Каплан Гирай II и Картальское сражение

17.01.201416:06

1770 год. На территории Крымского ханства и прилегающих территориях бушует война, которая войдет в историю как Семилетняя или русско-турецкая (1768-1774). Противники: с одной стороны Османская империя и Крымское ханство, с другой – Российская империя. Об этой войне, предшествующей знаменитому Кучук-Кайнарджийскому миру, говорилось и писалось много, поэтому в этот раз акцент будет сделан на Картальском сражении и одиннадцатимесячном ханстве Каплана Гирая II.

Свое имя Каплан Гирай получил в честь деда, известного Каплана Гирая, участника Канжальской битвы в Кабарде, трижды занимавшего ханский трон, умершего в 1738 году, то есть за год до рождения внука. Отцом Каплана Гирая II был крымский хан Селим Гирай II, известный государственный деятель, который управлял своей страной твердой рукой, за что и получил прозвище Жесткий. Очевидно, детство и юность принца прошли вдали от родины, в доме аталыка. А после он проживал в одном из родовых имений в Румелии. В Крым Каплан Гирай возвратился в конце 60-х годов XVIII века.

В 1767 году двоюродный дядя Арслан Гирай хан назначил принца Каплана Гирая своим нур-эд-дином. В этой же должности оставил его и другой дядя знаменитый Крым Гирай хан, принявший ханский сан вторично в 1768 году. Однако через год в военном походе хан умер, и Каплан Гирай в числе других принцев сопроводив его останки в Бахчисарай, так и остался при дворе уже нового хана Девлета Гирая IV.

Крымское ханство год как находилось в состоянии войны с Россией. Главный и единственный союзник – Османская империя сама переживала кризис внутри государства, а тяжело больной султан Мустафа III в этой войне больше полагался на своих военных министров и военачальников, с которыми приходилось иметь дело крымским ханам, отстаивающим интересы своего государства.

Вскоре Девлет Гирай хан отправляется к основному театру военных действий. Ему дважды удается оттеснить от крепости Хотин русские войска под командованием князя Голицына, но лишь на некоторое время. Хану необходима была поддержка осман. Великий визирь Молдованджи-Али паша для того, чтобы ускорить соединение османского с ханским войском, принимает решение возвести мост через реку Днестр. Но из-за сильных дождей река выходит из берегов и буквально сносит недостроенный мост. Путь к Хотину османам был временно перекрыт. Этим воспользовался неприятель и занял крепость. Вина за потерю крепости легла равно как на крымского хана, так и на великого визиря.

В декабре 1769 года новым великим визирем был назначен Иваз-заде Халиль паша, а новым крымским ханом в феврале следующего года избран 31-летний Каплан Гирай.

Халиль паша как только узнал, что к городу Баба-Даг, расположенном на границе с Буджаком и служившем визирю на время войны «зимней квартирой», движется Каплан Гирай хан со своим войском, поторопился устроить в честь крымского властителя пышный прием. Туда же, в резиденцию паши, Каплану Гираю пришло халифского благословение от султана Мустафы III и поздравление с восшествием на ханский престол.

Обсудив дальнейшие военные действия с Халилем пашой, Каплан Гирай не задерживается в Баба-Даге, расположенном в болотистой местности, и перебирается на время со своим двором в город Измаил, а уже 2 марта 1770 года, отбывает в Каушаны в ханскую резиденцию. Собственно сюда же и прибывают крымскотатарские аскеры.

Каплан Гирай хан и великий визирь Халиль паша готовятся сообща вытеснить неприятеля из Буджака. Постепенно османское войско под руководством военачальника айдынского бейлербея Абди паши переправляется через Дунай и соединяется с войском крымского хана. Великий визирь Халиль паша с 60-тысячной армией на время остается в городе Исакчи, а объединенная османо-крымская 40-тысячная армия встает лагерем на Картальской равнине на расстоянии приблизительно от пяти до десяти часов пути от неприятеля.

К этому времени командование первой действующей русской армией было передано генерал-аншефу графу Петру Румянцеву. Последний, узнав о превосходстве сил объединенной османо-крымской армии, умышленно распускает слухи, будто русская армия слабая, малочисленная, остро нуждается в провизии и трогаться с места не собирается.

Каплан Гирай и Абди паша не то чтобы верят этим слухам, они ожидают прибытия еще одного османского военачальника. Это Каныкыран паша – виддинский бейлербей, который уже успел проявить свою доблесть в небольших сражениях с русскими в Валахии и одержать над ними ряд побед. Накануне выступления этот бейлербей буквально уговорил хана и великого визиря присоединиться к ним и сообща выступить.

Когда оставалось всего несколько дней до прибытия Каныкырана паши, Абди паша имел неосторожность послать султану письмо, в котором сообщал, что: «Будет угодно Аллаху, мы на днях произведем ночную атаку, и неприятеля сметем с лица земли». Но неприятель узнает об этом.

Румянцев, понимая, что ему трудно будет устоять против такого сильного противника, посылает небольшой отряд к османо-крымским позициям с целью разведать местоположение армии. Умышленно несколько человек «попадают» в плен и дезинформируют о настоящем положении русской армии, тем самым усыпляя бдительность союзников. И на заре следующего дня, когда никто не ожидает, Румянцев ведет в наступление свою армию, чем, естественно, и застал врасплох османов и крымцев. Случилось это в первых числах августа 1770 года. Завязалось сражение.

Ни о чем не подозревая, к союзникам приближается Каныкыран паша. Но тут до него дошло известие, что османы и крымцы разбиты наголову противником. И вместо того, чтобы ринутся на помощь, которого собственно и ждали все это время, повернул обратно, не рискнув прийти на помощь крымскому хану и айдынскому бейлербею Абди паше.

Вскоре известие о критическом положении османо-крымской армии дошли и до великого визиря Халиля паши, который долго раздумывал, как ему поступить, переправить ли через Дунай свое войско или же это уже не имеет смысла? Даже тревожные письма крымского хана и Абди паши, призывающие поторопиться, не заставили визиря решиться на поспешное выступление. Он принял решение идти на соединение только спустя месяц! А между тем русские действительно начали теснить союзников в Картакальской равнине к Дунаю. Сражение длилось несколько дней. Визирь еще мог спасти положение, в котором оказались хан и паша.

Что касается Каплана Гирая, то он посчитал нужным уйти в незащищенный Крым. Тем более, до него стали доходить слухи, что русские ведут агитацию среди ногайского населения о переходе на сторону России. Одновременно русские в Едисане готовились захватить город Очаков. Каплан Гирай вовремя успел подойти со своим войском и отбить неприятеля от города. Дабы попытки не повторялись, хан оставляет часть войска в Очакове и отбывает в Крым.

Не успел он прибыть в Бахчисарай, как Россия в лице генерал-аншефа Петра Панина активно стала хлопотать о мире на выгодных для себя условиях, ссылаясь на свои значительные успехи в войне. Панин получил категорический отказ от крымского хана.

Тревожные известия стали доходить до Каплана Гирая и с границ государства, Россия готовилась к вторжению на крымский полуостров. Хан сообщает об этом в Стамбул Мустафе III. Одновременно Каплан Гирай прикладывает максимум усилий, чтобы убедить калмыков перейти на сторону ханства и отделиться от России. К великому разочарованию Каплана Гирая султан проигнорировал предупреждения крымского хана. Напротив, он обвинил его в военных неудачах на основном театре военных действий. Он поставил ему в вину победы Румянцева при реке Ларге (в Картальской равнине, приток реки Прут), Кагуле (приток реки Дунай), взятии городов-крепостей Измаил, Килия и Аккерман.

Османский историк и одновременно участник войны Васыф эфенди писал о Каплане Гирае: «Повелевавший Крымом Каплан Гирай хан в сущности храбрый, мужественный и способный к военным делам человек, но так как по молодости лет и юношескому возрасту он был неопытен в делах и неосторожен относительно козней и хитростей неприятельских, то неоднократно и на Пруте, и в других местах, благодаря этой неосторожности, он терпел поражения, и известная людям его храбрость и слава были скомпрометированы». Ссылаясь именно на неопытность молодого хана, 23 ноября 1770 года ему было предложено покинуть престол. На смену Каплану Гираю уже ехал новый хан – Селим Гирай.

Каплан Гирай отправился в свое имение близ Стамбула в Субаши, где летом 1771 года в возрасте 32 лет умер от чумы и был похоронен во дворе мечети. Так завершился путь еще одного Гирая.

Гульнара Абдулаева

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET