СТАРОКРЫМСКИЙ АРХИВ

24.03.201114:57

Д.В. Николаенко

Мифология Крыма

Самый простой способ получения и уничтожения информации о прошлом связан с архивами. Есть множество видов информации, которые помогают понять прошлое. Можно анализировать, например, историческую географию старокрымского водопровода, и на ее основании сделать ряд выводов и заключений по освоению территории. Это будут косвенные выводы и заключения, но они позволят реконструировать освоение данной территории. Городская инфраструктура как зеркало отражает городские процессы. Она ничего не скажет о культуре города, но она скажет о населении города, особенностях застройки и многом ином.

Сколь бы много нам ни говорили старокрымские глиняные трубы, они больше чего-то сказать не могут. Многое разрушено. Без архивных материалов восстановление информации о старокрымском водопроводе потребует массы времени и не даст исчерпывающего результата для понимания эволюции Старого Крыма. В архивах есть масса информации, аналогичной приведенному примеру с городским водопроводом. Суммарно эта информация позволяет восстановить освоение городской территории и ее эволюцию. По этой причине российские архивы содержат только строго определенную информацию. Когда речь идет о таком городе, как Старый Крым, то городской архив чистится от всего «лишнего» много раз. В итоге, остается почти пустота.

В отношении не сохранения архивной информации Старый Крым занимает выдающееся место. Небольшой городок. После присоединения к России Крыма, его население обновилось. Оно в целом многократно обновляется в этом городке. Жителей было небольшое количество. Занятий у них не очень много и основное занятие, так или иначе, связано с разрушением материального наследия, уничтожением информации о прошлом Старого Крыма.

В таких условиях любая бумажка старокрымского архива может содержать нечто очень важное. Это могут быть документы, связанные с разрешением – запрещением определенной активности, уничтожением – созданием чего-либо, перемещениями населения и так далее. При столь небольшой численности населения, и при столь ярких процессах разрушения Старого Крыма, архив городка по российскому периоду его переосвоения, информации не должен сохранять ни в каком виде. Самые разнообразные и тривиальные свидетельства переосвоения становятся совершенно неконтролируемыми российской стороной источниками информации, относительно уничтожения данного города. В условиях идеологической войны СКС и спорности крымской территории такой утечки информации никто не допустит. Информация по городку старательно уничтожается.

В российской СКС не все неупорядочено. Когда речь идет о районах социо-культурного переосвоения, обычно случается все то, что должно случиться. А случаться должно уничтожение информации о прошлом. Излишне говорить, что старокрымский архив исчез. Он исчез столь же демонстративно, как и архив Крымского ханства. Со Старым Крымом история примерно аналогичная, по своей разумности и правдоподобности.

От дороссийского освоения Старого Крыма не осталось практически никаких архивных материалов. Это вообще не тема для обсуждения российскими историками и крымоведами. Непонятен сам предмет. О многовековой дороссийской истории Старого Крыма говорят, в основном, странно переведенные цитаты из Мартина Броневского и аналогичных авторов. Понятно, что в них говорится о том, что Старый Крым был руиной еще … в таком-то году. А когда он был не руиной? Почему нет архивной информации о Старом Крыме не как руине, а как замечательном и общеизвестном городе?

От российского освоения Старого Крыма, в архивах, осталось очень немногое, связанное с потемкинскими реформами, и некоторыми другими разрушительными новациями. Эти материалы, специально сохраненные из массива информации о прошлом городка, стали настойчиво пропагандироваться в Российской империи и СССР. Причина в том, что они соответствовали российской идеологической концепции освоения этого района.

Архивом Старого Крыма в течение долгого времени не занимался никто. С того момента, как Крым стал частью Российской империи, и до того момента, когда появилась ТУАК, похоже, что старокрымский архив только накапливался, и ничего более. Сколь бы ни была вялой активность чиновников в Старом Крыму, но она должна была быть. Бюрократичность Российской империи общеизвестна и, нет малейших оснований, делать исключения для Крыма. Есть деятельности или ее нет, но бюрократия всегда работает в своем режиме. Старый Крым не есть исключение.

С 1783 года, по вторую половину 1880-х годов должно было накопиться немалое количество документов, связанных именно с данным городом. Это были самые рутинные документы. Разрешения, прошения, запрещения, жалобы и прочее. Если бы они сохранились, по ним можно было бы восстановить весь процесс разрушения Старого Крыма. Разрушение города не протекает без генерирования бумаг. В России все должно разрешаться государством. В том числе, и уничтожение наземной и подземной части Старого Крыма. Все это и разрешалось – разрушалось. Разрешения фиксировались в казенных бумагах. Именно по этой причине они не сохранились.

Методология теории СКС и анализа освоения теорий на ее основании очень тихая. Она готова кропотливо работать с самыми мелкими осколками прошлого. Житие старокрымских обывателей с 1783 года по любое время было бы отличным материалом для научного исследования переосвоения этого городка. Марксизм-ленинизм претендовал на глобальность и никогда не интересовался обывательским уровнем. Людей не было. Броневик, кепка в руке, преобразование мира и так далее. В теории СКС все совсем иначе. Не надо много шума и не надо ничего преобразовать. В самой небольшой крупице реальности можно увидеть реальность. Например, взять историю старокрымских семей. Она скажет много больше, чем любые решения любого съезда партии.

Архив Старого Крыма, так же как и архив Крымского ханства, испарился. Но если архив Крымского ханства в 1736 году пытались сжечь и утопить в пьяном виде казаки Миниха, то к середине – второй половине 1880-х годов старокрымский архив уничтожали уже не столь романтическим способом. Обошлось без пьяных казаков, спичек и вина. В Крыму наступили цивилизованные времена. Архив просто испаряется. От него осталось только ограниченное количество дел, которые давали строго соответствующий образ переосвоения данной территории.

Исчезновение старокрымского архива нужно рассматривать в рамках общего процесса рефлексии относительно Крыма и его освоения. Начинаются археологические исследования – мифотворение Крыма. Начинается пересмотр архивов Крыма. Начинается новая волна уничтожения информации о прошлом Крыма, и сотворении нового образа его освоения. Уничтожение старокрымского архива тесно связано и с работой ТУАК. Сама ТУАК есть порождение новой волны рефлексии относительно Крыма.

Я ни разу не встречал текстов, связанных с исчезновением старокрымского архива. Относительно того, что нет архива Крымского ханства до 1737 года, знают все. Что стало с документами Крымского ханства периода 1737 – 1783 годов уже не знает никто. Куда делись эти документы непонятно. Говорят, что их вывезли. Куда? Зачем? Каким образом вывезли? Ведь это большое количество различного рода документации?! Почему нет информации относительно проведения столь замечательной операции? Никто не интересуется.

Обращаю внимание на то, что относительно Крыма в целом, вопрос об исчезновении архивов поставлен. Куда делось то, и куда делось это. Нет информации, но есть представление о том, что и каким образом уничтожалось. На вопросы следуют совершенно неудовлетворительные ответы, но ответы есть. Если начинаешь задавать вопросы повторно относительно крымских архивов в целом, то в зависимости от состояния государства российского, можно стать врагом народа, диссидентом или еще кем-то. Это уже дело внешнее, зависящее от настроения государства. Другом народа не станешь ни при каком состоянии государства. Реакция на такие вопросы всегда вненаучная. Научное сообщество реагирует на такие вопросы гробовым молчанием. Как в платоновской пещере. Одни тени.

В отношении отсутствия архивов на уровне отделенных городов и, в частности Старого Крыма, и сохранности их архивов в целом, вопрос не ставится вообще. Документы просто испаряются. Ни у кого не возникает вопросов относительно того, чтобы исследовать данный вопрос. Его не существует. Нет крепостных стен Старого Крыма. Кто и когда их построил? Кто и когда их разрушил? Не знает никто. Нет вопросов. По старокрымским архивам ситуация аналогичная. По данному городу с многовековой и столь славной историей практически нет информации. Как так могло случиться? Ни у кого нет вопросов.

Выскажу странную гипотезу – может быть документы по Старому Крыму и есть, в полной целости и сохранности, и хранятся где-либо. Слишком большой массив информации испарился окончательно и бесповоротно. Ничто и никогда не всплывает. Так массированно и чисто информация не исчезает случайно. Уничтожение информации есть процесс также весьма сложный. Его, к счастью, сложно провести так, как хотелось бы исполнителям. Всегда остается часть информации.

Может быть, старокрымские документы ни разу не были востребованы по причине того, что у научного и краеведческого сообщества не возникает потребности исследования освоения и переосвоения Старого Крыма. Такой потребности действительно нет. Другая причина в том, что эти документы не описаны архивными работниками. Наверняка, есть закрытые материалы, в российских – советских – постсоветских архивах. Те, кто сохраняют архивы, знают о них. Остальные, включая специалистов, не знают.

Если когда-то старокрымские архивы все-таки найдутся, то будет отличная возможность проверить реконструкцию, проведенную на основании теории СКС в условиях очень ограниченной информации и обилия мифологем. Это важно и для продвижения самой теории и ее методологии.

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET