Неизвестные герои Великой Отечественной войны

11.05.20160:19

Из сорока одного особенно отличившихся в Великой Отечественной войне уроженца Крыма 11 крымских татар: 8 Героев Советского Союза, в том числе один — Дважды Герой, 3 полных кавалера орденов Славы. В это число не входят бойцы, представленные к этим великим званиям, но не награжденные ими. Назвать поименно всех наших соотечественников, героически сражавшихся на фронтах Второй Мировой войны, не представляется возможным. Ветеранами крымскотатарского национального движения проводилась определенная работа в этом направлении: тогда были собраны фамилии тысяч крымских татар, награжденных высокими наградами и даже представленными к героическому званию.

В распоряжении газеты "Avdet" оказались копии документов, принадлежащих офицеру запаса Аблязу Керимову, подтверждающие его заслуги перед отечеством. Абляз Хаирович Керимов гвардии старший лейтенант, командир 3-го эскадрона 56-го гвардейского кавалерийского полка 14-й кавалерийской Мозырьской, Краснознаменной дивизии 7-го кавалерийского корпуса, в РККА (Рабоче-Крестьянской Красной Армии) с сентября 1941 года. Первым награждением Керимова стало представление его к званию "Герой Советского Союза" 1 февраля 1945 года. В базе данных он значится как Абляз Хоирович Керимов, призванный Федоровским РВК Саратовской области. В Наградном листе, заполненном вручную, записано, что призвался Федосеевским РВК, без указания области или города, что является исключением в правилах награждения. Подробнее о месте призыва будет сказано немного ниже. Наградной лист подписан командиром полка подполковником Кобяковым. Командир дивизии наложил резолюцию: "Достоин высокой правительственной награды звания "Герой Советского Союза". Командир 7-го гвардейского кавалерийского корпуса гвардии генерал-лейтенант Константинов расписывается под пропечатанной резолюцией: "Достоин присвоения звания "Герой Советского Союза", но данная резолюция зачеркнута пером, поверх которой также пером написано: "награждения Красное Знамя". Последняя инстанция инспектор кавалерии 1-го Белорусского фронта генерал-майор Ильин 2 марта 1945 года расписывается под распечатанной резолюцией: "Достоин награждения орденом "Красное Знамя". В итоге Абляз Керимов: "за форсирование реки Одер в составе главных сил полка, не допустивший прорыва противника к переправе, при создавшейся угрозе окружения 1-го эскадрона расчистил путь от противника, присоединился со своим эскадроном к 1-му эскадрону, подвергся окружению, отбил атаки противника и вывел эскадрон без потерь с поля боя", был награжден орденом "Красное Знамя". Видимо, проявилась генетическая связь с нашим прошлым, конница была ударной военной силой Крымского ханства, крымских конных полков времен войны с Наполеоном, Крымского эскадрона Первой мировой. Во время Второй мировой многие крымские татары служили в казачьих кавалерийских полках, состав которых был интернациональным. Второе наградное дело ставит все точки над "і" о месте призыва. Абляз Хаирович Керимов призывается Феодосийским ГВК Крымской АССР. Командир 3-го эскадрона 56-го гвардейского кавалерийского полка представляется к ордену "Красная Звезда". В Наградном листе в пункте "Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига" указывается: "За бои с 14.01.45 по 14.02.45 представлен к присвоению звания "Герой Советского Союза". При представлении к ордену Красной Звезды еще не был известен результат предыдущего представления, поэтому в пункте Наградного листа "Чем ранее награжден" записано "Наград не имеет". Третье наградное дело частично повторяет ошибку первого Наградного листа. Место призыва указывается: Федосеевский РВК Крымской АССР. Видимо, написание слова "Феодосийский" у штабного писаря полка вызывало серьезные трудности. Все остальные данные полностью совпадают. По данному Наградному листу Абляз Хаирович Керимов представлялся к ордену Отечественной войны II степени, которым был награжден 16 мая 1945 года приказом по 7-му гвардейскому кавалерийскому Бранденбургскому, Краснознаменному, ордена Суворова корпусу за форсирование рек, уничтожение живой силы и техники противника.

В 1967 году офицер запаса Абляз Хаиров обратился к Шахрисабзскому горвоенкому с просьбой пересмотреть его наградной лист о присвоении ему звания "Герой Советского Союза". Представляем воспоминания Абляза Керимова о героическом бое, в котором он проявил немыслимую отвагу и храбрость.

«В январе 1945 года, перейдя в наступление севернее Сандамирского плацдарма на реке Висла, с боями продвигаясь вперед, вошли на территорию Германии. В состав 7 гвардейского кавалерийского корпуса 14 гвардейской кавалерийской дивизии в должности командира 2-го эскадрона 56 гвардейского кавалерийского полка, ломая ожесточенные сопротивления немецко-фашистских войск, подходили к реке Одер. Будучи в составе 1-го Белорусского фронта, помню приказ командующего фронтом Маршала Советского Союза К.Г.Жукова, где говорилось: кто первым перейдет на западный берег реки Одер и захватит плацдарм, представить к присвоению звания "Герой Советского Союза".

19 января 1945 года, идя в головном отряде полка, я получил приказ форсировать реку Одер и захватить плацдарм на западном берегу южнее Кострина. Атаковав основной силой эскадрона и смяв силу противника, ворвались в окопы врага на западном берегу. Как только командование противника узнало, что мы захватили плацдарм, против нас двинули силу больше батальона. Завязалась ожесточенная схватка, которая продолжалась более двух суток. За это время нами были уничтожены более 300 немецко-фашистских солдат, я лично уничтожил не менее 30 солдат и офицеров. На помощь мне был послан 1-й эскадрон нашего полка, но он оказался в окружении. Тогда мне было приказано соединиться с ним, отражать атаки противника и удержать плацдарм. Нанося удары противнику и неся тяжелые потери, мне удалось соединиться с 1-м эскадроном. Когда это произошло, командир первого эскадрона был уже убит.

Приняв командование первого эскадрона и присоединив его к своему эскадрону, мы продолжали отбивать ожесточенные атаки противника, которые длились еще более двух суток. К этому времени связь с полком и дивизией сорвалась, но мы продолжали бой в полном окружении, боеприпасы у нас кончились, мы брали автоматы, гранаты и пулеметы, отбитые у противника. Их оружием мы били их, и за эти двое суток уничтожили не менее 250 солдат и офицеров противника. Но и сами мы несли тяжелые потери, во взводах остались не более 8-10 человек.

 

Трудностью нашего положения было то, что мы были оторваны от своих, ибо противник с целью задержать продвижение наших частей, непрерывно бомбил и обстреливал из орудий реку с целью разбить лед. На нашем участке лед был полностью разбит и продвижение наших частей, было остановлено. Мне самому часто приходилось вести огонь из пулеметов, т.к. расчеты их выбывали из строя и за это время мною было лично уничтожено не менее 50-60 немецких солдат и офицеров.

Только на 5-е сутки к нам прорвались наши части. За эти четверо суток боя нами было уничтожено более 600 немецко-фашистских солдат и офицеров, 8 артиллерийских расчетов и более 10 пулеметов. С танками противника нам не пришлось вести бои, потому что на нашем участке были густые леса, в которых такая техника не могла двигаться.

Когда мы соединились с полком, командир полка подполковник Кобяков и другие поздравили меня с званием "Герой Советского Союза". Оказалось, пока я был на западном берегу, был оформлен наградной лист на присвоение звания. Правами Героя Советского Союза я пользовался до ранения, которое получил 10 апреля 1945 года под Берлином, пролежав в госпитале до 22 сентября 1945 года. Выписавшись оттуда, я узнал, что вместо присвоения звания "Герой Советского Союза" меня наградили орденом Красного знамени.

Спустя много времени после этого я ознакомился с наградным листом, находившимся в моем личном деле. Прочитав его, я был удивлен: очень скупо описаны проведенные при моем участии бои. Я считаю, что в наградном листе не указано и 1% от того, что было в действительности. И если бы я был на месте тех товарищей, которые награждали меня, то за такое описание не отметил бы бойца даже медалью. Поэтому прошу Вас ходатайствовать перед вышестоящими организациями о пересмотре моего наградного листа.

Возможно, прошло много времени после тех жарких боев. Но для меня описанный бой был самым тяжелым из всех, которые я вел в годы Великой Отечественной войны».

Материал подготовлен при использовании документов из семейного архива Керимовых, а также исследований доцента кафедры истории КИПУ Рефика Куртсеитова.