Урок нравственности от Мустафы Джемилева

17.11.201412:52

Сегодня эту историю о твердых моральных принципах лидера крымскотатарского народа Мустафы Джемилева можно уже рассказать. Истории, собственно две, и они об одном и том же – о нравственном превосходстве Мустафы Джемилева, человека, победившего сталинизм.

История первая. Как-то, видимо, по недомыслию, пытаясь быть в тренде того времени (а может, и по подсказке свыше), только появившийся в Крыму Джарты (Василий Джарты – премьер-министр Крыма в 2010-2011 гг. – прим.ред.) заявил через РИА Новости, что Севастополь – русский город. Началась буча. Видимо, дошло до Киева. Кто-то наябедничал президенту, тот, видимо, приказал Джарты “отыграть назад”. Свита советников долго думала, как это сделать, и в конце концов уже не по РИА Новости, а только в Крыму распространили как бы опровержение: Джарты заявлял, что корреспондент, который, кстати, писал ему тексты, неправильно его понял, извратил его слова и исказил его точку зрения. Якобы в действительности Джарты говорил, что Севастополь украинский город, а корреспондент его не понял (?) и написал, что российский. Смешно, нечестно и несерьезно, более того, непорядочно и неблагородно.

Совсем другое дело Мустафа Джемилев. И вот история вторая.

Как-то уже совсем вечером, часов в 20, редакция дала мне, собкору, задание взять срочное интервью у Мустафы Джемилева, текст которого уже утром должен быть в редакции и идти в номер. Я позвонил ему. Он был на каком-то мероприятии, но согласился дать интервью, и попросил позвонить ему после 24-х часов. Я позвонил после 24-х. Он был в машине и говорить было совсем невозможно. Он попросил позвонить после 1 часу ночи, пока он доедет. Реально мы созвонились между 1 и 2 ночи. Джемилев ответил на все мои вопросы, я записал все на диктофон. Оставалось дело техники – все расшифровать и отправить утром в редакцию. Это было несложно. Кто имел дело с Мустафой-агъа, тот знает, что говорит он кратко, точно, выверено и вносить в его речь никаких уточнений почти не требуется.

Я работал часов до 5 утра, все фактически дословно расшифровал, интервью получилось удачным, интересным, актуальным. Редакция поставила его в номер, и на следующий день оно вышло в свет. Интервью через неделю перепечатала газета “Авдет”.

Месяца два была тишина. А затем из суда приходит иск Руслана Бальбека (нынешний вице-премьер Крыма, – прим.ред.), который требует опровергнуть слова Джемилева и выплатить ему большую компенсацию. А дело в следующем. В интервью Мустафа говорит: “Дважды судимый Руслан Бальбек”, а сам Бальбек утверждает, что он не судим ни разу. Ну как в ту ночь, от 1 до 5 часов, я мог проверить эти слова? Да они у меня и подозрения тогда в ночной спешке не вызвали никакого, я бы их и днем не проверял. Естественно, в ту ночь я расшифровал текст точно так, как говорил Джемилев, но доказательств у меня не было: за два месяца, естественно, я удалил фонограмму из диктофона, уничтожил своими руками свое спасение! Так часто бывает – журналисты знают. Истцы иногда, прежде, чем обратиться всуд, специально ждут несколько месяцев в надежде, что журналист удалит запись с диктофона и потеряет доказательства. Я был в отчаянии. Я подозревал наихудшее. Тем более, что получалось, что я подвел уже не одну, а две газеты…

В тот же день мне позвонили из редакции, из административного отдела, и естественно, я уже знал, что они будут спрашивать: «Он в интервью говорит, что Бальбек судим, а Бальбек говорит, что не судим. Передай срочно нам диктофонную запись вашего интервью». Я сказал, что за два месяца я ее удалил. Теперь редакция была в отчаянии – мы погибли: «Он же в суде скажет, что говорил не так, и что это ты, журналист, все перепутал и исказил его слова». Я вспомнил про Джарты. Я уже представлял, какой позор придется пережить в суде, да еще публиковать опровержение, да еще выплачивать компенсацию, да еще краснеть перед “Авдетом”. Я кинулся проверять этот факт. Оказывается, да, Бальбек действительно дважды имел дело с судами. Но один суд не дошел до конца, а по второму он признал свою вину в совершении преступления, но… попал под амнистию, и поэтому формально у него судимости нет. Он может смело утверждать, что он НЕ судим, хотя по сути Мустафа Джемилев был прав – Бальбек был под судами, признавал свою вину, то есть фактически он судим. И я подумал: ну кто будет теперь с этим всем возиться и доказывать эти мелочи, проще всего интервьюируемому сказать, что он говорил не так, что журналист исказил его слова, что виновата редакция и вот пусть теперь и выплачивает компенсацию. Я думаю, что и судья, знакомясь с делом, думал примерно так, как я. Я уже предчувствовал самое недоброе. Но…

Мы не знали Мустафу Джемилева, бывшего советского диссидента, советского узника, правозащитника, человека чести и совести, морального лидера крымскотатарского народа, борца, кристально честного человека. Он, будучи народным депутатом Украины, по своей инициативе пришел на встречу к редактору газеты. Они беседовали о разных делах несколько часов, но что касается интервью Мустафа сказал, что корреспондент ничего не перепутал и не исказил, что он в ту ночь говорил именно так, что на суде он так и заявит, и что редакция может быть спокойна.

При этом Мустафа Джемилев, естественно, осознавал, что в деле есть эти частности, и понимал, что судья признает формальную несудимость Бальбека, то есть засчитает ему, Мустафе, и нам, редакции, поражение. И вот начался суд. На суде сам Мустафа Джемилев не был, но он дал задание своим адвокатам и представителю заявить, что эти слова говорил он, что они переданы с его слов точно. Этой линии на суде до конца и придерживалась защита. Адвокат утверждала, что это точка зрения Мустафы и что он имеет право давать свои оценки.

Мне оставалось только рассказать всю историю интервью и, краснея, признать, что запись я удалил и что представить суду мне нечего.

Суд принял во внимание все обстоятельства, признал формальную правоту Бальбека, но подтвердил право Мустафы на выражение своей оценки и отказал Бальбеку в компенсации. Для меня это был урок дважды: во-первых, урок честности и ответственности, высокой нравственности Мустафы Джемилева, за что я ему благодарен и из-за чего мое уважением к нему выросло вдвойне. Это также урок нравственности всем чиновникам. И, кстати, заодно и опровержение всех антитатарских статей, где Мустафу Джемилева выставляют в негативном свете. Не верьте, читатели, такого просто не могло быть, авторы или врут, или не в курсе дела! Ну и, второй урок: я убедился, что нужно, несмотря ни на что, верить в лучшее в людях, и вера эта обязательно оправдается. И урок побочный – диктофонные записи нужно сохранять неопределенно длительное время и никогда не уничтожать раньше, чем истечет срок давности дела.

Сегодня, поздравляя народного депутата Украины, действительно морального лидера крымскотатарского народа Мустафу Джемилева, человека высокой порядочности и чести с 71-м днем рождения, я желаю ему, мужественному борцу, прежде всего здоровья, чтобы ему хватило сил выдержать те испытания, которые взвалились на его плечи, как и плечи всех крымчан сегодня. И я думаю, что выдержать их крымчанам поможет и его высокая нравственность, и наша помощь! Крымскотатарскому народу можно позавидовать: у него высоконравственный, порядочный и благородный лидер, который достоин быть лидером всей Украины, и это будет залогом победы.

Николай СЕМЕНА,

крымский журналист

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET