Исторический дайджест

13.08.201214:57

Об Ашлама сарае

В верховьях речки Ашлама, позже переименованной в Чурук-Су в уютном ущелье Ашлама Дере некогда располагалась летняя резиденция крымских ханов – Ашлама сарай. Дворец, к сожалению, не сохранился. Но дошли до наших дней описания дворца побывавших здесь иностранных путешественников. Так некий герцог Караман в своих записках: «Поездка в Крым в 1784 году» сообщал, что дворец этот располагался посреди обширного сада и состоял из нескольких деревянных корпусов.

«Комнаты, где прежде жили ханы, обширны, убраны на турецкий манер, окна в них с цветными стеклами; стены покрыты искусною штукатурною работой, которая местами вызолочена; диваны помещены так, что с них можно любоваться прекрасными видами». Далее путешественник говорит, о том, что в саду ашламинского гарема был большой искусственный пруд: «…по которому хан сам катал в небольших лодках своих жен и очень забавлялся, когда лодка опрокидывалась и жены, одетые в самые легкие наряды, падали в воду». Другие путешественники упоминали, что посередине этого искусственного водоема стояла беседка, где и в летнюю жару было прохладно.

На единственном сохранившемся графическом изображении Ашламинского ханского дворца можно увидеть изящное здание в мавританском стиле с высокими стрельчатыми окнами, расположенное на берегу прямоугольного пруда, в котором плавают белые лебеди. Оно было украшено минаретами и восемью высокими башнями с луковичной формы куполами. Дворец был разрушен во время аннексии. Но чудом уцелело здание гарема. В нем и останавливались иностранные путешественники. Кроме того, сохранился пруд и беседка, обширный луг, террасы с розовыми кустами. Но и это было утеряно уже в XIX столетии.

Придворный историограф Реммаль Ходжа и этикет крымского двора

Кайсуни-заде Мехмед Недаи Реммаль Ходжа известный автор «Тарих-и Сахиб Гирай хан», или «История хана Сахиба Гирая». Это был прекрасно образованный крымскотатарский ученый, который присоединился к Сахибу Гираю в Стамбуле в 1532 году и служил ему на протяжении всего его правления астрологом, врачом и близким советником. Реммаль Ходжа был очевидцем и участником событий времен хана Сахиба Гирая. В сравнении с большинством других хроник, посвященных Крымскому ханству, «Тарих» является выдающимся трудом, так как его автор предпочитал давать относительно четкие описания событий и снабжать конкретными деталями, нежели загромождать свой труд демонстрацией напыщенного стиля.

Итак, благодаря «Тариху» Реммаля Ходжи можно воссоздать картину эпохи правления Сахиба Гирая при ханском дворе. Так, когда в 1539 году Сахиб Гирай собирался в поход против черкесов ханские конюхи оседлали лошадей седлами инкрустированными драгоценными камнями и обрядили их упряжью с золотыми накладками. Были водружены бунчуки из лошадиных хвостов и развернуты флаги («санджаки»). Тем временем вдоль улиц стояли зрители, наблюдавшие как Сахиб Гирай, попрощавшись со своим гаремом, появился из главных ворот своего дворца в церемониальной одежде и опоясанный мечом. Он направился в мечеть, где была воздана в честь его похода молитва, затем в последний раз перед отправлением он повернулся в сторону дворцовых ворот. Толпа распевали молитвы, когда он, его свита и эскорт – служилые люди («ички бэглэри») и капы-кулу – с флагами над ними и с дополнительными лошадьми, следовавшими позади, уходили в свой поход.

А вот северный поход в Москву (зимой 1539 – 1540 года) возглавляемый сыном Сахиба Гирая Эмином Гираем Реммаль описывает как серию торжественных церемоний и праздничных событий. Во-первых, после вручения своему сыну позволения («иджазэт») возглавить поход, хан одел его в богатое церемониальное платье (церемония «хил`ат»), опоясал золотым мечом и продолжал давать ему советы («насихат») о том, как действовать во время предстоящей экспедиции (поддерживать дисциплину, хорошо инспектировать армию – как ее авангард, так и тыл, и, конечно, всегда быть храбрым). После этого было созвано собрание (меджлис). Были принесены кувшины меда, того, что «дает удовольствие для сердца». Несомненно, со скрытым юмором Реммаль Ходжа говорит нам, что в этот момент те, кто не пил, удалились с веселого собрания (сохбет). Затем музыканты взяли свои музыкальные инструменты саз и начались музыка и танцы.

Ицка Лейберович Берг

Каждому симферопольцу сегодня знакомо стекленное сооружение в центре города именуемое – торгово-развлекательный комплекс «Берг». Сразу же возникает вопрос случайно или с умыслом ему дали такое название? Так как известно, что в середине XIX века в Симферополе жил купец по фамилии Берг. Ему принадлежал торговый дом, который располагался на месте нынешнего Украинского театра. Здание напоминало дворец и являлось великолепным образцом архитектуры XIX века. Современные жители крымской столицы вряд ли его помнят. И неудивительно, в 60-е годы XX века в связи с переустройством площади Ленина оно было снесено.

Ицка Лейберович Берг купец 2-й гильдии происходил из состоятельной еврейской семьи, проживавшей в Керчи. Свое состояние он приумножил, женившись на девушке из богатого еврейского рода. Спустя некоторое время молодожены переехали в губернский город Симферополь. Берга не смутило что в крымской столице, уже насчитывалось 95 купцов первой и второй гильдий, которые и разделили между собой сферы своего купеческого влияния. Оценив ситуацию, он нашел и для себя незанятую нишу. Уже давно он мечтал создать универсальный магазин, где были бы представлены товары в широком ассортименте. В Симферополе такого торгового центра еще не существовало. Вскоре предприимчивый Берг нашел идеальное, по его мнению, место для торга. Им оказался пустующий участок вблизи самого оживленного места в городе – большого базара, занимавшего в те времена часть современной площади Ленина. В 1843 году купец начинает вести активную переписку со строительным департаментом Министерства внутренних дел о выделении ему данного участка для строительства торгового «Дома Берга».

«Дом Берга» можно было вполне назвать предтечей современного торгово-развлекательного центра. Здесь были комфортабельные магазины, в которых продавали продукты и товары для дома. Здесь даже была чайная, где посетители могли отведать вкусные пирожные между покупками. Гораздо позже в Симферополе появятся и другие торговые центры, которые скопируют «Дом Берга».

В 1895 году Ицке Берга не стало. Не стало и его детища. Его наследники продали здание купцу Петру Ванштейну, и новый владелец устроил здесь гостиницу на 36 номеров, назвав ее «Гранд-отель».

Табачный король – Вениамин Стамболи

Однажды во время прогулки неподалеку от феодосийского порта молодую караимку Ребекку Стамболи остановила старая цыганка. Она предрекла ей, что у нее родится сын, которому суждено стать богатым и прославить фамилию Стамболи. А начнет он свое дело именно отсюда с порта, продав первую ложку табака. Тогда Ребекка не поверила пророчеству цыганки. Ведь даже если и родится сын, то его будущее уже обеспечено. Дела у предприимчивого мужа Иосифа Стамболи, переехавшего в начале XIX века в Крым из Турции, шли хорошо, и семья ни в чем не имела нужды. Несколько магазинов в городе приносили хороший доход. О каком табаке может быть речь!

Спустя год родился первенец. Караимский священник – газзан дал мальчику имя Вениамин. С детства он был развитым и смышленым ребенком. И, возможно, он блестяще продолжил бы дело отца и во много раз приумножил капитал, если бы Иосиф Стамболи не разорился. Имущество перешло новому владельцу, а семья вынуждена была ютиться в скромном домике у порта. Несчастье отразилось на здоровье отца, и очень скоро его не стало.

По одной из версий Вениамин Стамболи начинал свое дело со сбора окурков на набережной. Потроша папиросы, он по крупицам собирал табак, а потом отправлялся в порт и из мешочка, отмеряя деревянной ложкой, продавал его портовым рабочим – за копейку. Через несколько лет юноша попросил караимскую общину одолжить ему некоторую сумму денег на покупку старого ручного станка и на открытие маленького цеха по переработке табака. Дело пошло, и вскоре цех на Итальянской улице, стал разрастаться, да так стремительно, что уже в 1861 году появилась первая табачная фабрика и первый сорт табака «Дюшес», выращиваемый на собственной плантации. Сырье для фабрики везли пароходами из Японии, Китая и Индии, а табак и папиросы Стамболи расходились по всей Европе. Магнат жертвовал много денег на благотворительность, оплачивал лечение своих работников, строил для них дома. К семейному делу он привлек подросших сыновей: Моисей имел дело с заказчиками, Исаак – ведал плантациями, а младший Иосиф следил за производством на фабрике.

Каждое утро, Вениамин Стамболи задолго до начала рабочего дня верхом на лошади подъезжал к дверям своей главной конторы. По многолетнему ритуалу, приказчик подавал чай, а чуть позже приходил сортировщик-дегустатор. Это был старый крымский татарин, сам он не курил, но с тонкостью знатока – на ощупь, на запах, на глаз – распределял номера и составлял из них сорта. Именно эти сорта и прославили табачного короля Вениамина Стамболи в Европе.

Сыновья табачного магната продолжили дело отца. А незадолго до революционных событий 1917 года, распродали свои фабрики (их уже насчитывалось 10 только в одном Крыму) и эмигрировали, сначала в Турцию, а после во Францию, где и пустили свои корни. Сегодня о Вениамине Стамболи напоминают его дома и дворцы, сохранившиеся в Симферополе и в Феодосии.

Подготовила

Гульнара Абдулаева

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET