После Ледникового периода

01.07.201319:04

Это статья о новом мире, который начинает вырастать на наших глазах, и делает это иногда так быстро и часто, что перестаешь даже замечать происходящие изменения. О духовных и ментальных измерениях, число которых в Крыму на единицу человеческого сознания и географической площади зашкаливает по всем историческим меркам.

О крымскотатарском народе и крымскотатарском мире. Но не только. Мы уже вливаемся в разные сообщества и это невозможно удержать. Мы меняем привычный образ Крыма, а Крым меняет нас.

Духовная динамика

Мы как народ все время изменяемся. Это наша историческая карма. И этническая, и культурная, и ментальная. Со времен правления Гераев мы пережили несколько миров, каждый из которых оставил свой след в судьбе нашего народа, в нашей душе и нашей духовной жизни.

Было Крымское ханство – колыбель и первые шаги нашего народа в истории. Был Российский период, духовное и социальное положение в котором старательно вытеснило нас в два различных измерения. Одно – диаспоральное, берущее свое начало на турецком берегу. Другое – российско-европейское, мостом к которому и его наивысшим уровнем стал Исмаил Гаспринский с его незаурядной деятельностью и творчеством, из которых выросло целое поколение крымских татар, новый культурный пласт национальной жизни.

Те, кто оставался на месте, оказались и вне времени, в уходящем мире, который медленно угасал, сохраняя свой образ жизни, культуру, отношения. Целая эпоха традиционной укорененной крымскотатарской жизни, которая не зависела от внешних перипетий, определяясь больше нашей связью с предыдущими поколениями, их образом жизни, мышления, связью друг с другом и природой. Это этническое ядро нашего народа оказалась невостребованным в те годы историей, но оно очень нужно сейчас, потому что именно в нем растворено и сосредоточено то самое начало, которое превращает группу людей в нацию, которое незаметно для глаз сохраняет и передает от поколения к поколению золотую колыбель – «алтын бешик», источник жизни и возрождения народа, позволяющую ему сохраняться и возрождаться в самых разных, порой очень тяжелых условиях, поднимаясь и выстраивая вместе с этим новый мир.

После Исмаила Гапринского мы оказались втянуты в новую социальную эпоху – целый вихрь событий с революциями, гражданской войной, пролетарской идеологией. Этот мир буквально вписался в нашу социальную стратификацию, в которой к тому времени почти не осталось богатых и аристократичных, и было много бедных и безземельных. Он подарил и большие надежды, и большие разочарования. За двадцать последующих после революции лет для нашего народа произошел один глубокий культурно-образовательный вдох, за которым, к сожалению, последовал новый не менее глубокий, но уже трагический выдох, после которого мы оказались в новой географии, в новых традициях и новой культуре. Жаль, что все это происходило в условиях депортации, и не было возможности выбирать: куда тебе ехать и с кем тебе жить.

Теперь, на расстоянии времени, понимаешь, что Средняя Азия с присущим ей укладом жизни и духовной аурой, была, возможно, одним из самых удачных регионов, куда нас могло занести бремя сталинских репрессий. Именно здесь наш народ со временем не просто поднялся материально, культурно и социально, повышая уровень своей образованности и переселяясь из сельской местности в города. Здесь он возродился духовно как народ. Сказав впервые в своей подневольной истории слово «НЕТ» исторической судьбе.

Возможно, с таких моментов и начинается новое рождение этноса. Второе по счету, а может быть, даже не второе. Это процесс сложно зафиксировать в определенной точке пространства и времени. Он личностный, хотя и захватывает большие группы людей. Его существование проявляется в духовном мире как некая граница, за которой остается вчерашний этнос, которого уже нет, и через которую переходит новый этнос, которого еще нет, но есть желание и воля перейти этот рубеж, чтобы вернуть то, что остается неизменным – сердце народа. То, что каждый несет в себе, в той степени, в которой он может это унести.

В нашем прошлом остались миры, которые мы пережили и которые пережили нас. Они растворились в нашей истории, оставив после себя очень мало материальных следов, но сохранились в духовном измерении в виде отдельных событий, образов, впечатлений, знаний, отношений, загадок и проблем. Это мир человеческой души, особое национальное мироощущение. Он существует в разной степени в каждом из нас, заявляя о себе, наполняя собою, переезжая с нами через границы государств, требуя своего воплощения. Он пытается соединить самого себя в одно целое, объединяя нас в различные группы, партии, прослойки. Помогая нам решать общие проблемы, жить, общаться.

Это совсем не просто, потому что быть вместе и быть одним целым – различные измерения жизни. Иногда требуются большие духовные усилия для того, чтобы сказать «мы», в то время когда хочется сказать «мы и они», когда особенное начинает подниматься над общим. Но только так, через борьбу, через духовные поиски, через проблемы и понимание проблем, через внутренние изменения, созидается тот духовный стержень, который делает этнос этносом. И который, утвердившись, придает нашему существованию определенный смысл и основание, независимое от внешних колебаний и перипетий, и всего того, чем наполнено наше повседневное существование.

Окружающий мир пока мал для нас. Какими бы возможностями, масштабом и ресурсами он ни обладал, его никогда не будет хватать для того, чтобы воплотить в себе все наше понимание и ощущение национального мира, отраженного в нашей этнической памяти и нашем внутреннем представлении о том, что есть крымскотатарский мир. Во внешнем мире его осталось очень мало. Бахчисарай, немного южного берега, чуть-чуть Евпатории и Карасубазара. Все это больше символизирует, чем является. Наш Крым старательно стирали с поверхности земли, как стирают ластиком рисунок на бумаге. Но он оказался в самом надежном месте, которое только и позволяет сохраняться любому миру – в самом человеке. Он разбит сейчас по кусочкам, по отдельным сознаниям, заполняя наши души, заставляя нас искать в других осколки и очертания такого же мира для того, чтобы объединить их в одно целое, потому что только все вместе, связанные друг с другом, мы можем во всей полноте увидеть и показать то, что есть наш мир. Поэтому мы нужны друг другу.

Мы еще очень молодой и растущий этнос. В нас есть сила созидать и преобразовывать реальность. Пока эти силы выплеснулись в более 300 крымскотатарских микрорайонов, разбросанных по Крыму. На это было затрачено много сил, времени и средств. Пока наш мир напоминает общие, наиболее грубые мазки на полотне художника, но постепенно приобретает более тонкие очертания, через которые уже проступает национальный колорит.

Что мы будем строить в будущем, когда отдохнем, восстановимся, захотим сделать что-то «для души». Когда наполнимся тем содержанием, которое накапливалось столетиями, вобрав из него самое лучшее и достойное, потому что иначе нельзя. Только такая «архитектура» может заложить строение, способное выдержать натиск времени и обстоятельств.

И только таким образом можно существовать, сохраняя свою самобытность, в глобальном мире, который все больше сходит с географической карты, и все более настойчиво стучится в нашу дверь.

Нуззет Али

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET