Возрождение языка в информационную эру, ресурсы и разделение труда. Что нам дают технологические возможности и как их применять?

17.01.202121:32

По статистике ЮНЕСКО и других мировых институтов, около 35 процентов всех языков мира находятся под прямой угрозой исчезновения. А 35 % это не больше и не меньше, чем 2500 языков. Существует два известных способа изменения ситуации: превентивный и реактивный. Первый подразумевает заблаговременный комплекс действий, устраняющий угрозу исчезновения языка на ранних этапах. Однако, понимая, что мы не находимся на раннем этапе, второй способ – реактивный – является одним из более реалистичных и проблематичных. Реактивность (т.е. реагирование на сложившуюся ситуацию) несет в себе ряд проблем, связанных с еще большей необходимостью быстрой, качественной и количественной мобилизации ресурсов, как человеческого капитала, мотивационного аспекта и организации материальной базы (финансов и физических ресурсов). Даже при наличии всех факторов, вопрос о координации этих ресурсов остается одним из самых актуальных. Как же нам скооперироваться, как разделить общий труд между участниками нашего общества для эффективных реактивных действий во благо долгосрочного использования родного языка?

Первые факторы, связанные с человеческим капиталом и устойчивой мотивационной базой для изучения и использования не только крымскотатарского, но и любого другого языка, – это его необходимость. Америку мы не откроем тем, что язык должен быть нужен в прагматическом понимании этого выражения. Это не про осознанное понимание необходимости спасения языка, которое выливается в то, что человек старается на индивидуальном уровне изучать и говорить на языке вопреки всему. Нет, это про ситуации, когда физические блага, достаток человека напрямую зависят от активного использования языка. Ярким примером таких профессий и деятельностей являются учителя крымскотатарского языка и литературы, журналисты и ведущие на телеканалах и радио, вещающие на крымскотатарском языке. Им язык нужен, для них он инструментален, без него их профессиональная и социальная позиция в обществе и качество жизни будет значительно противоположным желанному. Эти примеры приводят нас к постановке вопроса – как сделать так, чтобы крымскотатарский язык стал «инструментом», а не только конечной «самоцелью»? Объединим его с более обширным вопросом, как распределить наши ресурсы и деятельность так, чтобы родной язык стал работать на нас, а не мы на него?

Растопить лед вокруг крымскотатарского языка оффлайн.

Вопрос о человеческом капитале и профессиях. Даже если наши люди непропорционально распределены по разным профессиям и специальностям в пирамиде трудоустройства Крыма, мы можем видеть благоприятную картину – мы равномерно распределены в ежедневной экономической активности полуострова. О чем это я? Мы не подозреваем о том, что, сев на маршрутку или зайдя в кафе, банк, мы встретим наших соотечественников. Будучи неуверенными в том «свой» это или «чужой», мы выбираем быть в безопасной зоне: «здравствуйте» вместо «селям алейкум», «спасибо» вместо «сагъ олунъыз». Банальщина, – скажете вы. Банальный крест на родном языке, соглашусь – это переход на доминантный, более распространенный и «выгодный» язык. Возможно, далеко нас селям алейкум и сагъ олунъыз не доведут в нашем плачевном состоянии. Давайте представим эффект от того, если каждый крымский татарин будет здороваться и благодарить всех на крымскотатарском – в общественных местах, на работе, на улице, с персоналом, вне зависимости от национальности. Ожидаемый психологический эффект, сопровождающий такой социальный эксперимент, называется айс-брейкинг, ice-breaking. В прямом переводе c английского to break the ice -«разбить лед». Айс брейкинг часто используется для устранения барьеров, стеснения и побуждения более расслабленного и непринужденного общения в группе между малознакомыми людьми. В нашем случае мы стараемся убрать свое же стеснение языка перед другими. Использование языка на таком примитивном, но публичном уровне, во-первых, может стать сигналом для своих же, что наш язык слышат, понимают и другие, во-вторых, это может разбить лед, окутавший нас в своем холодном отношении к родному языку, и показать, что язык может успешно использоваться массово всеми, а значит признаваться.

Это не панацея, но первый шаг имеет потенциал разрастаться в снежный ком и развязать в буквальном смысле наши языки.

Конечно, можно найти много креативных решений на уровне многих деятельностей, которые массово будут показывать, что мы смелее и увереннее используем его в ежедневной практике – «инструментизируем» его.

Озадаченные незнанием

Крымскотатарский язык находится в реактивной фазе исчезновения. Другими словами – дети и молодежь язык не знают, нужно найти оптимальное решение на задачу – как нам научить детей родному языку.

Ученая и основательница инициативы по защите Балийского языка BASAbali Алисса Стерн говорит о судьбе Балийского языка в Индонезии: «Это (исчезновение языка) ограничит понимание будущими поколениями уникальной культуры острова, включая его замечательные танцевальные и музыкальные традиции, а также религиозные обычаи, которыми руководствуется повседневная жизнь.» Абсолютную аналогию можно наблюдать в судьбе крымскотатарского. Наш с первого взгляда видимый успех в сохранении танцев, музыкального багажа и традиции испарится через пару десятков лет с последними настоящими носителями крымскотатарского языка.

А как же технологии?

Подчеркнем, что технический прогресс и глобализация имеют влияние, подобное обоюдоострому мечу. С одной стороны, сужающаяся карта мира, рост объемов и обмена информацией, физической мобильности приводят к тому, что локальные этнические группы переходят на наиболее «прибыльный» доминирующий язык, который помогает им преодолеть экономическую и социальную изоляцию и ее последствия. Таким образом, люди добровольно и активно переходят на другой язык. Эта тенденция и усилия со стороны глобальных сообществ по сохранению глобального языкового наследия от добровольного исчезновения не вызывает удивления. С другой стороны, возможности интернета стирают границы и превращают каждого индивидуума в потребителя и создателя контента, где не нужен посредник, каждый может быть сам за себя.

Вопрос о том, как технологии и диджитализация (цифровизация) помогут мобилизации ресурсов вокруг проблемы языка в нашем обществе, не обсуждается, а скорее просто берется и делается индивидуальными инициативами и проектами как Ders от Canlı Radio, Уроки крымскотатарского онлайн, блоги/online библиотека Таира Керима, онлайн словари «Luğatçıq», детский журнал Armançıq, и, конечно, читаемая вами в данный момент газета «Avdet». Это в доказательство тому, что мы можем предприимчиво подстроиться под эру технологий, беспроводного интернета, и чатов в социальных сетях. Все эти инициативы рано или поздно сталкиваются с проблемами ресурсов, чаще всего финансовых и организационных.

Никакие усилия и технологии не будут решающими в преодолении проблемы языка, если они не помогут решить главную проблему мобилизации человеческих и финансовых ресурсов — проблему коллективных действий. Это ситуация, где общее благо наступило бы для людей, если бы они скооперировались и действовали сообща. Но конфликтующие интересы и мотивация рано или поздно становятся препятствием их общей деятельности, при которой многие перестают сотрудничать во благо общей цели. Любое несогласованное действие приводит к нулевому результату, поэтому ключом к любой деятельности является не только запуск этой деятельности, но и гарантия поддержания активного участия со стороны людей (человеческого капитала, инвесторов). Размышляя о возможной программе взаимодействия, многие забывают, что мы часто «сливаемся», иными словами, мы как безбилетные зайчики в маршрутке, которые считают, что другие более инициативные «заплатят за проезд», будут предпринимать что-то во благо народа, языка, а мы тут посидим в сторонке. Это и есть проблема коллективных действий, когда рано или поздно мы уповаем на другого (государство, учителей и т.д.), и так во многих сферах нашей национальной жизни.

Сгенерировать такие проекты не проблема, задача – организованно, ответственно скооперироваться хотя бы вокруг одного проекта. Так в чем же проблема?

  1. Отсутствие материального поощрения. Уже давно доказано, что рациональный человек идет на поводу своих расчетов, он выбирает тот ряд действий, от которых он получает больше выгоды от затрат вложенных в эти действия. Материальное поощрение, или дотации Голландского правительства школе живописи и искусства спасло целую индустрию от упадка. Студенты выбирают профессию художника, зная, что на их творчество будет спрос. Аналогичным образом, мы выбираем школы с русским языком обучения, так как это якобы наиболее всего увеличивает шансы ребенка на сдачу вступительных университетских экзаменов. Дети едут учиться туда, где им дается хорошая стипендия. Таких примеров неисчисляемое количество.
  • Инвестиции
  • Большой разрыв между старшим и молодым поколением в использовании возможностей онлайн технологий
  • Потребительское отношение к технологиям. Дефицит профессионалов?

Кратко- и долгосрочные проекты:

  1. Создание контента на крымскотатарском на главных площадках интернета – главные таргетные группы: дети, тинейджеры и взрослые. Где? YouTube, Instagram, Facebook, TikTok. Особенное внимание – Ютуб для детей.
  2. Создание сети для обсуждения определенных тем и обмена файлами через группы новостей.
  • Перевести ресурсы в удобную библиотеку онлайн.

Это долго и затратно, однако в процессе диджитализации (цифровизация) литературных и других культурных материалов, мы можем выявить и открыть ресурсы, о существовании которых даже не имели представления. Вовлекая молодежь в организованный процесс, мы актуализируем язык и историю для обычного человека. Этот проект может стать одним из многих, который при правильной организации, обеспечит деятельностью заинтересованную молодежь.

  1. Крымскотатарский онлайн

На каждый спрос есть предложение. А предложение учителей крымскотатарского у нас достаточно. С недавнего времени мы наблюдаем за инициативами Эмине Шерфе и других в создании полноценного курса крымскотатарского языка. Что наблюдается еще острее, это полная завязка таких инициатив на одном человеке или небольшой группы. У нас, к сожалению, не получается поддержать и масштабировать данные стартапы из-за так называемого дефицита массового спроса и отсутствия материальной поддержки или инвестиций в данные проекты.

  • Проекты медийные, новостные, развлекательные
  • Проекты образовательные, консультативные

Какие области требуют нашего активного участия? Очевидный ответ на очевидный вопрос – сохранение языка, идентичности. Где находится старшее поколение в цепочке использования технологий?

  1. Онлайн курсы – какой спрос? И как происходит процесс? Чего не хватает? Ресурса или мотивации – спроси у Эмине Шерфе, которая запустила онлайн курсы и Speaking Club.
  2. Оффлайн курсы – обсуждение вопроса онлайн особенно с молодыми родителями, которые в большинстве присутствуют во всех соц. медиа.
  3. Школы – в чем главная проблема и как ее решить, создание инструкций и кампаний по крымтат. языку в школах

Проблемы мобилизации ресурсов.

 Основополагающие компоненты:

человеческий капитал

-материальный ресурс *(индивидуал олигарх, группа бизнесменов, проектных инициатив, создание нац. бюджетов)

Хатидже УРКУСТА

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET