Фиаско московского проекта 1692 года

29.07.201313:36

Как известно, предпринятые с большими приготовлениями и торжественностью походы князя Василия Голицына в Крымское ханство обернулись полным провалом. В 20-х числах мая 1689 года Голицын во время второго похода, так и не вступив с крымцами в генеральное сражение, неожиданно даже для своего командования отдал распоряжение русской армии спешно покинуть пределы Крымскотатарской державы.

О заключении хотя бы перемирия с ханским правительством и речи не было. Поэтому вопрос о мире так и повис в воздухе. А между тем, Крымские походы значительно опустошили московскую казну, и продолжать военные действия было бессмысленно. Новое правительство в лице будущего императора Петра I в эти годы находилось под большим влиянием Ивана Мазепы, отвечавшего за вопросы внешней политики. А последнего больше интересовали другие вопросы, связанные с казацкими волнениями, нежели крымские дела. Поэтому уже в 1690 году в Москве заговорили о мире с мощным и представляющим опасность южным соседом.

Вести войну с Московией не желали и в Бахчисарае. Тем более, что крымские силы постоянно призывались на Дунай, где разворачивались основные военные действия. Однако первый шаг был предпринят русской стороной. Мирные переговоры Московии и Крымского ханства начались не без участия Мазепы. Узнав о том, что Речь Посполитая, которую тяготила война с ханством в Подолии, прислала своих послов для ведения мирных переговоров к крымскому хану, Мазепа, опасаясь, как бы эти два государства не объединились против Русского царства, в свою очередь посылает в 1691 году гонца Пантелеймона Радича к крымскому хану Саадету Гираю II, который в это время находился в Аккермане. Посланник вез хану предложение заключить мир с Московией. В знак того, что московское правительство желает мира, Мазепа приложил максимум усилий, сдерживая запорожцев от мелких нападений в приграничье, которые периодически случались.

Крымский хан был готов поддержать московскую инициативу о мире и посылает в Москву своего поверенного Кара Мехмеда агъу с ответом, что он согласен начать переговоры, только в том случае, если русские цари возобновят прежние условия мирных отношений, а именно снова начнут присылать в Бахчисарай ежегодную казну. И, соответственно, выплатят все то, что задолжали за последние годы.

Конечно, это не понравилось московскому правительству. Начатая Голицыным война собственно и предполагала избавление от выплаты дани Крымскому ханству. Но и отказаться от мира тоже не могли. А пока в Москве думали над ответом крымскому хану, Саадет Гирай вместе со своей армией ушел на войну в Венгрию. Было принято решение на время похода крымского хана задержать в Москве крымского посланника.

Поход на Венгрию окончился неудачно для самого Саадета Гирая. Как писал историк Рашид, Саадет Гирай II, пользовался уважением своего народа, был красноречив, щедр, был человеком слова и чести, но в то же время был и вспыльчив. Именно эта вспыльчивость его и погубила во время венгерского похода. Дело в том, что когда он с основными силами стоял в Буджаке, часть его аскеров под предводительством влиятельных мурз, не согласовав с ханом свои действия, совершили поход в Валахию. Конечно же, хан пришел в ярость и сделал выговор виновникам этого предприятия. Более того, он велел возвратить пленных, захваченных в этом походе. Несмотря на то, что он проявил справедливость, это не понравилось мурзам, принявшим участие в незапланированном походе. Они затаили обиду на хана, и когда войско в полном составе соединилось с османским и должно было вступить в решающее сражение, крымские аскеры, подчиняясь приказу своих военачальников, отступило. Это вызвало переполох в объединенной армии. Заговорщики пошли дальше. Они тут же отправили османскому султану донесение на хана, обвинив его в несправедливом к ним отношении и попросили позволения избрать себе нового хана. Османское правительство, к сожалению, приняло во внимание просьбу мурз и эмиров, и в декабре 1691 года Саадет Гирай был отстранен и сослан на остров Родос.

А между тем, из Москвы в Крым уже ехал русский гонец Василий Айтемиров к Саадету Гираю с письмом, в котором содержалось предложение, изложенное московской стороной о мирных переговорах.

Назначение Айтемирова состоялось 8 февраля 1692 года, ему были вручены грамоты на имя Саадета Гирая, дело в том, что в Москве еще не знали о смене правительства. В марте Айтемиров прибыл в Батурин. Здесь его встретил гетман Мазепа, он уже знал об избрании нового хана Сафа Гирая и о прибытии его в Крым. Но не стал задерживать у себя гонца для того, чтобы в грамотах изменили имена. Из Батурина московский гонец отправился в путь уже в сопровождении человека Мазепы некоего Василия Велецкого, так как гетман желал быть в курсе всех дел, связанных с внешней политикой Московии.

В апреле гонец прибыл в крымскотатарский город-крепость Газы-Кермен. Здесь его встретил голова крепости. Он предупредил, что в Крыму недовольны задержкой Кара Мехмеда агъи и будут спрашивать о причине этого обстоятельства.

18 апреля Айтемиров прибыл на Альму и послал своего толмача с извещением о своем приезде в Бахчисарай. Гонец должен был сначала встретиться с Яшлавским беем, но его в это время не оказалась в Крыму, он отправился в хадж, поэтому московского посланника встретил его сын, который и сопроводил Айтемирова в Бахчисарай.

Как и полагалось, с гонца потребовали казну. Но казны последний не привез, правда, некоторые подарки были при нем, и он послал их в первую очередь визирю Алиш агъе, перед которым очень скоро и предстал. После переговоров с визирем, гонец стал добивать аудиенции с самим крымским ханом. И 20 апреля Сафа Гирай принял московского представителя. Айтемиров передал хану проект мирного договора и после просил об отправке в Москву послов для переговоров и о том, чтобы его отпустили обратно. Хан дал согласие относительно переговоров о мире и обещал отправить посла в Москву, а его отпустить, но только после того, как будет изучен привезенный им проект. Но когда спустя несколько дней ханская администрация разобралась в присланных московской стороной мирных условиях, речь об отправке Айтемирова обратно уже не шла. Условия, изложенные Москвой, были неприемлемы. Например, во второй статье московское правительство поставило условие забрать у французов и передать грекам ключи от храма гроба Господня (незадолго до этих событий ключи от храма действительно были преданы французам османским султаном в благодарность за помощь в борьбе с Австрией). В третьей статье шла речь о безвыкупном обмене пленных – вещь неслыханная! А вот в четвертой статье говорилось о том, что Москва больше не намерена присылать в ханство казну. Конечно же, об этом ханская администрация и слышать не хотела, обвинив гяуров-бояров, которые предложили этот пункт молодым царям Ивану и Петру, в измене. И восьмая статья сразу же была отвергнута, в ней московская сторона предлагала: «впредь мирные переговоры вести не в Крыму, а в Москве».

Мало сказать, что Сафа Гирай и его приближенные беи были очень недовольны. И напрасно Айтемиров напоминал, что это лишь московские предложения, вовсе не имеющие характера ультиматума и что все выясниться крымским посольством в Москве.

Сначала хан дал согласие на посольство. Он не скрывал, что ему необходим мир с Московией, так как он должен выступить со своим войском в Венгрию, но окончательное решение Сафа Гирая последовало нескоро. А пока хан распорядился оставить у себя в заложниках Василия Айтемирова.

Наконец гонец узнал, что крымский хан был намерен в начале мая идти в Венгрию. А вот в Москву вместе с Айтемировым посылал Мубарекшу мурзу Сулешева, уже бывавшего там.

Скоро Айтемирову было объявлено, что он едет с ханом в Ор-Капы, откуда якобы будет отпущен с Сулешевым в Москву. Но обстоятельства изменились.

В это время в Крымском ханстве появился лидер запорожских казаков Петр Иваненко, известный как Петрик. В апреле 1692 года в сопровождении 60 казаков он ушел в Крымское ханство под защиту крымского правительства и подписал с ханом Вечный мир.

Айтемиров действительно дошел с Сафа Гираем до Ора, но после подписания мира с Петриком на Думном Кургане у Ор-Капы было принято решение повременить с посольством в Москву. В результате хан ушел на войну, а Сулешев и Айтемиров снова отправились в Крым. 22 мая 1692 года московского гонца поселили в Кырк-Ере. Здесь ему пришлось оставаться целых три года, до весны 1695 года.

Любопытно, что пребывание в ханстве не прошло для гонца впустую. Он подробно изложил в своем статейном списке жизнь в Крымском ханстве. Где находится подлинник статейного списка Айтемирова сейчас, сказать трудно. Однако в архиве Министерства Иностранных Дел в историко-документальном департаменте хранятся два списка, копии (рукописи №№ 81 и 82), сделанные с этого статейного списка, а также отписки гонца в Москву.

Между тем, Айтемиров жил достаточно вольготно и, несмотря на то, что официально ему ни с кем нельзя было общаться, тем не менее, он постоянно получал известия от приезжавших запорожцев, от своих же слуг, от посещавших его купцов малороссов или евреев. Более того, Айтемиров находил способ через запорожцев и купцов пересылать в Москву и Батурин письма.

В конце октября 1692 года стало известно о смене крымского хана Сафа Гирая. На крымский трон в начале декабря снова сел Селим Гирай I.

Айтемиров начал переговоры с новым ханом. Но они оказались в сущности бесполезными. Ничего нового гонец не услышал. К весне 1693 года Селим Гирай, объединившись с османским султаном, выступил в военный поход против Австрии. Московскому представителю и на этот раз было велено задержаться в Кырк-Ере. Крымские войска возвратились с войны в начале следующего года, но хан не сразу прибыл в Бахчисарай, он уехал в Эдирне, где как раз велись переговоры с польскими послами, впрочем, и они ни к чему не привели. После этого в марте хан вернулся в Бахчисарай.

Однако приезд хана не изменил положения Айтемирова. А в середине июня 1694 года хан снова ушел на войну в Венгрию. В это время из Москвы вернулся Кара Мехмед агъа. Хотя возвращение крымского посланника и порадовало оставшихся в Бахчисарае представителей Дивана, но из-за отсутствия хана, вопрос об отпуске Айтемирова затянулся. Хану отправили письмо, но тот распорядился, чтобы ждали его возвращения. В середине 1695 года Селим Гирай вернулся домой. И только 7 апреля было решено отпустить Айтемирова в Московию. Последний так и не был представлен новому хану. Ехал гонец домой не с пустыми руками, он вез с собой отказ крымского хана заключать мир на предложенных Москвой условиях.

В Бахчисарае вообще посчитали бессмысленным заключать мир между государствами, тем более, ханская администрация уже весной 1695 года знала о приготовлениях царя Петра к Азовскому походу. Соответственно, и в ханстве готовились к предстоящему военному столкновению.

Гульнара Абдулаева

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET