Терминологические дискуссии 20-30-х гг. XX в. и их значение для формирования крымскотатарской научной терминологии

04.03.202217:53

Аннотация. В работе описаны динамические процессы в научной терминосистеме крымскотатарского языка в начале XX в., очерчен круг источников, которые могут быть полезны при диахроническом исследовании этой проблемы.

Для 20–30-х гг. XX в. характерны тенденции, направленные на критику старой терминологии и замену ее новообразованиями. Широкое обсуждение вопросов научной терминологии на Всекрымских языковых конференциях и проведение I-ого Всесоюзного Тюркологического съезда способствовало тому, что работа по созданию крымскотатарской научной терминологии обрела более систематический характер.

Ключевые слова: терминосистема, терминология, крымскотатарская научная терминология, исконная лексика, заимствованная лексика.

Постановка проблемы. Крымскотатарская научная термино-логия прошла сложный путь развития, на который оказали влия-ние как объективные (социально-политические), так и субъектив-ные факторы (труды известных языковедов). Без осмысления этой динамики в свете современных представлений о терминотворче-стве немыслима продуктивная работа по совершенствованию на-учной терминологии крымскотатарского языка. Этим объясняется необходимость исторического экскурса – определения и изучения истоков научной терминологии, основных этапов развития терми-носистемы, характера языковой политики в тот или иной период.

Востребованность такого описания обусловлена тем, что в настоящее время эта область крымскотатарского языка находится на стадии формирования и развития. Крымскотатарская научная терминология на сегодняшний день не разработана в полном объёме: не изучены в достаточной степени теоретические про-блемы научной терминологии, ее формирование и развитие, ди-намика различных терминосистем.

Анализ последних исследований и публикаций. Принципы формирования тюркской, в том числе и крымскотатарской терми-нологии обсуждались на Всекрымских языковых конференциях 20–30 гг. XX в. [1; 2] и на I Всесоюзном тюркологическом съезде [3]. Отдельные вопросы затрагивались и освещались в работах Б. Чобан-заде [4; 5], а также в трудах современных крымскотатар-ских учёных А. М. Меметова [6], А. М. Эмировой [7], К. А. Усеинова [8, с. 163–166], посвящённых общим вопросам крымскотатарской научной терминологии. В настоящее время существуют исследо-вания по юридической и лингвистической терминологии [9–11], создан ряд словарей специальной лексики по отдельным отрас-лям знаний [12; 13].

Целью данной статьи является описание основных периодов развития крымскотатарской научной терминологии на материале одной из её подсистем – лингвистической терминологии 20-30-х годов прошлого столетия, а также определение значения терми-нологических дискуссий этого периода для развития крымскота-тарской научной терминологии.

Изложение основного материала. В 20–30-е годы XX в. про-изошла кардинальная переориентация в национальной культуре в целом, в том числе и в литературном языке в сторону европейских традиций. Арабская письменность была заменена на латинскую, а затем на кириллическую. Была реформирована и научная терминология.

На Всекрымских лингвистических конференциях (1927, 1928, 1929, 1934 гг.) и на I Всесоюзном тюркологическом съезде, состоявшемся в Баку в 1926 году, вопросы терминологии были особенно актуальны. Видные тюркологи, деятели науки и просвещения пытались определить принципы формирования научной терминологии в тюркских, в частности в крымскотатарском, языках. По от-ношению к литературному языку в среде тюркоязычных учёных в этот период сформировалось четыре основных подхода, предста-вители которых условно назывались панисламистами, европеиза-торами, народниками и пантюркистами. Первые являлись сторон-никами сохранения арабско-персидских терминов и дальнейшего пополнения лексики за счёт заимствований из арабского языка; вторые придерживались идеи введения в язык русских и европей-ских заимствований; третьи считали необходимым создание тер-минов на базе территориальных говоров и диалектов; и, наконец, четвёртые, в их числе Б. Чобан-заде и его сторонники, выступали за создание единой научной терминологии для всех тюркских язы-ков [3, c. 186].

Инициатором I-ого Всесоюзного Тюркологического съезда был А. Н. Самойлович, известный учёный, организатор и руководитель работ в области тюркологии. На съезде были представлены все тюрко-татарские народности СССР. Кроме того, в его работе при-нимали активное участие как многие русские академики и профес-сора, так и иностранные учёные. Вопросам терминологии посвя-тили свои доклады такие известные учёные, как А. Р. Зифельдт, Х. Б. Зейналлы, Б. В. Чобан-заде, А. Б. Байтурсун, Х. А. Одабаш.

А. Р. Зифельдт, учёный секретарь Общества изучения и об-следования Азербайджана, выступил с докладом «О принципах образования научной терминологии в тюркских языках». Кратко остановившись на естественной эволюции языков, он указал, что в период бурного развития производительных сил в стране с низкой культурой нет времени ждать эволюции языка, науки и литературы, а необходимо ее регулировать сознательной силой. Докладчик имел в виду создание государственных терминологических комиссий и других научных органов, участие заинтересованных общественных сил [3, c. 185]. Выступление этого докладчика подтвердило, что в вопросах развития терминологии он поддерживал позицию народников-демократов, сторонников использования на-родного, разговорного языка в терминологии. По мнению А. Р. Зифельдта, при отсутствии готовых терминов для выражения сложных понятий можно использовать словообразовательные средства родного языка [3, c. 187]. Выступающий не исключал возможности привлечения заимствований из других родственных языков и наречий, подчиняющихся тем же фонетическим законам.

Терминологические лакуны, на его взгляд, также могут быть заполнены заимствованиями из русского и западноевропейских языков при условии их соответствия следующим правилам: 1) заимствованное слово не должно выходить из границы определенных звуков, свойственных заимствующему языку; 2) в заимствуемых словах могут быть лишь такие сочетания и чередования звуков, которые свойственны заимствующему языку; 3) заимствуемое слово должно укладываться в правило сингармонии; 4) необходимо строго сохранять общий стиль языка в интересах психофизиологической экономии сил говорящего» [3, c. 188–189]. Докладчик категорически высказался против арабских и персидских терминов, считая их наследием ислама. Он предлагал оставить в тюркских языках только такие арабские заимствования, которые выражают религиозные понятия: Аллах, мулла, намаз и др. [3, c. 189].

Б. Чобан-заде, являвшийся в этот период профессором Азербайджанского государственного университета, выступил по этому вопросу с докладом «О системе научной терминологии». Учёный также указывал на три генетические основы для создания терминов в тюркских языках: общетюркскую, арабско-персидскую и европейскую. Особо отмечая существование в Европе единого научного языка, позволяющего специалистам разных национальностей понимать друг друга, он предлагал при формировании научной терминологии для всех тюркских наречий идти в этом же на-правлении [3, c. 190].

В своём выступлении докладчик уделил особое внимание вопросам терминологии дисциплин, изучаемых в школах. Без качественной специальной лексики, считал Б. Чобан-заде, невозможно преподавать и писать научные книги: терминология имеет не только научное, но и педагогическое значение [3, c. 191]. Он указывал, что при разработке терминологической системы следует разграничивать термины для школ 1-ой ступени, основанные на местных наречиях, и для школ 2-ой ступени, опирающиеся на групповые наречия с постепенным введением общеевропейской лексики.

Для выработки унифицированного тюрко-татарского языка учёный предлагал создать общетюркское научное бюро, которое занималось бы изучением классических трудов по европейской филологии с целью использования этого опыта в тюркологии [3, c. 190–193].

С докладом «Терминология на тюркских языках» на съезде выступил другой известный крымский учёный Х. А. Одабаш. В вопросах создания научной терминологии он считал необходимым присоединяться к наиболее сильным в численном и культурном отношении тюркским группам [3, c. 201]. При составлении новой терминологии предпочтительнее использовать материал собственно тюркских наречий, опираться на законы тюркских языков, отмечал лингвист. Не исключал ученый и возможности употребления арабских словообразовательных элементов при образовании новых терминов. Более того, он подчеркивал необходимость обращения к арабским заимствованиям, которые могут удовлетворить потребности научной терминологии тюркских языков в отдельных областях знаний.

В противовес мнениям других учёных Х. А. Одабаш выразил сомнение в возможности функционирования в тюркских языках общепринятых европейских словообразовательных элементов типа -изм, -логия, -ация, -ист и др. Отдельные слова с подобными финалиями («коммунизм», «организация» и др.), считал он, могут остаться среди новой терминологии как обыкновенные варваризмы [3, c. 202].

Кроме перечисленных докладчиков, в работе I-ого Всесоюзного Тюркологического съезда участвовали и другие крымскотатарские учёные и исследователи: А. С. Айвазов, О. Акчокраклы, Ш. Бекторе, М. Недим, Я. Кемаль. В своих выступлениях они затрагивали различные проблемы, стоящие перед тюркским языкознанием.
Сравнивая выступления тюркологов, участников съезда, можно сделать вывод о том, что их взгляды относительно развития тюркской научной терминологии были разнообразны и во многом противоречивы.
Вопросы научной терминологии и орфографии крымскотатарского языка обсуждались и на II Всекрымской научно-орфографической конференции (август 1929 г.). М. Недим, А. Лятиф-заде, И. Леманов, З. Джавтобели, С. Айвазов и др. по-святили свои доклады актуальным проблемам крымскотатарского языкознания.
Основным докладчиком по вопросам научной терминологии крымскотатарского языка выступил А. Лятиф-заде. Он говорил о необходимости создания Комитета по вопросам терминологии, который на государственном уровне решал бы терминологические проблемы. Учёный считал, что формирование научной терминологической системы крымскотатарского языка допускает заимствование терминов из языков, в которых специальная лексика хорошо разработана [1, с. 16–17]. Он не исключал возможности транспонирования терминов из других тюркских языков при условии их обязательного соответствия фонетическим и морфологическим законам крымскотатарского языка [1, с. 16].

Другим источником для терминообразования, считал А. Лятиф-заде, должна быть исконная лексика. В то же время он допускает и параллельное функционирование европеизмов, терминов, заимствованных из русского языка и исконной лексики [1, c. 18].
По вопросам терминологии на конференции были приняты следующие решения:1) изъять из употребления слова и термины, непонятные широким народным массам; при создании терминов базироваться на исконной лексике; использовать в научной терминологии международные термины, заимствованные посредством русского языка, и по возможности подчинить их законам родного языка; оставить в языке арабско-персидские термины, уже укоренившиеся в языке, но в дальнейшем запретить заимствовать термины из данных источников; при формировании научной терминологии учитывать опыт других языков (в частности, русского языка) в этой области; 6) при Крымском комиссариате народного образования создать Государственный Терминологический и Орфографический комитеты, при которых организовать гуманитарные, технические, орфографические и др. секции [1, c. 54–55].

Как видно из постановления конференции, вопросы терминологии и орфографии, которые до этого решались чаще на уровне личной инициативы и интуиции крымскотатарских учёных, приобретали более планомерный характер и должны были рассматриваться на государственном уровне.

Материалы II Всекрымской научно-орфографической конференции интересны и полезны не только как свод тезисов и постановлений, отражающих тенденции развития крымскотатарской научной мысли конца 20-х годов XX века, но и как источник для изучения истории развития и формирования научной терминологии крымскотатарского языка.

III Всекрымская научная конференция состоялась в октябре 1934 г. На этом форуме решались такие насущные вопросы крымскотатарского языкознания, как пути развития и принципы терминологии литературного языка, принципы построения орфографии и др. С докладами по данным вопросам выступили Р. Александрович, И. Усеинов, М. Бекиров, У. Куркчи, Э. Куртмоллаев [2].

Вопросам терминологии крымскотатарского литературного языка посвятил доклад И. Усеинов. В своем выступлении он говорил о роли терминологии в дальнейшем развитии и литературном оформлении крымскотатарского языка. Учёный являлся сторонни-ком так называемой социалистической культуры, ориентирован-ной на русско-татарское двуязычие, и поэтому резко высказался в адрес якобы буржуазно-националистических элементов, которые пытались тормозить дальнейшее развитие языка, ориентируя его на культуру соседних капиталистических стран [2, с. 10]. Его высказывание, вероятно, было направлено против крымскотатарских учёных – сторонников сохранения национальной культуры и специфических особенностей языка (Б. Чобан-заде, Ш. Бекторе, С. Айвазов, А. Лятиф-заде и др.). В дальнейшем их обвинили в пропаганде буржуазно-националистической идеологии.

По мнению И. Усеинова, при развитии терминологии основным требованием является обеспечение идеологической выдержанности и научной правильности вводимых терминов при условии широчайшего использования всех богатств родного языка. Использование наряду с русскими и международными терминами арабских или тюркских слов, считал ученый, – проявление «местного национализма и великодержавного шовинизма в вопросах терминологии» [2, с. 11]. Непонятные для широких народных масс термины из арабского, персидского, турецкого и древне-татарского языков, отмечал выступающий, должны быть изъяты из крымскотатарского литературного языка. В терминологии литературного языка должны быть широко использованы слова, понятные народным массам, без различия диалектного и национального происхождения.

Материалы выступления иллюстрируют противоречивость взглядов И. Усеинова. Подчеркивая необходимость пополнения терминосистемы за счёт исконной лексики, он считает замену интернациональных терминов и «советизмов» крымскотатарскими словами «проявлением шовинизма в вопросах терминологии». Как отмечают современные тюркологи (А. М. Меметов, К. Мусаев), в последующие годы проблемы национального языка не рассматривались самостоятельно, а лишь в обязательном тандеме «с господствующим компонентом – русским языком» [6, с. 24].

На конференции было принято решение о дальнейшем пополнении терминологии за счет широкого использования слово-творчества трудящихся масс, использования интернациональных терминов и «советизмов», научно-технических терминов, «выросших на основе социалистического строительства». При этом особо подчеркивалось, что «советизмы должны употребляться в татарском языке без изменения их содержания. Русские и интернациональные термины могут переводиться только при наличии точного их эквивалента в татарском языке, соответствующего их содержанию» [2, с. 13].

Следовательно, если на II Всекрымской конференции по крымскотатарскому языку для дальнейшего пополнения терминосистемы было предложено использование готовых лексических единиц родного языка, международных языковых единиц и арабско-персидских заимствований, уже освоенных языком, то к сере-дине 30-х годов, когда языковая политика заметно изменилась, при разработке терминов особо подчеркивалась роль интернациональных слов и советизмов. Как отмечают исследователи, в этот период в крымскотатарский язык хлынул поток русских заимствований, в том числе словообразовательных моделей, калек и полукалек [11, с. 20].
Таким образом, для 20–30-х годов XX в. характерны тенденции, направленные на пересмотр старой терминологии и замену её новообразованиями, сформированными как на базе крымскотатарского языка, так и на базе интернациональных слов и советизмов.

Для формирования крымскотатарской терминологии большое значение имели терминологические дискуссии 20–30 гг. XX столетия. Широкое обсуждение вопросов научной терминологии в этот период способствовало тому, что работа по созданию крымскотатарской научной терминологии обрела более систематический характер. Именно тогда было создано много учебников и учебных пособий на крымскотатарском языке и заложена основа современной терминосистемы.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Тезисы, доклады и принятые резолюции II Всекрымской научно-орфо-графической конференции. – Симферополь : Крымгосиздат, 1929. – 56 с.
  2. Qrım tatar edebiy tili Butün Qrım III ilmiy konferentsiyasının qararları. – Simferopol : Qrım ASSR Devlet neşriyatı, 1935. – 74 s.
  3. Материалы I Всесоюзного тюркологического съезда. – Баку, 1926. – 431 с.
  4. Чобан-заде, Б. Къырымтатар ильмий сарфы / сост. : А. М. Эмирова, Н. С. Сейтягьяев ; под общ. ред. А. М. Эмировой. – Симферополь : Доля, 2003. – 240 с.
  5. Чобан-заде, Б. Тюрк грамери / Б. Чобан-заде. – Баку : Азернешр, 1929. – 202 с.
  6. Меметов, А. М. Крымтатарская терминология / А. М. Меметов, К. Мусаев // Крымтатарский язык / А. М. Меметов, К. Мусаев. – Симферополь : Крымучпедгиз, 2003. – С. 22–29.
  7. Эмирова, А. М. Актуальные проблемы крымскотатарской филологии / А. М. Эмирова // Схiдний свiт. – 2002. – № 1 – С. 75–79.
  8. Усеинов, К. А. Къырымтатар тили. Фонетика. Лексикология / К. А. Усеинов, Э. С. Ганиева, Н. С. Сейдаметова. – Сімферополь : КРП «Видавництво “Кримнавчпеддержвидав”», 2011. – 204 с.
  9. Ганиева, Э. С. Крымскотатарская лингвистическая терминология: ис-тория и современное состояние : дис. … канд. филол. наук : спец. 10.02.13 – языки народов Азии, Африки, аборигенных народов Амери-ки и Австралии / Ганиева Эмине Сулеймановна. – К., 2008. – 237 с.
  10. Куркчи, У. О. Къырымтатар тилинде русча къаршылыкълары иле грамматика терминлери лугъаты / У. О. Куркчи. – Симферополь : РИА «Аян», 2008. – 64 с.
  11. Рустемов, О. Д. Юрідична термінологія кримськотатарської мови: еволюція розвитку, сучасний стан, способи кодифікації : автореф. дис. на здобуття наук. ступ. канд. філол. наук : спец. 10.02.13 / О. Д. Рустемов / Національна академія наук України. – К., 2012. – 23 с.
  12. Русско-крымскотатарский медицинский словарь / сост. М. О. Люманов. – Симферополь : Къырым девлетокъув-педагогика нешрияты, 2006. – 520 с.
  13. Русско-крымскотатарский военный словарь / сост. М. О. Люманов. – Симферополь : КъДжИ «Къырымдевокъувпеднешир» нешрияты, 2008. – 320 с.

Ганиева Э. С.
Источник: Крымскотатарская филология: проблемы изучения и преподавания. – 2018. – № 1. – С. 38-46.

Автор: Редакция Avdet

Редакция AVDET