Крымское ханство и Черкесия

11.05.20160:19

Исторические судьбы Крымского ханства и Черкесии были тесно переплетены. Это были не простые отношения, их нельзя было однозначно охарактеризовать как дружеские или враждебные, между ними были вооруженные столкновения и взаимовыгодные союзы. Ведь хорошо известно, что Крымское ханство имело родственные и политические связи с аристократическими домами Черкесии. Нередко представители знатных черкесских родов через браки своих дочерей или обычай аталычество становились родственниками крымским ханам либо принцам династии Гираев, реже влиятельным беям и мурзам ханства. Одним словом, уже с XV века Черкесия со всеми ее княжествами, приобрела для внешней политики Крыма особое значение.

Известно, что Крымское ханство на протяжении всей своей истории имело тесные связи с Северным Кавказом, главным образом с Черкесией, разделенной на удельные княжества, во главе которых стояли потомки легендарного князя Инала родоначальника кабардинских, бесленеевских, темиргоевских, хатукаевских и других княжеских родов.

Один из первых политических контактов между Крымским ханством и Черкесией датирован в источниках 1498 годом. Именно тогда к крымскому хану Менгли Гираю обратился за помощью черкесский князь Айтек из рода Бесленей с просьбой оказать ему военную поддержку в междоусобной борьбе с соплеменниками из соседних княжеств. Менгли Гирай, не отказал в помощи и направил небольшое крымское войско в Черкесию.

Возможно, что главная причина, по которой хан согласился поддержать Айтека, заключалась в том, что глава Бесленей на тот момент уже приходился родственником крымскому властителю, так как известно, что одна из жен Менгли Гирая была черкесская княжна из того же рода Бесленей.

Крымские татары помогли бесленейцам, и в знак благодарности главы черкесских князей во главе с Айтеком признали крымского хана своим сюзереном. Они лично прибыли к ханскому двору с подарками хану, его семье и ближайшему окружению и в торжественной обстановке от лица своих подданных присягнули на верность. Так первыми из черкесов вассалитет приняли бесленейцы, которые оставались верны своей присяге до последних дней Крымского ханства. Однако стоит сразу оговориться, что не вся Черкесия была готова принести присягу верности ханству.

Известно, что в первые годы образования Крымского ханства значительное число черкесов уже проживало в Кефе. В архиве Посольского приказа сохранилось весьма любопытное сообщение о панике среди черкесов Крыма, вызванной смертью Менгли Гирая. До сих пор они жили мирно и находились под ханской защитой. Однако приход к власти в 1515 году старшего сына Менгли Гирая Мухаммеда Гирая их взволновал. Видимо у них были свои причины опасаться нового хана. Многие представители этой общины поспешили в Керчь с целью переправится на судах в родную Черкесию. О панике среди черкесов сообщили новому хану. И Мухаммед Гирай, поспешил прислать к ним своего представителя с письменным обращением, в котором говорилось, что со смертью его отца положение проживающих в Крыму черкесов не изменится, и они могут оставаться на своих местах и жить так же как и жили при его отце.

Остались ли черкесы в Крыму или возвратились на родину и сколько их было, источник умалчивает. Ясно только то, что черкесы не чувствовали себя в полной безопасности и такое беспокойство следует, прежде всего, пояснить назревавшим конфликтом между новым ханом и некоторыми удельными княжествами Черкесией.

С ханством Мухаммеда Гирая начинаются непростые крымско-черкесские отношения. Частыми становятся просьбы черкесов, принявших верховенство крымского хана, о поддержки в борьбе с враждебными им кланами. Так в 1518 году Мухаммед Гирай принимает решение о походе в земли черкесов во главе с родным братом калгой Бахадиром Гираем. Поход не принес положительных результатов, но, тем не менее, несмотря на неудачу небольшого крымского войска, к крымским татарам присоединилась еще одна часть черкесов, которая поспешила присягнуть Мухаммеду Гираю. Следует отметить, что в свою очередь хан направляет к черкесам не наместника, а посла, что говорит не о прямом административном подчинении, а о признании верховного сюзеренитета хана. Важно отметить, что отныне черкесы почти всегда фигурируют в составе крымских армий. Одно из ранних сообщений этого рода относится к 1521 году, когда упоминается черкесский отряд в составе войска Мухаммеда Гирая в его походе на Москву.

Но союзнические и родственные отношения с черкесскими аристократическими семействами не облегчали, а напротив порой усложняли взаимоотношения между Крымом и Черкесией. Зачастую Гираи оказались втянуты в крайне враждебную и агрессивную атмосферу внутриполитической жизни черкесских кланов. Принимали участие в распрях, а порой были вынуждены совершать довольно крупные военные походы с целью усмирить противников своих кавказских родственников и союзников.

Один из таких первых походов был совершен Сахибом Гираем I в мае-июне 1539 года. Причиной стало нападения адыгов на ханские города-крепости расположенные на Таманском полуострове. Крымский историограф Реммаль Ходжа сообщает, что к сорокатысячному крымскому войску, присоединились и проживавшие на этой территории жанеевцы во главе со своим князем Кансавуком, который объявил себя вассалом Сахиба Гирая и привел в подданство ханству свой народ. О том, что черкесы из племени Жанэ, проживавшие на Тамани, находились в подданстве Крымского ханства, сообщает крупный историк второй половины XVII века Хюсейн Хезарфенн.

А уже в 1545 году к Сахибу Гираю с просьбой о помощи обращается кабардинский князь Элбозду, потерпевший поражение в борьбе за власть внутри Кабарды. В этом же году крымский хан снова выступает в поход. На этот раз его армия насчитывает уже около 70-ти тысяч аскеров.

В 1551 году снова состоялся поход Сахиба Гирая в Черкесию. На этот раз он был вызван нападением хатукаевских князей Алегука и Антанука, на ханских подданных под Азаком. Об этом походе Реммаль Ходжа приводит самоуверенное заявление одного из братьев: "Хан, говорят, идет грабить нас, но мы поведем себя не как жанеевцы и кабардинцы. Он силен своими пушками, а мои пушки и пищали — крутые горы и быстрые кони".

Но в ходе ожесточенного сражения, один из князей — Антанук — попадает в плен.

Сахиб Гирай нанес тяжелые удары по большинству княжеств Черкесии: Хатукаю, Бжедугии и Кабарде. При нем многие черкесские князья принесли присягу верности Крымскому ханству. Но последний поход 1551 года стал для победоносного хана роковым. Пока он находился на Кавказе, в Крым против него зрел заговор, в результате которого Сахиб Гирай и все его сыновья были убиты. На трон взошел его племянник Девлет Гирай.

 

В правление Девлета Гирая I, отношения с Черкесией складываются неоднозначными. С одной стороны крымцы совершают ряд походов в Черкесию, и даже в 1570 году калга Адиль Гирай наносит сокрушительное поражение войску Темрюка Идара тестя Ивана Грозного, а с другой, по свидетельству Броневского, те же черкесы из района Бештау (Пятигорск) принимают участие в военном походе Девлета Гирая на Москву в 1571 году. Одним словом, эти войны носили феодальный характер и не грозили самому существованию народов.

В 1578 году посланник польского короля к крымскому хану Мухаммеду Гираю, сыну Девлета Гирая, Мартин Броневский замечает, что: "Хан наиболее любит содержать при себе черкесов, ногаев и пятигорцев, которые трудолюбивы, крепки, храбры и воинственны. Отличным он назначает годовое жалованье и дает подарки".

И далее Браневский замечает, что: "Из жителей Таврического полуострова перекопские и крымские, азовские, ногайские, черкесские данники и союзники, князья пятигорских черкесов, служащие на жалованьи, равно как и вольные должны немедленно являться к Хану по его требованию и принимать участие в войне".

Из этого видно, что черкесы делились на несколько категорий. Одни из них были данниками, а другие — союзниками; кто-то получает жалованье, а кто-то был вольный. Определение "служащие на жалованьи, равно как и вольные" относилось к пятигорским черкесским князьям, что подтверждает большую степень политической самостоятельности князей Кабарды. Ну а уже на протяжении почти всего XVII века кабардинская оппозиция находила поддержку в Крыму. Таким образом, крымцы участвовали в кабардинских междоусобицах 1616, 1629, 1631, 1653 годах.

Интересен факт, что после знаменитой Канжальской битвы 1708 года, когда крымскотатарское войско потерпело фиаско в битве с черкесами, в Крым, вместе с крымским ханом Капланом Гираем прибывают представители из владетельных княжеских родов Большой Кабарды: Аджи Бекир бей Болотин и следом за ним принадлежавший к роду тех же князей Хункал бей. Оба впоследствии станут родоначальниками известных крымскотатарских аристократических фамилий — Болотоковых и Хункаловых. И это были не единичные случаи. Очевидно, что за своими князьями в Крым отправлялись и его подданные. Так в XVII веке османский путешественник Эвлия Челеби сообщает, о том, что в районе Карасубазара на высоком холме находилось черкесское селение в сто домов и одной мечетью.

Анонимный османский автор в 1740 году отмечает значительное черкесское присутствие в тогда еще крупном селе Джанкое.

Поселения черкесов в Крыму, объясняется якобы тем, что в трудные для них времена они, переселяясь целыми племенами, искали в Крыму себе убежища и покровительство крымского хана. Известно так же что в XVII веке черкесы-кабардинцы основали близ Бахчисарая деревню Черкез-Кермен. Здесь жили семьями те черкесы, которых крымские ханы заранее выбрали в аталыки — воспитатели своим сыновьям. Едва принц достигал семи лет, как его аталык увозил в Кабарду на воспитание. И с этого времени семья аталыка, для принца, которому возможно в будущем предстояло занять крымский престол, становилась родной.

Черкесская знать состояла в тесных родственных связях с крымскими ханами. Как известно черкешенки часто были женами крымских ханов. Есть предположение, что уже один из первых крымских ханов Нур-Девлет сын Хаджи Гирая был женат на черкешенке "Юмадыковой дочери". Кто такой был — Юмадык — не совсем ясно, однако известно, что это имя было распространенно в Черкессии.

Как выше упоминалось и брат Нур-Девлета хан Менгли Гирай, также был женат на черкешенке. Черкешенкой была жена и Сахиба Гирая I-го, и Девлета Гирая, и Мухаммеда Гирая, и многих других крымских ханов. Но вместе с женами из Северного Кавказа крымские ханы зачастую имели и черкесское окружение. Так при дворе Девлета Гирая I, служили сыновья его зять князя Тарзатыка, Татар-мурза и Ахмет-Аспат Черкасские, а конюшими были черкесские дворяне братья младшей жены Девлета Хан-Сугры.

Родной сестрой одного из соправителей Большой Кабарды, была жена хана Ислама Гирая II. Именно она в 1653 году уговорила мужа поддержать своего брата в очередной междоусобице и даже лично сопровождала крымское войско в Кабарду.

В свою очередь и опальные представители династии Гираев и другие крымские аристократы, на протяжении более чем трех веков, находили приют и поддержку в трудные для них времена в Черкесии. Как правило, здесь были родственники по линии матери или жены, приемные родители, и все это вместе взятое позволяло беглецу из Крыма найти среди черкесов временное убежище.

Шакай Мубарек Гирай, племянник Бора Гази Гирая II (1588 — 1608), из опасения расправы со стороны хана "ушел в страны черкесские и там проживал". Шагин Гирай, внук хана Мухаммеда Гирая II (1577 — 1584), из опасения расправы со стороны хана Гази Гирая II, "убежал в Черкесию". Калга Шагин Гирай еще раз бежит к черкесам после своего поражения в борьбе за власть. Хан Мухаммед Гирай IV после своего свержения в 1665 году, "бежал в страну черкесов". Представители преследуемой побочной ветви Гираев — так называемые Чобан Гираи, боясь преследований со стороны вышеназванного хана Мухаммеда Гирая, "бежали к абазам и черкесам". Хан Селим Гирай I в юности "должен был спасаться от посягательств на его жизнь в разных местностях Черкесии". Шехбаз Гирай, один из сыновей хана Селима Гирая, "под предлогом охоты удалился в Черкесию", где дождался своего назначения на пост калги, которое было дано ему прямо из Порты. Смещенный с ханского трона Девлет Гирай II, после неудачной попытки сопротивляться решению османского султана, в начале 1703 года "с десятью человеками удалился к черкесам".

Известно, что вновь избранному крымскому хану присягали черкесские князья и считали его законным правителем государства, составной частью которого являлись и их владения. И это было не вынужденная мера из-за угрозы военного нападения. Это было уважение к ханской власти. О подданстве черкесских князей красноречиво говориться и в официальной переписке самих ханов с османскими султанами. Так, Крым Гирай хан в 1763 году просил османское правительство прислать специалиста для геологической разведки в подвластных ему черкесских племенах — Касай, Каспулат, Бесленей и Шегаке. Конечно же, Черкесия целиком не подчинялась ханству. Некоторые черкесские племена предпочитали полную свободу, каким бы то ни было обязательным отношениям к крымским ханам.

Гульнара АБДУЛАЕВА