынул пистолет и начал стрельбу в воздух. (Позже сотрудниками милиции было выяснено, что Стратилати безосновательно применил оружие, и пистолет травматического действия «Форд 12-Р» был у него изъят).
В последующие дни, после вмешательства милиции, свыше 70 пострадавших написали заявления в прокуратуру и СБУ с требованиями к исполнительной власти прекратить «беспредел», который совершают «бандиты в казацкой форме». Открытое обращение к общественным организациям, лидерам политических партий, а также на имя Н. Карпачовой и министра МВД Юрия Луценко содержит аналогичные требования положить конец деятельности «казачьих оборотней» и не «допустить возвращения 90-х на рынки города». 17 апреля прокуратура открыла уголовное дело, где обещала предоставить правовую оценку действиям всех участников конфликта.
Однако, сразу же возникает вопрос: как случилось, что симферопольские горсовет и горисполком оказались не ознакомлены с элементарными правовыми нормами о недопустимости привлечения любых общественных организаций к таким действиям, как изъятие или конфискация товаров? Тем более, что в ходе проверки было установлено, что спецподразделение «Ястреб» вообще нигде не зарегистрировано, не имеет уставных или других документов, что один из так называемых «казаков» был ранее судим за кражу и ограбление, трое из них привлекались к административной ответственности за мелкое хулиганство, а их «десятник» в начале апреля совершил пьяный дебош в клубе «Альбион», по поводу чего милицией был составлен протокол и вынесено официальное предупреждение о недопустимости подобного в будущем.
Одной из наиболее интересных деталей этого громкого дела являются строки из официального заявления ГУ МВД Украины в АР Крым от 15 апреля о том, что «Безусловно, заблаговременное оповещение милиции о проведении рейда и привлечение ее к данным мероприятиям исключило возможность возникновения конфликта и факта незаконного изъятия товара». Эта фраза ярко отражает парадоксальность ситуации в столице АРК, где городские органы власти, проникаясь вроде бы наведением правопорядка, даже не извещают о своих планах именно те правоохранительные органы, которые должны были бы осуществлять подобные операции, и опираются вместо этого на незаконные группировки с более чем сомнительной репутацией.

Дискриминация по этническому признаку

Среди других проблем можно назвать и распространенную практику употребления крымской милицией недопустимых в цивилизованном демократическом обществе, дискриминационных формулировок. Такое случается не только в медиа, которые освещают уголовные события, но и в заявлениях и сообщениях Центра связей с общественностью Главного Управления МВД Украины в АРК, на что неоднократно обращали внимание и украинские правозащитники, и международные организации. Бывший председатель ГУ МВД в АРК Владимир Хоменко (назначен «помаранчевым» правительством) несколько раз заверял, что его подчиненные больше не будут прибегать к подобной позорной практике.
Однако, преимущественно антикрымскотатарские стереотипы советской эпохи не так легко поддаются искоренению, и в ЦОС продолжали создаваться такие «шедевры», как «крымские татары побили русских ребят», или «задержанная группа наркодилеров татарской национальности» (при том, что невозможно себе представить милицейские реляции, где речь шла бы о «пьяных славянах, которые побили крымскотатарского парня», или о том, что «русские бандиты убивали людей»). Интересно заметить, что на звонок по этому поводу тогда еще депутата ВР Украины Рефата Чубарова руководитель ЦОС О. Домбровский удивленно воскликнул: «Рефат, но они ведь действительно все татары!».
То есть во многих ситуациях прослеживается сознательное или подсознательное восприятие крымских татар как сообщества, к которому можно применять принцип «коллективной ответственности» или «коллективной вины». В известной мере это обусловлено и тем, что крымские милиционеры обычно отождествляют себя с русскоязычным/православной большинством, а процент крымских татар в среде силовых структур и стражей порядка Крыма все еще остается значительно ниже по сравнению с их долей в составе населения полуострова, далеко не достигая пропорционального представительства, на котором неоднократно настаивали в своих рекомендациях Совет Европы и ОБСЕ.
Еще одним свидетельством распространения этнических стереотипов среди крымской милиции является ход расследования печально известного события в Нижнегорском районе автономии – разрушения мусульманского кладбища в селе Уваровка. Это преступление было совершено неизвестными лицами в ночь на 10 февраля 2008 года, когда вандалами были разрушены почти все надгробные памятники (около 300). По факту вандализма на мусульманском кладбище милицией было возбуждено уголовное дело. Хотя следствие длится по сегодняшний день, сам его ход вызывает определенные вопросы; по меньшей мере, вызывает удивление попытки следователей направить следствие в одном направлении. По свидетельству одного из оперативных сотрудников главка милиции, который непосредственно принимал участие в расследовании, главной версией следствия является совершение преступления непосредственно крымскими татарами – членами так называемых «радикальных исламских групп». Невзирая на отсутствие любых доказательств или свидетельств об этих фактах, следователи милиции рьяно пытались выстраивать дело именно по вышеуказанной версии. Поэтому 15 февраля 2008 г. на митинге в Симферополе, первый заместитель Председателя Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров призывал вовлечь в расследование этого преступления Службу безопасности Украины, поскольку «расследование обстоятельств резонансных событий последнего времени не может осуществляться силами крымских управлений МВД и СБУ, среди сотрудников которых немало тех, кто исповедует по отношению к крымским татарам явные ксенофобские настроения» (цитируется по сообщению Агентства Крымские новости от 18 февраля 2008 г.).
Исследовав ситуацию в АРК и признав наличие дискриминации определенных меньшинств в Крыму по этническим и религиозным признаками, в том числе в деятельности правоохранительных органов, офис Верховного Комиссара ОБСЕ по вопросам национальных меньшинств провел 6 ноября 2008 года в Симферополе конференцию «Реформирование органов внутренних дел и интеграционные вызовы многонациональных обществ» (которую, к сожалению, не посетили руководители крымской милиции). По рекомендации ВКНМ ОБСЕ в АРК был инициирован цикл соответствующих тренингов для сотрудников милиции, чтобы уменьшить уровень нетерпимости к представителям меньшинств.

Современная ситуация и перспективы позитивных изменений
Безусловно, нельзя утверждать, что в последнее время в работе правоохранительных органов АРК не произошло никаких позитивных сдвигов, в частности, в попытках улучшить ситуацию с соблюдением и защитой прав человека. Например, 3 июня 2009 года благодаря профессиональным действиям милиции (при содействии членов общественной организации «Авдет», которые своевременно прибыли на место события), удалось уладить очередной земельный конфликт и не допустить масштабные столкновения на «поляне протеста» по ул. Васильева, г. Симферополь. Однако, источник подобных конфликтов, то есть спорные земельные вопросы, остается актуальным, в частности, затягивание Кабмином решения об отчуждении ведомственных земель в Крыму, которые не использовались и которыми пытались завладеть, в том числе силовыми методами, определенные коммерческие структуры, делало возможным вспышку последующих острых конфликтов.
Позитивным шагом является создание в Крыму, как и в других регионах Украины, Общественного Совета при Главном Управлении МВД Украины в Автономной Республике Крым по вопросам обеспечения прав человека, а также постоянно действующей мобильной группы по мониторингу соблюдения прав человека в деятельности ОВД и назначения двух помощников Министра по правам человека в АР Крым – Арсена Османова и Марины Новиковой. Хотя относительно эффективности этих структур и их реального влияния на ситуацию возникает ряд вопросов (в частности, относительно некоторых личностей в составе Общественного совета, фамилии, которых слишком часто фигурируют в сообщениях о вопиющих нарушениях прав человека ОВД Крыма), само их наличие может служить основой для последующего улучшения ситуации с правами человека в деятельности крымской милиции. Пока еще на сайте ГУ МВД Украины в АРК  под рубрикой «Права человека»  можно найти лишь очень ограниченную информацию, а название «Форум ГУ МВД Украины в АР Крым», где отдельные сообщения или обращения граждан остаются без ответов и любой обратной связи, вряд ли отвечает привычным представлениям об интернетовских форумах.
Достаточно сравнить мизерную информацию на этом сайте с той, которая касается аналогичных проблем и непрерывно обновляется на Форуме Крым Интернет портала Майдан. Весьма показательными в этом смысле являются «ветки» относительно событий 2009 года в г. Судак, одна из которых началась постингом с красноречивым названием «Ад в Судаке!» (см. http://www2.maidan.org.ua/news/index.php3?bn=maidan_krym&key=1207054308&action=view). Обсуждение стимулировала проверка комиссией МВД Украины «безобразий», которое совершало в городе руководство городского отдела милиции в составе начальника судакской милиции Могилевского (последнего считают «ставленником» полковника Федоряна, который пошел на повышение в Симферополь, оставив о себе очень недобрую славу), его друга – заместителя начальника штаба, руководителя уголовной милиции Ялалова и его заместителя Шкляра. Начало обсуждения осветило чрезвычайную запуганность и пассивность местных жителей (включительно с рядовыми милиционерами), их разочарование в возможности изменений к лучшему, лейтмотивом заметок было «Мафия бессмертна!». На протяжении нескольких месяцев у крымских участников форума появилась надежда на то, что центральная власть возможно, способна способствовать установлению справедливости и если не наказанию всех виновных в издевательствах над местными жителями, коррупционных действиях, «крышевании» наркотраффика и других преступлениях, то, по крайней мере, отстранению наиболее одиозных фигур от выполнения ими функций руководителей местной милиции. Не меньшим достижением этой борьбы было изменение общественных настроений, когда люди поверили и в собственные возможности, и резко повысили активность в отстаивании своих прав.
Нужно отметить, что на протяжении дискуссии были предоставлены высокие оценки деятельности министра Луценко и его роли в преодолении «бессмертной мафии». (На это стоит обратить внимание тем украинским правозащитникам, которые в ответ на очередные сообщения о нарушении прав человека сотрудниками милиции сразу же начинают требовать отставки Луценко). Огромные надежды возлагаются также на Геннадия Москаля, 19 августа назначенного постановлением Кабмина заместителем министра внутренних дел – начальником Главного управления МВД Украины в АР Крым. Судя по живому обсуждению этого назначения, крымчане хорошо помнят деятельность Москаля на этом посту в 1997-2000 годах, а также короткий – меньше года – период выполнения им обязанностей Постоянного Представителя Президента Украины в АРК. Форумчане считали, что в значительной мере благодаря его усилиям в конце 90-х был нанесен сокрушительный удар крымской мафии, и ожидали того же и теперь. Действительно, первые же шаги недавно назначенного руководителя крымской милиции засвидетельствовали решительность его намерений, другое дело, насколько долго продержится в своей должности Геннадий Москаль в этот раз?
Основания для этого пессимистического вопроса есть, и достаточно весомые, поскольку после своего очередного возвращения в Крым Геннадий Москаль начал активную деятельность сразу на «нескольких фронтах». Она не ограничивается борьбой с разного рода правонарушителями и бандитами, незаконным обращением наркотиков, экстремистскими религиозными организациями (последнее, по мнению авторов, не является делом милиции и может привести скорее к негативным последствиям), а распространяется и на высоких должностных лиц: депутатов ВР АРК, руководителей Симферопольского горсовета и горисполкома, — тех, кто по его данным, тесно связан с криминалитетом и/или принадлежит к коррупционным сетям. «Встречные удары» были нанесены мгновенно: уже 21 августа, через два дня после постановления Кабмина о его назначении, Донецкий окружной административный суд возбудил административное производство по заявлению А. Могилева об отмене этого постановления. 24 сентября должно было состояться судебное заседание по этому делу. Между тем в ВР депутаты от Партии Регионов также требуют его отставки, поскольку Москаль еще не сложил депутатские полномочия. Интересно отметить, что в кампании по дискредитации нового начальника крымской милиции принимают участие и некоторые местные «правозащитники». Идет речь, в первую очередь, о гражданине Израиля Марке Бен-Наиме, которого многие считают провокатором, причастным к деятельности нескольких пророссийских организаций в Севастополе и Крыму. (См., например, материалы Агентства «Крымские новости»: «Москаль превращает милицию в коррупционный орган, — правозащитник».
Из приведенного короткого обзора проблем, специфических для АРК, можно увидеть, насколько сложной является ситуация в этом регионе и насколько важна адекватная оценка и постоянное внимание к нему со стороны органов центральной власти, включая необходимость совершенствования законодательной базы, без чего все усилия крымской милиции будут оставаться лишь ситуативным ответом на постоянно возникающую вероятность острых конфликтов. Если же в результате следующих выборов начнется очередной «реверс» демократизации и «европеизации» Крыма, не сложно предвидеть и окончательное разочарование общественности в самой возможности системных позитивных изменений.

Перевод с укр.

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET