Эскендер Бариев / Сильное звено

05.11.20129:12

На выборах я надеялся на себя и свой народ
Единый согласованный кандидат от объединенной оппозиции и Меджлиса крымскотатарского народа Эскендер Бариев окончил гонку с результатом почти 16%, который политологи оценивают как очень хороший. О всех перипетиях предвыборной гонки, о своих успехах и поражениях, о планах на будущее и о многом другом в интервью с общественным деятелем, политиком Эскендером Бариевым.

Эскендер-бей, это Ваша не первая попытка участия в выборах. Как Вы оцениваете свой результат на выборах-2012?

Лучший результат – это победа и депутатский мандат в кармане. Наверное, мой лучший результат, когда я стал депутатом Молодежненского поселкового совета в 2006 году.

Впервые я был кандидатом в депутаты железнодорожного районного совета города Симферополь в 1998 году, тогда я был неопытный, многие мои избиратели не могли голосовать из-за отсутствия гражданства. Я занял второе место, уступив победителю 50 голосов. Я помню, как мне активно помогала русская бабушка, которая даже написала стихотворения и читала на встречах с избирателями.

В 2002 году я был третьим крымским татарином в списке избирательного блока Виктора Ющенка «Наша Украина», тогда я понимал, что нахожусь в непроходной части списка, хотя работал в полную силу в избирательном штабе Меджлиса крымскотатарского народа, возглавлял коалицию молодежи «Наша Украина» в Крыму и избирательный штаб в одномандатном избирательном округе №2.

Кандидатом в народные депутаты Украины по одномандатному избирательному округу я избирался впервые. Многие крымские политики не рискнули баллотироваться по восьмому избирательному округу, учитывая политическую и финансовую «тяжеловесность» Бориса Дейча. Хотя я и проиграл, я все-таки получил поддержку около 12 тысяч жителей данного округа, за что я очень благодарен этим людям и, уверен, что не подведу их доверия. Я хочу поблагодарить Ичкинский региональный меджлис и его председателя Абмеджита Сулейманова, активистов Крымскотатарского Молодежного Центра и его председателя Лемару Усеинову.

Вашим главным оппонентом был Борис Дейч, который, не секрет, пользуется популярностью среди крымскотатарского электората. На что Вы надеялись в этой ситуации?

Я бы сказал, что Борис Дейч пользуется популярностью у крымскотатарских бизнесменов и политиков общекрымского и регионального уровня. Он действительно смог подвязать «ниточки», которые в нужный момент тянет, ведь ему в том числе обязаны и крымскотатарские политики, которые открыто конфликтуют между собой.

Относительно самого народа, то большой популярностью он не пользуется, да и не только у крымскотатарского. Именно в эту кампанию я раскрыл для себя, что понятия «влиятельный» и «авторитетный» могут быть не тождественны.

Я надеялся на себя, свои знания в политических технологиях и, конечно же, на избирателей. Скажу честно, когда я задумался, то решил, что если я не поверю в победу сам, то не поверят в нее и люди. Поэтому были моменты, когда я чувствовал, что у меня победа в руках. А ведь шанс всегда есть. Кроме того, в новейшей истории Украины известны случаи, когда в моей ситуации побеждали.

Какие ошибки выделите сами в ходе своей избирательной кампании?

Наверное, основная – это отсутствие финансовых ресурсов, потому что я не смог создать собственный работоспособный и профессиональный избирательный штаб, потому что быть одновременно и субъектом избирательного процесса и руководителем штаба очень тяжело, реализовать все технологии, которые могли бы привести к лучшему результату. Ведь даже мои агитки появились только лишь за двадцать дней до выборов, агитация по телевидению за три дня. Вторая, когда я ранее реализовывал свои различные проекты, то не привязывал их к какой-либо территории. Третья, так и не сработал в полном объеме мой избирательный сайт, который должен был больше проинформировать избирателя о моей деятельности. Четвертая, я не смог своевременно сосредоточить представителей территориальных громад на их собственных проблемах, ведь люди активны и выходят на встречу, когда их беспокоят их бытовые проблемы. А законопроекты, о которых мы говорим, к сожалению, не сразу воспринимаются ими.

Чувствуете ли некую внутреннюю опустошенность после выборов? Дает ли Вам возможности продолжать политическую деятельность?

После любого крупного события, когда человек работает на износ, всегда ощущается некая внутренняя опустошенность, даже независимо от результата. Выборы — это экзамен для общества, индикатор, с помощью которого можно определить динамику развития общественной психологии. К сожалению, в нашем крымском обществе много проблем, оно политически не образовано. Нашим (крымским) обществом выборы воспринимаются не как борьба идей, идеологий, программ дальнейшего развития Крыма и Украины в целом, а как борьба олигархов и денежных мешков, которые могут что-то сделать один раз за пять лет или кто дороже купит избирателя.

Политические технологи говорят, что выборы начинаются на следующий день после выборов. Поэтому, если наш народ хочет иметь представителей в законодательной и во всех уровнях представительной власти, то уже сегодня нужно построить стратегию, определить потенциальных кандидатов, привязать их к возможным округам и начинать работать. Ведь выборы в местные советы уже не за горами да и продержится ли данный созыв Верховной Рады Украины более 1,5-2 лет, тоже вопрос открытый.

Видите ли себя в крымском политическом обществе или намерены двигаться в сторону всеукраинского уровня?

Без поддержки своего народа и жителей Крыма в целом трудно стать политиком всеукраинского уровня с одной стороны. С другой — чтобы эффективно решать проблемы Крыма и его жителей, способствовать его экономическому, социальному и гуманитарному развитию нужно обладать законодательной инициативой, т.е. иметь депутатский мандат. Я думаю, что у меня могло бы получиться, потому что сейчас во всеукраинскую политику пробивается все больше представителей моего поколения, с которыми я дружу с тех времен, когда все мы были молодежными лидерами Украины. Кроме того, я получал специальное образование и знакомился с законодательством развитых стран.

Как, по вашему мнению, выдвижение от «Батькивщины» способствовало или, наоборот, мешало Вашему успеху?

На данный вопрос нельзя ответить однозначно. По мнению политических технологов, кандидаты-мажоритарщики всегда подтягивают пропорционалку, т.е. политические партии. Скажу честно, что я неоднократно запрещал раздавать партийную агитационную литературу до начала своего выступления, потому что трудно донести до людей нужную для них информацию, когда они настроены против тебя и не дают сказать слова. В сознание жителей Крыма настолько прочно вбили негативную ложь относительно Юлии Тимошенко, что переубедить людей было непросто. В своем выступлении я говорил правду, что не являюсь членом политической партии ВО «Батькивщина», что меня пригласили как опытного общественного деятеля, знающего проблемы обычных людей и не на словах, а на деле умеющего решать их. Также я говорил, что являюсь примером того, что объединенная оппозиция хочет обновить свою команду молодыми, грамотными и инициативными людьми. После своего выступления я часто слышал, что за такого как я нужно голосовать, а за объединенную оппозицию нет. Часто после моего выступления люди начинали воспринимать информацию о Юлии Тимошенко и Юрии Луценко. Было приятно слышать, когда люди говорили, что верили информации по телевизору и не знали всей правды.

Случались ли в вашей предвыборной гонке какие-либо курьезы, интересные, удивившие вас ситуации, случаи?

Конечно, были. Три случая, когда это было связано с моей национальной принадлежностью: первый — после моего выступления все люди пожали мне руку, мы сделали общую фотографию, подходит один житель и говорит: «Вы все говорите правильно, но зачем Вы занимаетесь захватами земли?» Я ему отвечаю: «Покажите, пожалуйста, где я захватил землю?». Получил ответ: «Я говорю не о Вас лично». Второй случай, когда перед моим выступлением помощники раздали агитационный материал ВО «Батькивщина». Смотрю, многие настроены против меня. Не успел я начать выступление, как прозвучал вопрос: «А кто ты по национальности?», я отвечаю: «Крымский татарин, а что есть проблемы?». Конечно же, этот человек пытался всячески перебивать меня и тогда я ему говорю: «А Вы знаете, что Русская община Крыма за Бариева Эскендера?». Он у меня переспросил. Я снова повторил. Он мне в ответ: «Скажите по-русски». Я ему снова повторяю. Он мне: «А что такое Бариева Эскендера?», я ему: «Это зовут меня так». После этого он развернулся и ушел, а люди мне сказали, чтобы я не обижался на него, он боксер, учитель физической культуры. На него постоянно жалуются ученики, потому что он их бьет. Третий, когда мне люди жаловались, что к ним не ездят автобусы в деревню, потому что водитель татарин не хочет везти за двенадцать километров от трассы одного или двух жителей села. А когда я им предложил, что нужно сделать, чтобы разрешить данную проблему, люди стали интересоваться моей фамилией и именем, а когда услышали, им стало неловко, что озвучивали национальность водителя.

В селах многие люди запуганы, а когда спрашиваешь их имя и отчество, то боятся называть. Я думаю, что это большая проблема в нашем обществе.

Был случай, когда ГАИшники остановили мой агитационный автобус с агитаторами, искали нарушения, нашли «трещину» на диске, хотя это оказалась царапина на окрашенном покрытии. Составили протокол. Но все равно, автобус продержали около двух с половиной часов.

Там, где я был и работал с людьми, через некоторое время приезжал Б.Дейч или его люди и выделяли деньги на ремонт клуба, детского садика, жилого дома, появился свет в амбулатории. Я начал шутить, раз я здесь был и увидел проблему, то приедет Борис Давидович или его люди и разрешат ее.

Как поддерживала Вас семья?

Баллотироваться в Верховную раду Украины мне предложили представители «Фронта змін» в начале июня этого года. Прежде чем дать согласие, для меня важно было мнение моей семьи: родителей своих и супруги, самой супруги, сестер. Я объяснил, что около четырех месяцев меня не будете видеть целыми днями, а возможно, и сутками, за это время не будет каких-либо доходов в семью, а также, может быть, и физическая небезопасность. Родители мне сказали, что этим я занимаюсь независимо от выборов, поэтому это никак не повлияет на мою деятельность. «Если народ будет с тобой, то нечего бояться, пусть бояться те, кто его грабит», — сказали они мне относителньо безопасности. Моя супруга мне активно помогала в моей избирательной кампании. Морально меня поддерживал мой сын Эмирхан, ему 2 года и 4 месяца, он у нас не говорит по-русски. Когда он увидел видеоролик и агитационный флаер, то подбегал и говорил подняв руку: «Наш кандидат в народние дюпутаты…Бариев Эскендер! Вместе пибедиииим!». Также для меня было важно решение Курултая крымскотатарского народа, поэтому заявление в Центральную Избирательную Комиссию я подписал только после согласования.

Как вы оцениваете активность крымскотатарского электората? Поддержка и активность крымскотатарских избирателей, по мнению некоторых экспертов, на этих выборах была рекордно малой, Вы согласны с этим? (если да, почему, если нет, почему?)

К сожалению, активность крымскотатарского электората на самом деле очень низкая по сравнению с предыдущими выборами, особенно в конце девяностых, в начале двухтысячных, когда в абсолютных цифрах мы давали до 92-97 тысяч голосов. Ведь если бы активно участвовал крымскотатарский электорат на десятом округе, где наших избирателей около 30 тысяч человек, то Ахтем Чийгоз мог бы выиграть у Грубы, который набрал всего 23 тысячи голосов. А относительно моего округа, если бы наш электорат был активнее, а значительная часть голосов не ушла к Борису Дейчу, то мы могли бы иметь своего депутата или разрыв был бы минимальным, ведь меня поддержали, в том числе и не крымские татары.

Здесь сработало несколько факторов: 1) среди крымских татар больше появляется людей, которые не идут на выборы по религиозным соображениям. Хотя честно говоря, я этого не понимаю, ведь мы живем в данном государстве, ведь наша жизнедеятельность и проблемы, являющиеся острыми для нашего народа регулируются законами и нормативно-правовыми актами, которые принимаются властью, избираемой на этих выборах, а это: возможность носить девочкам хиджабы, получение гос.актов на землю, сдача в эксплуатацию жилья, выделение земель под мечети, пенсионное обеспечение, социальное обеспечение за рождение ребенка, медицинское обеспечение и т.д.; 2) слабая и неорганизованная работа местных и региональных меджлисов, это связано с затянувшимся переговорным процессом с политическими партнерами; 3) слабая информированность крымскотатарского электората; 4) разочарование крымскотатарского электората в политических партнерах, в частности в В.Ющенко, который, будучи Президентом Украины, не сдвинул проблему крымских татар с мертвой точки; 5) разрозненность крымскотатарской политической элиты и слабая работа с народом.

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET