Машалла, Сейяре!

04.11.201316:15

Хороший рассказ под названием «Исповедь старого татарского дома» написала Сейяре Усейнова (Авдет №39). Невозможно удержаться от похвалы. Несколько раз прочел его внимательно и был очарован. Чувствуется наличие творческой мысли, утонченности и романтической философии. Рассказ затрагивает душу своей искренностью.

Сердце тревожит нечто далекое, давно забытое, которое не вернется никогда. Отсюда веет душевной теплотой и классикой, которой так не хватает в наше время. Что-то бунинское здесь ощущается, если учесть и ее стихотворения. Нежная, но в то же время достающая до глубин лирика.

Прочитав этот рассказ, начинаешь вспоминать первый год возвращения на свою историческую Родину. Всплывают в памяти все наши старинные дома, которые довелось увидеть в городах и селах. Этим домам было уже по сто с лишним лет. Они были разные: каменные, кирпичные, а в основном «плетенки» с крышами из красной черепицы. Некоторые из них от времени обветшали и имели такой убогий вид, что сердце сжималось от безысходности.

Несмотря на это, в таких полуразвалившихся жилищах продолжали жить пришлые, не удосуживаясь поштукатурить обвалившиеся части стен или обновить крышу. Стены толщиной в 10-15 см. имели деревянные каркасы, заплетенные ветками можжевельника и обмазанные с двух сторон глиной. Крыши, все как один, были сделаны из красной черепицы (кирамит), очень качественного и долговечного материала. На фоне зеленых байдарских гор они смотрелись бесподобно. Однако вокруг этих домов несусветная грязь и мусор. Огороды заросли непролазным бурьяном, а колодцы завалены разным хламом. Повсюду валяются камни, пустые бутылки и обломки той бесценной черепицы. Тут и там стоят подозрительные холмы, присмотревшись к которым, угадываешь, что здесь когда-то стояли дома. Родники давно иссякли, напоминают о былом лишь гидротехнические сооружения, заросшие кустарниками шиповника и терна. Одичавшие отростки некогда знаменитых яблонь – «кандиль синап» и сливы – «юзюмерик» произрастают сами по себе неухоженные, обросшие безобразно. Такая безалаберность новых хозяев наблюдается зачастую у тех, кому даром все достается. Лень-матушка, свойственная таким людям, гложет их силы, парализует работоспособность и тянет к алкоголю. Они не ценят ни землю, ни растения, ни природу вообще. Где бы они ни появлялись, везде разруха, свалки мусора и опять же пустые бутылки, консервные банки. К сожалению, таких людей много на сегодняшний день и перевоспитать их невозможно, поскольку это менталитет. Но есть дома, которым повезло. Это в первую очередь те, куда вернулись их законные хозяева, выкупив их за большие деньги у чужаков. Не знаю, это испытание или насмешка судьбы, когда дети выкупают дома своих отцов? Богословы, наверняка, найдут правильный ответ. Кто строил жилье, тот знает, сколько уходит на это сил, нервного напряжения и средств. Часто застройщик экономит на самом необходимом, чтобы купить строительный материал.

А когда семья заселяется в новый дом, то счастливее ее не найти. Однако случается так, что в один из роковых дней этот дом вместе с имуществом отбирают и отдают другим, не имевшим на это никакого права. Это до такой степени несправедливо, что является смертным грехом. Об этом даже гласит последняя – десятая заповедь, посланная Всевышним человечеству: «Не желай жены ближнего твоего, не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, никакого скота его, и вообще ничего, что принадлежит ближнему твоему». Но разве доморощенные атеисты верят в Судный день? Если даже их любимый вождь, «отец всех народов», проучившись в духовной семинарии всю молодость, так ничего и не понял.

Они возжелали запретное и думают, что за это не придется отвечать. Можно было бы как-то понять эту несправедливость, если бы Крым был в тот момент в состоянии войны с Советами. Напротив, наши отцы воевали за эту страну, а дети оказались виноватыми. Это, несмотря на то, что в процентном отношении у нас больше всех героев, а коллаборационистов меньше, чем у других подвергшихся оккупации народов. Но коммунисты сначала морочили головы всем сказочкой о – Дружбе народов в единой семье СССР, а потом поступили очень подло, воспользовавшись правом сильного в этой самой «семье». И сейчас их отпрыски злословят и не прочь захватить чужое, ожидая подходящего часа. Их алчные и вечно недовольные глаза об этом откровенно говорят. Но вот только для кого этот час пробьет в следующий раз? Неизвестно.

На моем пути встречались дома совсем заброшенные, в которых давно никто не жил. Они стояли, покосившись наполовину, и из последних сил ждали, когда же наконец вернуться хозяева. Но те либо погибли в местах ссылок, либо не в состоянии вернуться. Картина, я скажу, не для впечатлительных: особенно это ощущаешь, когда остаешься один на один с проблемой обустройства, в бесплодных поисках жилья в незнакомом месте, не зная, куда приложить голову на ночлег. Увидев такой дом, я невольно останавливался перед ним и долго со смешанным чувством смотрел на него. Какой-то удушающий ком из груди подкрадывался к горлу и щипало в глазах. Я вообще-то не из плакс, но здесь непроизвольно накатывалась эмоциональная волна. Дом казался живым, хотя вместо окон и дверей зияли унылые пустоты. Казалось, что мы вместе пережили большую трагедию и страдаем от безжалостных ударов судьбы. Мы словно понимали друг друга и разговаривали, делясь горестями и печалями. Я представлял, как некогда здесь жили наши сородичи, а может даже и близкие родственники, поскольку в байдарской долине все жители сел были связаны родственными узами. Мне слышались голоса взрослых и детей, доносившихся из этих домов, блеяние овец, мычание коров и лай собак. Сколько нашествий врагов пережил этот дом?! Первая мировая, революции, гражданская война, репрессии, потом голодомор, коллективизация, раскулачивание, ужасы террора 37-го года, снова война, бесконечные бомбежки в прифронтовой зоне и тотальная высылка коренного народа. Одни лишь трагедии принесли сюда ленинцы и сталинцы в погоне за «великими идеями». Я представлял себе, как в одно раннее утро в такой дом ворвались советские солдаты и с матерной бранью и подзатыльниками выгоняли ошарашенных, в полусне мирных жителей, угоняя навеки вечные на далекую чужбину. Пока они гибли под палящим солнцем Узбекистана и замерзали в снегах Урала, в их дома на все готовое заселяли переселенцев из Воронежской и других областей. Но земля долгое время не хотела принимать их, не давала урожай и дома, как пишет Сейяре, также не воспринимали их. Пригоняли других, заманивая различными «подъемными» и подачками, лишь бы не сбежали. Те, в свою очередь, настолько обленились, что не готовили дров на зиму, а просто ломали пустующий рядом дом и топили печи. Когда сжигали одно жилище, валили другое, так как пустующих домов было изрядно. Эту историю выдумал не я, об этом мне рассказывали сами переселенцы тех лет – иногда на некоторых из них находит такая откровенность. Конечно, сейчас ситуация совсем иная. Земля здесь сильно подорожала и каждый из них дрожит за каждую пядь бесценной крымской земли, чтобы при случае продать подороже и купить «Мерседес» и еще что-нибудь. Многие старые дома снесли, а вместо них новые «русские» понастроили огромные безвкусные дома похожие на заводы. Высокие глухие заборы, за которыми свирепые псы и охрана. Будут ли они жить счастливо на чужой земле, покажет время. А истинные хозяева этих земель, к которым государство как и прежде повернулось «деликатным» местом, в основном живут в халупах, довольствуясь полусгнившими «москвичами» или «жигулями» семидесятых годов. Они с чувством бессильной досады проходят мимо сохранившихся родовых домов, надеясь, что настанут лучшие времена, когда вернут отобранное. Иншалла, так оно и случится с Божьей помощью!

Я надеюсь, что Сейяре простит меня за то, что, увлекшись, вторгся в ее тему. Но, повторюсь, рассказ настолько хорош, что невозможно удержаться, и хочется как бы прикоснуться к нему руками. Надеюсь, что она и впредь будет радовать нас новыми произведениями, и потому желаю ей дальнейших творческих успехов и неиссякаемого вдохновения! Призываю писать больше и смело идти вперед с убеждением, что сила таланта всегда притягивает и будет оценена, как бы его ни подавляли. Все можно купить, кроме таланта. Это подарок Всемилостивого! Скрывать его и не пользоваться им – грех! Так держать Сейяре!

Руслан ШЕРФЕДИНОВ. Диймен Дере

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET