Гезлевские сокровища текие дервишей

13.04.200711:5995

Крымскотатарский музей этнографии при текие дервишей – это первый муниципальный музей крымских татар в Гезлеве. Почти все экспонаты уникального музея принадлежат личной коллекции, собранной на протяжении многих лет хранительницей текие Алифе ханым Яшлавской.

Этот необычайный музей начинается с воссозданного интерьера жилой крымскотатарской комнаты, где все предметы быта были любовно собраны собственными силами Алифе ханым. Низкие диваны – сетлер, расположены вдоль стен. В середине комнаты на деревянных полках красуется металлическая и керамическая посуда, в углу символический очаг. Комнату украшают вышивки и красивая крымскотатарская одежда, здесь есть детская колыбель и игрушки, а в углу видна старая прялка. Даже трудоемкое золотое шитье (кисеты, марама, коран-капы, панно, обереги), выставленное в отдельной экспозиции – это дело ее рук.

«Здесь, в этом музее мы показываем искусство крымских татар – говорит Алифе ханым. – Семь лет я нахожусь на этой территории, являюсь хранительницей обители текие дервишей, и в то же время здесь я вместе с благотворительным Фондом «Текие-Дервиш» возрождаю золотое шитье северо-восточного Крыма. В экспозиции представлены образцы вышивки конца XIX века. То есть, найдя у людей какой-то образец, мы стараемся его восстановить, копировать, сохранить элементы крымскотатарской вышивки».
Постоянная вышивка «Золотое шитье» это только часть музея. Вдоль стен висят картины крымскотатарских художников Евпатории – это и морские пейзажи, и виды самого города.

В следующем экспозиционном зале находится выставка под названием «Гезлев ве гезлевлер» («Гезлев и гезлевцы»). Это гордость Алифе ханым. Она с трепетом рассказывает о людях, запечатленных на старинных фотографиях, развешанных на стенах и спрятанных под стекло выставочных стендов.
Целая крымскотатарская семья коренных евпаторийцев, принадлежавшая к дворянскому сословию, впоследствии репрессированная и депортированная, занимает большой стенд. Напротив, собраны фотографии купеческой семьи Капари. «Это древний род Капари. Один из членов этой семьи Ислям Капари принадлежит к почетным потомственным гражданам города Евпатории. Часть рода Капари эмигрировали в Румынию и сейчас они там проживают в городе Констанца. Часть этих фотографий мне прислал из Турции, сын турецкого посла Осман Салгыр Бойли, чей отец был дружен с этой семьей». Кстати, Номан Челебиджихан, первый президент Крымской Демократической республики, был женат на дочери купца Сеида Капари, первой гезлевской красавице.

 

Собраны здесь и фотографии евпаторийских базаров, о которых Алифе ханым написала очерк. В свою очередь, Сервер Какура – крымскотатарский композитор и певец, по этому очерку написал песню: «Гезлев базарлары». Здесь же хранятся фотографии старинных ворот – Одун Базар капусу, (в 1959 году они были снесены до основания и это хорошо видно на одной из фото, где запечатлено как бульдозер сносит их последние камни). На первой фотографии четко видно, что рядом с аркой ворот размещался большой дровяной базар. Дрова продавались на вес. По прейскуранту 1913 года один пуд дров стоил 30 копеек, это было очень дорого, так как одна ездовая лошадь стоила пять рублей. Рядом с этими воротами размещался Катык базар. На фото запечатлены торговые ряды, изобиловавшие продовольственными товарами, фруктами и овощами. «Следующий в Гезлеве был Привозной базар, а на Майнаках был Бит базар, где продавали пуговицы, иголки, золотые нитки. Неподалеку от Хан-Джами располагались Рыбный, Мясной и Хлебный базар, а также базар, где продавали бузу». К сожалению, сейчас от них остались одни названия, и только старожилы еще могут показать, где они располагались.

Одним из ценных экспонатов этнографического музея является алеем – навершие минарета. «С бывшим арендатором этой территории мы вели борьбу за этот алеем – рассказывает Алифе ханым – и я все же его отвоевала, потому что для него он не представлял ценности, и он мог сдать его на металлолом. Алеем относится к XVII веку, и является частью минарета мечети Джума-Джами, которая находится на территории текие. Мне удалось найти описание и название этой мечети в книги воспоминаний путешественника Бжишкяна, который был в Гезлеве в 1820 году. В своих воспоминания он, описывая текие, описывает и мечеть при нем – Джума-Джами. А в реестре охраны памятников эта мечеть по ошибке чиновников вошла как Шукуруллы-Эфенди. Дело в том, что в 1870 году по указанию Таврического губернатора, была проведена инвентаризация мусульманских мечетей с целью обложить их налогом. Но в те времена ни наши священнослужители не знали русский, ни русские чиновники не понимали крымскотатарский. Вот и вышла оплошность. Да, был какой-то человек Шукуруллы-эфенди, но он даже не служил в текие. Думая, что интересуются его именем, он с гордостью ответил: «Шукуруллы-эфенди». Так и записали мечеть Джума-Джами под его именем. То есть подобных ляпсов оказалось много. К примеру, Тахталы-Джами сделали Джамоледдин-Эфенди, Ешиль-Джами получила имя Сейфедин-Эфенди, все 19 мечетей в 1870 году были фальсифицированы.

Жандармское управление пошло еще дальше. Оно стало изымать у местных жителей все документы и книги написанные по-крымскотатарски арабской вязью, для того, чтобы уничтожить и стереть доказательства своих преступлений против культуры чуждого им народа. Сейчас все эти документы и книги могли бы стать основным источником для изучения степного Крыма. Так поступили здесь. В других регионах, я думаю, было аналогично, потому что это был указ Таврического губернатора.
Что касается Хан-Джами, то ее умышленно превратили в Джума-джами. Дело в том, что Чапурина – дочь священнослужителя, занимавшаяся этнографией Евпатории, боялась говорить слово «хан» при большевиках. К сожалению, это искаженное название до сих пор «пляшет» среди этнографов и экскурсоводов. Этим переименованием она унизила достоинство ханской мечети.

Что касается находящегося при текие медресе, то оно было закрыто еще в первые годы колонизации и отдано вновь прибывшим купцам из России. Надстроив веранду новый хозяин устроил здесь кофейню, а когда пришли в 1918 году в Крым большевики слово «кофе», как и слово «хан» нельзя было произносить как пережиток буржуазии. Кофейню быстро превратила в чайную, где большевики проводили свои пропагандистские работы. А уже в наше время это здание, было возвращено в комплекс текие и отреставрировано на средства Рескомнаца. Пять лет шли реставрационные работы, по окончанию которых здесь был создан евпаторийский крымскотатарский культурный этнографический центр «Текие-Дервиш».

В тоже время этот центр является софийским центром. Текие, который представляет памятник XV века, уникальное сооружение, оно сохранилось в первозданном состоянии и сегодня является единственным на всей территории бывшего СССР. Текие дервишей ордена Мевлеви в Гезлеве знает весь мир. 2007 год, в Турции был объявлен годом Мевлеви. Сейчас сняли 20-ти минутный фильм о текие, который демонстрируют в Турции. Историко-архитектурный памятник национального значения введен в реестр республиканского комитета по охране культурного наследия. Сегодня нет ни одного документа на этот памятник. «Сегодня мы все готовим сами. Первичную инвентаризацию прошло нынешнее здание музея. Он вошел в общий план этого архитектурного памятника. Сейчас мы заказали общую инвентаризацию всей этой территории, а затем будем заниматься отводом земли, если найдем баланс содержателя этой территории. Мы должны сохранить этот памятник нашим потомкам».

 

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET