Фетх Гирай султан и взятие Эгера (1596 год)

22.09.201414:27

Сегодня мадьярский город Эгер, расположенный между горами Бюк и Матра, посещают толпы туристов. Главная достопримечательность – мощная цитадель. Экскурсоводы в подробностях рассказывают, о том, как жители средневекового города мужественно держали оборону от османов в 1552 году. Каждые полчаса в крепости на площади разыгрывается историческое сражение. Но реконструкция посвящена только одной дате – 1552 году.

Именно тогда мадьяры выстояли и защитили свой город. Но здесь очень не любят другую дату – 1596 год. В тот год город пал, и перешел под юрисдикцию Османской империи. Об этой дате уже любят говорить современные историки-турки. Действительно, завоевание Венгрии было в планах Порты, но город Эгер в 1596 году взяли не османы. Его взяли крымцы под руководством крымского принца, наследника на престол калги Фетха Гирая. Однако и мадьяры, и турки об этом упоминают лишь вскользь. Первым неприятно поражение. Других ободряет победа, которую, впрочем, они присвоили.

То, что османские военачальники грешили тем, что присваивали заслуги своих верных союзников – крымских татар, не секрет. Один из ярчайших примеров – венгерская военная кампания, которая развернулась в конце XVI века. Тогда османский султан пригласил крымского хана Гази Гирая II к участию в войне против Венгрии. В июне 1594 года хан лично в султанскую ставку и вскоре совместно с великим визирем Ходжа Синаном пашой принял участие во взятии крепости Рааб. Как сообщает османский историк Ибрагим эфенди Печеви, непосредственный участник событий, визирю и одновременно главнокомандующему османской армией не нравились успешные действия крымского хана под Раабом. Видя, что крепость вот-вот сдастся, он за несколько дней поручает Гази Гираю отойти и взять в осаду крепость Папа. Синан не желал, чтобы Гази Гирай был причастен к победе над Раабом. Но расчеты садразма оказались неточными. Крымский хан сумел покорить крепость Папа без единого выстрела. С этого момента между великим визирем и крымским ханом возник антагонизм. Синана пашу раздражали добрые отношения Гази Гирая с султаном Мурадом III, ведь Мурад не только дорожил дружбой с крымским ханом, поддерживал его, но и находился с ним в родстве и всегда относился с уважением к древнему роду Гази Гирая.

Неприязнь между визирем и крымским ханом переросла в прямое противостояние, особенно после смерти в 1595 году султана Мурада III. Османский престол занял Мехмед III. Какое-то время Синан паша был отстранен от должности великого визиря, однако он все еще был главнокомандующим османской армии в Венгрии. В 1596 году военные действия в мадьярских землях возобновились. Крымский хан снова получил приглашение присоединиться со своим войском уже от нового султана. Но Гази Гирай медлил. Наконец, на Диване в Бахчисарае он принимает решение – крымскотатарское войско отправится в Венгрию, но возглавит его ханский брат и калга 38-летний Фетх Гирай.

Фетх Гирай был младшим сыном крымского хана Девлета Гирая I. Он слыл отважным и опытным воином. С юных лет он принимал участие в военных кампаниях своего отца. Источники сообщают, что он был «красавец лицом, милой наружности, молодец и богатырь». Вот уже восемь лет он был в сане калги и сопровождал во всех военных походах своего брата хана Гази Гирая. Решение хана поддержали в Диване, и вскоре Фетх Гирай отправился в поход с двадцатитысячным войском.

Османский придворный историк XVII века Мустафа Наима писал о Фетхе Гирае, что он проявил чудеса храбрости и деятельности при взятии города-крепости Эгер. По сути, это была победа крымского принца. Эгер пал и оказался во власти крымских татар. Это случилось в начале июля 1596 года. Синан паша в это время со своим войском располагался в белых шатрах неподалеку от города. Он был уверен, что эту крепость нужно брать в долгую осаду, и не рассчитывал на скорую победу. И когда гонец сообщил ему что город сдался был искренне удивлен. Однако паша не пригласил в свой шатер победителя Фетха Гирая. Он распорядился подать ему коня и отправился в ставку султана с извещением о взятии Эгера. Как сообщает историк Печеви, Синан паша лично сообщил султану о новой победе и при этом имел наглость добавить: «Причиною этой победы был я, раб ваш». Султан поверил паше и тут же в знак благодарности вручил ему знаки отличия великого визиря. Так Синан обманным путем в четвертый раз занял высокий пост в империи. Более того, видя доблесть и мужество ничего не подозревающего Фетха Гирая, Синан был намерен втянуть его в свои интриги. Но сначала состоялась еще одна решающая битва при Мезекерестеше, которую можно считать одной из самых великих битв XVI столетия. И османы победу в ней одержали благодаря крымским татарам.

В конце октября австрийский эрцгерцог Максимилиан III внезапно напал на османский лагерь под Мезекерестешем, окружив султанский шатер. Османы, не готовые к битве, стали сдавать свои позиции и были на грани капитуляции. Но в самый решающий момент в тыл австрийской армии ударили крымские аскеры под командованием Фетха Гирая. Это спасло султана и его янычар от полного разгрома. Битва с недолгими перерывами длилась три дня.

Максимилиан проиграл. Объединенное османо-крымскотатарское войско наголову разбили австрийцев – еще одних претендентов на мадьярские земли.

Именно тогда, после этой битвы, Синан паша усмотрел в молодом Гирае достойного соперника Гази Гираю. Поступок и доблесть крымского калги оценил и султан. Воспользовавшись этой ситуаций, Синан сначала в приватной беседе с калгой начал делать ему неоднозначные намеки устроить в ханстве переворот и занять престол, при этом заверяя, что Порта поддержит его в этом. Но Фетх Гирай сделал вид, что не понял, о чем говорит визирь. На самом деле Фетх не был честолюбив, он не претендовал на престол и тем более смещать своего брата, которого любил и уважал, не собирался. Но Синан не отступал. Он снова пригласил в свой шатер калгу и уже открыто повел с ним разговор о ханском престоле, на что Фетх Гирай ему ответил: «Извините, не могу это принять, потому что эта высокая должность по праву принадлежит моему старшему брату, которого я почитаю как отца. По сути, я его раб, его слуга». Садразм, ожидавший такого ответа, пошел на хитрость и сообщил, что это не только желание его – великого визиря, а такова воля османского султана Мехмеда III. Фетх Гирай снова решительно отказался. Синан, предвидя и такой исход, через некоторое время пошел на обман. Он подослал к Фетху Гираю своего человека с извещением, что Гази Гирай в Крыму смещен с престола, и якобы шлет гонца к брату поскорее возвратиться и, согласно его сану калги – наследника на престол, занять трон предков. Фетх Гирай поверил в обман. Одновременно Синан все же добился, надо думать не без своих интриг, от султана его халифского благословения для Фетха Гирая, а это означало, что такого же благословения автоматически лишался Гази Гирай, которому сразу же было отправлено о том извещение.

Чтобы выяснить причины такого решения, Гази Гирай, заподозрив что-то неладное, прибыл в Балаклаву и на своем ханском корабле отправился в Стамбул. Но была глубокая осень, и его судно занесло в Синоп. В Стамбуле было уже известно, что хан покинул Бахчисарай, и Фетх Гирай вынужденно принимает берет – благословение на ханство и отправляется в Крым.

Новый хан прибыл в Крым и занял престол. Находясь в недоумении от такого поворота событий, придворные приняли его. Фетх Гирай назначил на должность калги своего племянника Бахт Гирая (сына калги Адиля Гирая, погибшего в Персидском походе), который при его брате Газы Гирае носил титул нур-эд-дина. А титул нур-эд-дина получил Девлет Гирай, старший сын бывшего крымского хана Саадета Гирая II.

Спустя несколько месяцев султан Мехмед III узнал об интригах Синана в отношении Гази и Фетха Гираев и в апреле, не желая слушать объяснений коварного придворного, отстранил Синана от должности великого визиря, назначив на его место Дамат Ибраима пашу. Последний был сторонником Гази Гирая. Эту новость Гази узнал в Синопе, где находился все эти месяцы. Именно Ибраим паша и раскрыл весь замысел Синана султану и предположил, что если Фетх Гирай и далее пробудет на троне в Бахчисарае, то есть опасения что в Крымском ханстве мурзы поднимут бунт, так как Гази Гирай имеет у народа большую поддержку, а Фетх Гирай, хоть и доблестный воин, но не имеет такого авторитета. Тогда султан приказ писать сразу два халифских берета на имя Гази и Фетха и через своего посланника черкеса Хандан агъа передал эти береты в Крым. Хандан агъа получил инструкцию от султана: у кого из ханов будет больше поддержки в народе, тому и вручить берет.

Хандан агъа отправился в путь, но апрельский ветер сбил с курса судно и вместо Кефе поверенный султана-халифа был вынужден прибыть в Синоп. Здесь он и встретился с Гази Гираем. Что повлияло на Хандана агъа – хорошее ли отношение к Гази Гираю, или он хотел выслужиться перед крымским ханом и заручиться его поддержкой, не ясно. Но он отдал берет Гази Гираю и рассказал о втором берете и поручении султана. Гази Гирай не медлил. Он отправился в Кефе, где и заявил о своих претензиях на престол. В Кефе также прибыл и Фетх Гирай со своим беретом и желанием выяснить причины нелепой ситуации, в которой оказались братья. Видимо, Гази Гирай повел себя высокомерно с братом и не желал слышать его доводов, чем затронул гордость и чувства собственного достоинства Фетха Гирая. Из любящих братьев они превратились в соперников. Они обратились в шариатский суд. Верховный кефинский кадий Абдур-Рахман эфенди поддержал Фетха Гирая, а прибывший на суд главный крымский муфтий из ордена Мевляна Азак эфенди, обладавший несомненно большим авторитетом, вынес свое решение в пользу Гази Гирая. Из Стамбула прибыл поверенный султана Мехмеда III с приглашением прибыть Фетху Гираю в Стамбул. Однако Фетх Гирай проигнорировал приглашение и, оставив престол брату, вместе со своей семьей отбыл на Северный Кавказ к своему тестю черкесскому князю из рода Бесленей. Фетх Гирай был женат на вдове своего брата Шакай Мубарека Гирая. Здесь некоторое время он находился. Но летом 1597 года он снова возвратился в родной Крым и намеревался прийти к брату с извинениями. Фетх Гирай известил об этом брата. Гази Гирай сообщил ему, что находится вблизи Кефе в местечке Накшуван и готов его принять. Фетх Гирай, оставив свою семью в Кефе, отправился к брату вместе со своими племянниками Бахтом Гираем и Девлетом Гираем, которые косвенно оказались причастны к неприятной ситуации. Ничего не подозревая и будучи уверен, что в шатре его ожидает брат, он вошел и, как того требовал старинный обычай, скинул на пол свой головной убор и приклонил колено. Но едва он произнес первые слова извинения, как на его голову обрушилась секира, и он был умерщвлен. Руку на крымского принца поднял один из беев рода Мансур в надежде выслужиться перед Гази Гираем. Более того, убийцы также посягнули на жизни двух других Гираев, которые ждали Фетха Гирая перед шатром Бахта и Девлета Гираев.

Некоторые источники сообщают, что самого крымского хана при этом убийстве не было, и Гази Гирай с глубоким сожалением принял известие о смерти Фетха Гирая.

Так, из-за интриг османского великого визиря Синана паши погиб один из доблестных Гираев, победитель в венгерской военной кампании. Сегодня в Эгере еще сохранился высокий одинокий минарет бывшей здесь мечети, первой после того, как крепость пала под ударом крымских татар. Именно этот минарет – напоминание о победе крымского принца Фетха Гирая.

Гульнара АБДУЛАЕВА

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET