Тимур Пулатов: «Надо продолжать бороться за свои права»

11.05.20160:19

Интервью с народным писателем Узбекистана и Таджикистана, лауреатом многих международных литературных премий Тимуром Пулатовым состоялось поздним вечером, когда известный прозаик, после дня, наполненного презентациями, встречами, интервью приехал на студию телеканала АТР – радио "Мейдан". Несмотря на усталость, классик советской литературы ответил на наши непростые вопросы.

– В конце 80-х прошлого века ваши смелые статьи в ведущих советских газетах и журналах, посвященные справедливой борьбе крымских татар за возвращение на Родину, вызвали большой общественный резонанс и помогли прорвать информационную блокаду вокруг крымскотатарского вопроса.
Публичное выражение гражданской позиции в то время, действительно, поступок. Чего он Вам тогда стоил?

– Прежде чем написать, я долго размышлял, думал, собирал факты, ломал голову. Это тоже стоило мне времени. А после публикации мне было радостно, что крымские татары так откликнулись, прислали мне массу писем, приходили сами. Было видно, что это их больно задело. Но были разные письма, писали, конечно, уже не крымские татары: почему вы за них заступаетесь? Пусть они остаются там, где уже живут, то есть в Средней Азии, в среде других мусульман. Были и такие слова. Я, конечно, отдавал себе отчет, что будет много противников. Но я же с детства бок о бок жил с крымскими татарами, играл с ними, учился в институте, вместе хлопок собирали.

– Вы себе задавали вопросы, как эти люди здесь оказались?

– Конечно, я спрашивал и себя, и их. Я думал, почему моя родина – Узбекистан, которую я очень люблю, стала проклятым местом для другого народа, местом страданий для крымских татар? Я думал, значит, нас, узбеков, этим тоже оскорбляют? Я стал много общаться, интересоваться этой темой. Бывает такое у писателей – возникает идея, которая начинает занимать ум все время. В голове возникает такой сюжет, на который наматывается все остальное – увиденное, услышанное, собственные размышления.

– Из-под вашего пера в свое время вышло такое понятие как "трафаретный интернационализм". Как бы Вы нынешним поколениям, не знающим, что такое СССР, объяснили это словосочетание?

– Это значит, копия чего-то дурного. Это идеологические лозунги, клише, которые из года в год повторялись. Типа "Да здравствует дружба народов!". На самом деле это была фикция, трафарет. Я это так объясняю. Сейчас, когда я много ездил по Крыму, я понял, что эти трафареты еще существуют, и они вбиваются в голову чиновниками, в руках которых сегодня города и села. Они продолжают жить идеологическими штампами: не пущать, не давать землю, крымские татары – агрессивные, самозахватчики и т.д. Они создают эти трафареты, этим живут, в этом убеждают других. Понимаете, они не хотят видеть иного. У них на глазах – шоры, такие темные очки, и они не хотят их снимать.

– Вы были одним из инициаторов открытого письма, которое поддержали представители русскоязычной интеллигенции. Это письмо было в поддержку борьбы крымскотатарского народа за возвращение на родину.

– Вы знаете, я работал обозревателем газеты "Московские новости" по Средней Азии, а это была самая популярная газета в те годы, поскольку была очень смелой и открытой. Она выходила на многих языках. Впервые о крымских татарах я подробно написал в этой газете. Кроме того, я был членом редколлегии "Дружба народов". Тогда главный его редактор, ныне покойный Сергей Баруздин сказал мне: "Слушай, ты там, в "Московских новостях", написал статью, идут отклики, напиши и для своего родного журнала". Я стал углубляться в материал. На мою статью свои отклики написали известные писатели и поэты – Булат Окуджава, Анатолий Приставкин и другие. Все, естественно, поддержали стремление крымскотатарского народа жить на Родине.

– Вы уже несколько дней в Крыму. Где Вы были, что видели, с кем общались. Словом, какие впечатления?

– Мы ездили в Бахчисарай, потом в Евпаторию, я помолился в тамошних мечетях. По дороге по моей просьбе заезжали в поселки компактного проживания крымских татар. Люди, конечно, живут, кто как. Дорог нет. Дома не достроены. Я хотел познакомиться с укладом их жизни, бытом, заходил во дворы, общался с жителями. Они мне говорили, что чиновники препятствуют, не дают разрешения. Люди спрашивали меня: как быть? Я им говорил, раз уж вы вернулись на Родину, надо продолжать бороться за свои права.

– Знаете, 22 года назад в своей статье Вы писали о том, что "крымские татары как народ все больше и больше утрачивают свою культуру и язык, интеллектуальную и духовную энергию, превращаясь по преимуществу в "народ физического труда". Смысл этой фразы подходит и к сегодняшнему дню…

– Вы знаете, я все-таки убежден, что если бы существовал СССР, государственная программа в итоге была бы принята. Я многое для этого делал, в том числе встречался с депутатами. Подобная госпрограмма переселения, рассчитанная на какой-то исторический промежуток, имела бы солидное финансовое обоснование. Мы думали построить сначала дома, школы, выделить земли. И если бы была эта государственная программа, никакой бы мелкий чиновник против нее не пошел бы.

– Но Советского Союза давно нет, его не вернуть. Вы как человек со стороны, увидели нас свежим взглядом, чтобы Вы нам посоветовали?

– Насколько я понял, среди крымских татар появились денежные люди, предприниматели. Надо чтобы они свой взгляд повернули в сторону своего народа. Вам больше некому помочь. И если люди, имеющие, образно говоря, миллионы, начнут сегодня вкладывать средства в социальные проекты, строить дома, дело может сдвинуться с места. Еще дореволюционные меценаты строили целые города.

– По Вашему мнению, это для нас единственный путь?

– Это один из путей. Если ваши предприниматели как-то объединятся, помогут достроить то, что недостроено, помогут все это возвести… И потом этот крымскотатарский предприниматель-богатей сможет твердо упираться в свой народ, его бизнес будет под защитой народа. А до тех пор эти деньги – пшик, никому они пользу не приносят, кроме него самого, понимаете? Даже в России сейчас олигархи на свои деньги отстраивают целые поселки взамен сгоревших этим летом.

– Вы верующий человек, совершили хадж. Вы писали: "ислам пропитал мою душу"…

 

– Я был воспитан в традиции ислама. Это идет от семьи, от людей, с которыми в первые годы жизни ребенок общается. И во мне ислам вплетается в рассказы моей бабушки, богобоязненность моей матери, например. Я выходил на улицу из дома и видел минарет, которому тысяча лет, проходил мимо медресе, в котором еще Чингисхан останавливался. Понимаете, там история, я ее впитываю, я опираюсь на свою прочную почву. Ислам – это непросто молитва, какое-то внешнее проявление, это целая философская категория. В советское время я, конечно, не мог молиться в старинных мечетях Бухары, сегодня я восполняю этот пробел.

– Романы, повести и рассказы Тимура Пулатова переведены на арабский, урду, персидский, хинди, английский и другие языки. Изданы в Венгрии, Чехословакии, Болгарии, Польше, Германии, Швеции, Финляндии и других странах. В США, Италии, Германии и ряде других стран изданы монографии и защищены диссертации по творчеству Тимура Пулатова. Вы сами себя чувствуете человеком-глыбой?

– Нет, глыбой себя не чувствую. Если почувствую, то упаду как глыба, разобьюсь на куски (смеется). Я чувствую, что это временное, я не питаю иллюзий, что это останется в веках. Я живу сегодняшним днем. Говорю, к примеру, что должен поехать к крымским татарам, которых я люблю. Думаю о том, что им скажу.

– Что, например?

– Создавайте музеи, сохраняйте свое наследие.

– Вы пишите большой роман о современности. В Вашем понимании, современность – это что?

– Современность, как я понимаю, это такой отрезок человеческого бытия, который устремлен в будущее, но идет от прошлого. Современный герой сегодня очень ярко может представить, что у него было, скажем, 30 лет назад. Современность тесно переплетена с прошлым и будущим. Чего я боюсь: в крымскотатарской традиции памяти это сейчас нарушается. Между новыми поколениями и уходящим появляется зазор, молодые люди не ориентируются на исконные ценности. И это опасно, потому что история неумолима. Не хочу сказать, что ваша трагедия – депортация, повторится. Но если вы не сделаете выводов, урок истории, пусть в другой форме, но может повториться. Ваша молодежь должна услышать ваших стариков. Подключайте силу искусства – кино, картины. Будите их национальное самосознание. Поскольку они попали в среду, где духовности нет.

– Как Вы сегодня видите, мы в Крыму сегодня куда-то движемся? У нас есть цель?

– Нет, вы застыли в недостроенных фундаментах. У вас каждый сам по себе, каждый общество организует. Так же не живут народы, которые должны формироваться! Это же должна быть единая сила. Кулак. Пока не изменится что-то в сознании вашей элиты, вы так и будете в этих фундаментах. У вас должны быть лидеры – сильные личности, которые будут вести за собой. Объединять, предлагать варианты. Но без силовых сценариев. Иначе все ваши силы уйдут на бесполезную борьбу.

Беседовала Наджие ФЕМИ

Справка: Тимур Пулатов родился 22 июля 1939 году в Бухаре (Узбекистан). Работал главным редактором киностудии "Узбекфильм". Автор ряда сценариев художественных фильмов.

В 1968 году Тимур Пулатов вступает в члены Союза Писателей СССР. В 1991 году был избран Первым секретарем Правления Союза Писателей СССР. После реорганизации Союза писателей СССР в Международное Сообщество Писательских Союзов России и стран СНГ (МСПС) в 1992 году, Тимур Пулатов возглавил это крупнейшее писательское объединение на территории бывшего СССР, в качестве Первого секретаря Исполкома, а в 1994 году на очередном съезде был избран Председателем МСПС.

В 2000 году Тимур Пулатов сложил с себя полномочия Председателя МСПС. С тех пор писатель вернулся к литературному творчеству, о котором мечтал все те годы, что был руководителем творческого союза. В настоящее время работает над большим романом о современности.

С 1991 года по настоящее время Тимур Пулатов проживает в городе Москва. Женат. Имеет детей и внуков.

Он является известным узбекским и российским прозаиком, народным писателем Узбекистана, Лауреатом Государственной премии Узбекистана, народным писателем Таджикистана, Лауреатом литературных премий Важа Пшавелы (Грузия), Саят-Новы (Армения), Лауреатом Международной премии имени М. А. Шолохова.

Указом Президента России Б. Ельцина в 1996 году награжден "орденом Дружбы народов" за литературную деятельность.

Наибольшую известность и признание получили романы "Черепаха Тарази" – о жизни и удивительных приключениях средневекового ученого из Бухары, дерзнувшего на великий эксперимент, в котором проявляется высокий порыв человеческого духа и благородство помысла, и "Плавающая Евразия" – причудливое переплетение фантастики и реальности, мифологии и сатиры, истории и современности. Действие романа разворачивается в большом среднеазиатском городе, в дни, наполненные драматическим ожиданием очередного землетрясения.

Беседовала Наджие Феми