От Стокгольма до Стамбула

11.05.20160:19

Неопределенность внешнеполитической ориентации Украины серьезно препятствует возрождению и развитию крымскотатарской нации

Это был благоприятный момент. Султан Ибрагим I начал длительную войну с Венецией из-за Крита. Его расточительство и высокие налоги, а также неспособность вести государственные дела вызвали недовольство подданных, и, в первую очередь, янычар, которым не регулярно выплачивалось жалование. Было очевидным, что султану недолго оставалось восседать на троне, наследник же был слишком мал.

Крымский хан Ислам-Гирай III твердо решил воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы избавиться от "опеки" Истанбула. Однако ему нужны были союзники.

В начале 1648 года в Бахчисарай прибыло посольство из Запорожской Сечи – будущий герой Национально-освободительной войны Богдан Хмельницкий просил у хана военной помощи в восстании против Речи Посполитой. Пешее казацкое войско не могло противостоять натиску польских крылатых гусар, чтобы побеждать, Хмельницкому нужна была конница.

У хана же созрел собственный план, и он отправил перекопского мурзу Аргын Тогай-бея на помощь Хмельницкому. Победа в битве на Желтых Водах 29 апреля – 16 мая 1648 г. была первой в серии сражений казацко-крымского войска против Речи Посполитой, приведших к образованию украинского казацкого государства.

Экскурс в историю

Что же подтолкнуло крымского хана поддержать Хмельницкого, у которого причины для восстания против Речи Посполитой были очевидными?

В то время на геополитическом пространстве, где сегодня расположилась Украина, сошлись интересы трех крупных государств – Речи Посполитой, формального обладателя этих территорий, Османской империи и Московского царства, которое только начало приходить в себя после Смуты. Хан понимал, что усиление кого-либо из них во много раз увеличивало угрозу безопасности Ханства, что и подтвердилось во второй половине XVIII в., когда окрепшая Российская империя поглотила и Украину, и Речь Посполитую, и Крым. Известный турецкий путешественник Эвлия Челеби, характеризуя отношения между Москвой и Османами, отмечал, что "если они (русские – Н.Д.) на пять-десять лет избавятся от набегов татар и если они, пользуясь благополучием, задумают заняться делами по устройству государства, ни одна держава не сможет противостоять им и они займут [земли] всех казаков и поляков. А уж если они захотят выйти к побережью Дуная, тогда они уже ни за что не дадут покоя государству дома Османова и – упаси Аллах, – может быть, даже вторгнутся в Крым".

Ислам-Гирай III, участвуя в украинско-польской войне на стороне Хмельницкого, стремился сохранить баланс сил в регионе, стараясь ослабить Польшу, он при этом не допускал ее окончательного разгрома, так как Речь Посполитая была главным противовесом Московскому царству, сопернику Бахчисарая. Итогом такой политики хана стал Зборовский договор 1649 года, который от украинской стороны Ислам-Гирай заключил с польским королем Яном Казимиром, заложившим основы украинского казацкого государства.

И хотя, по мнению Хмельницкого, договор не отвечал реальной ситуации после неоднократных побед казацко-крымского войска, иного выхода не было, так как Крымское Ханство стало единственным его союзником. Несмотря на то, что Богдан уже давно вел переписку с московским царем Алексеем Михайловичем о военно-политическом союзе, тот не торопился принимать запорожцев под свою руку, отвечая, что готов это сделать, если казаки сами освободятся от подданства Речи Посполитой.

Ислам-Гирай III разыгрывал куда более крупную игру, стремясь создать коалицию для противодействия Московскому царству. В частности, он обменивался перепиской и посольствами со шведской королевой Кристиной. План, скорее всего, состоял в том, чтобы объединить силы Швеции, Польши, Войска Запорожского и Ханства против Московии.

Войско Запорожское было для хана не просто буферным государством, как это чаще всего представляют. Своей военной поддержкой Хмельницкого Ислам-Гирай выводил на внешнеполитическую арену нового игрока, в союзе с которым стремился сбалансировать силы в регионе. Однако добиться окончательной цели хану так и не удалось.

Шестилетнему союзу крымцев и казачества положила конец Переяславская рада 1654 года. Несмотря на все предупреждения хана, Хмельницкий принял подданство московского царя. Хан же, понимая, что выгодное для Крыма равновесие в Восточной Европе нарушено, взял курс на сближение с Речью Посполитой. Недальновидность уже пожилого и больного гетмана в недалеком будущем в значительной мере стоила самостоятельности трем государствам, которые, объединив усилия, могли бы противостоять напасти.

Взгляд в будущее

 

Интересно, что современная геополитическая ситуация во многом очень напоминает ту, в которой 363 года назад приходилось действовать Ислам-Гираю III. Нет уже Крымского Ханства, но есть Украина, территория которой включает в себя и некогда земли крымцев. Есть сама крымскотатарская нация, провозгласившая своим идеалом полноценное возрождение и развитие на материнской территории. Однако так называемая "многовекторность", то есть попытка угодить и Москве, и Брюсселю, украинской внешней политики значительно, помимо внутриполитических причин, препятствует достижению данной цели.

Россия, которая на некоторое время после распада СССР утратила свои геополитические амбиции, вновь стремится вернуть утраченные владения империи, ставшие суверенными государствами. Современная Россия ни при каких обстоятельствах не согласится на более низкий статус, нежели "сверхдержава", и для достижения этой цели будет использовать весь имеющийся у нее арсенал идеологических, экономических, политических и военных средств. Этому способствует и жесткое президентское правление, в котором четко прослеживаются монархические и великодержавные традиции империи.

Несмотря на то, что Россия будет оставаться для Украины важнейшим экономическим партнером, Москва с ее нынешней великодержавной идеологией не будет воспринимать Украину как равноправного политического или экономического партнера. Для России Украина является, скорее всего, зоной собственных интересов, что подтверждается последними попытками Москвы навязать Украине совместные экономические проекты в атомной энергетике, авиастроении и т.д. Втягивание Украины в единое интеграционное пространство наподобие Таможенного Союза и ОДКБ грозит для нее утратой реального суверенитета и попаданием под неформальную зависимость от России, в первую очередь, благодаря экономической привязке.

В то же время Европейский Союз, о вступлении в который мечтает значительная часть украинцев, переживает сегодня серьезные внутренние трудности, которые в определенной мере связаны со стремлением Германии осуществить ревизию своего места в Европе. Частью этого процесса является все более тесное сближение Германии и России, союз которых, как уже продемонстрировала история, может значительно сказаться на судьбе государств Восточной Европы, в том числе и Украины. Став лидером Европы, Германия будет закрывать глаза на многие действия России по отношению к Украине, руководствуясь, прежде всего, прагматическими выгодами германо-российского сотрудничества, а не идеалами демократии и международного права. На данный момент в этой же манере действует и Франция.

Еще одной проблемой европейского вектора для Украины является тот факт, что чем больше расширяются трансграничные коммуникации внутри ЕС, тем более непроницаемой становится его внешняя граница. Очевидно, что ЕС стремится таким образом решить проблему нелегальной миграции, в том числе и трудовой, транзита наркотиков и оружия и т.п. Со своей стороны Украина также упорно "не желает" соответствовать требованиям ЕС, многие из которых являются для нее весьма болезненными. Более того, Украина может не выдержать жесткой внутренней конкуренции и политики протекционизма в ЕС. Таким образом, привлекательный для Украины внешнеполитический вектор интеграции в Европу, активно поддерживаемый и крымскими татарами, упирается в своеобразный "железный занавес".

Важным геополитическим игроком в регионе вновь становится Турция, которая стремится восстановить вокруг себя целостное геополитическое пространство путем реализации проектов пантюркизма и паносманизма. Украино-турецкое сотрудничество на данном этапе является важным для крымских татар. Именно из Турции поступает значительная помощь на обустройство крымскотатарского народа в Крыму. Поэтому Милли Меджлис в силу своих возможностей стремиться содействовать углублению этого сотрудничества, добиваясь, чтобы крымские татары стали связующим звеном между двумя державами.

Однако украино-турецкое сближение может стать частью более широкого геополитического проекта, который может избавить Украину от проблем западного или восточного векторов внешней политики. Речь идет о Балто-Черноморском сотрудничестве или так называемом Междуморье, то есть тесном объединении наций, проживающих между Балтийским и Черным морями. Подобную стратегию и пытался в свое время реализовать хан Ислам-Гирай III. Современное крымскотатарское национальное движение также может и должно взять ее на вооружение. Тем более, что определенные наработки в этом направлении уже имеются как и перспективы их развития.

К Балто-Черноморскому региону можно отнести такие государства как Швеция, Норвегия, Финляндия, Латвия, Литва, Эстония, Польша, Беларусь, Армения, Азербайджан, Грузия, Болгария, Румыния. Молдова, Украина и Турция. Естественно, что этот круг государств может быть как сужен, так и расширен, например за счет Чехии, Словакии и Венгрии. Очевидно, что ядром этого объединения должны стать Польша и Украина, имеющие и общую границу, и выход, соответственно, к Балтийскому и Черному морям. Эти государства объединяет не только география, но и весьма яркие исторические схожести, которые при соответственной политической воле и понимании взаимовыгодного сотрудничества могли бы пересилить болезненные моменты совместной истории.

Определенно, что в таком геополитическом объединении стран крымскотатарский народ получил бы более благоприятные условия для собственного развития, подальше от угрозы империалистического реваншизма.

В связи с реализацией балто-черноморской стратегии по-иному выглядят активно налаживаемые сегодня Милли Меджлисом контакты с Польшей. Не менее важным может стать и румынский вектор, тем более что в ней проживает организованная крымскотатарская диаспора. С точки зрения этой стратегии новый аспект приобретает и идея Международного форума по вопросам безопасности и развития крымскотатарского народа.

Таким образом, крымские татары при определенных усилиях могут сыграть весомую роль в формировании балто-черноморского геополитического образования, став дополнительным связующим звеном между отдельными его регионами: Украиной, Турцией и Румынией, Украиной и Польшей.

Нариман ДЖЕЛЯЛ