Элитный клуб Крымского Конного полка

03.12.200712:42127

В 1913 году в Симферополе торжественно был открыт клуб Крымского Конного Ее Величества императрицы Александры Федоровны полка. Офицеры этого полка давно вынашивали идею иметь просторные, светлые помещения, где можно было бы вместе с семьями устраивать танцевальные вечера, торжественные юбилеи, любительские спектакли, играть в бильярд и проводить досуг. И только к 300-летию Дома Романовых клуб (собрание) был открыт.

Крымский конный полк сформировался сразу же после присоединения Крымского ханства к России в 1783 году. Чтобы приостановить начавшуюся эмиграцию крымских татар из Крыма, спасти землю от разорения пришельцев, сохранить самобытность и освободить коренное население от рекрутского набора, воинского постоя, крымскотатарское общество обратилось с прошением к российскому правительству создать собственную национальную армию.

Самой большой уступкой со стороны императрицы Екатерины II было ее согласие на предложение крымскотатарской элиты создать национальное войско. Ведь доблестная и непобедимая ханская конница была известна далеко за пределами бывшего Крымского государства.

1 марта 1784 года последовал Высочайший указ «о составлении войска из новых подданных, в Таврической области обитающих», в составе шести дивизионов. Состав каждого дивизиона был установлен в 7 офицеров и 200 нижних чинов. Они получили наименование Таврических национальных дивизионов конного войска. Под общим командованием полковника Меметши бея Кантакузина новое войско было отправлено к польской границе. Но долго пограничную службу нести не пришлось. Нашлись люди, у которых еще осталось представление о татарах как о варварах и разбойниках, они и подали прошение императрице пересмотреть ее решение относительно пограничного дивизиона крымских татар, а для полноты картины напомнили о роли крымских аскеров в недавней войне 1787 – 1791 годов, начатой Османской империей с целью отвоевать Крым. Доноса было достаточно, чтобы царица насторожилась и отозвала татарское войско с границы. А через два года и подавно императорским указом велела расформировать четыре дивизиона. Оставшиеся два дивизиона постигла та же участь, но уже после смерти императрицы в 1796 году. Этим был дан прямой намек, что в татарах больше не нуждались. И только в 1807 году, после подписания Тильзитского мирного договора с Францией о них вспомнил император Александр I.
Положение России после русско-прусско-французской войны занимало далеко не самое престижное место в Европе. Тильзитский мир унижал политическое положение страны. Александру пришлось смериться с изменениями, произведёнными Наполеоном I в Европе. Кроме этого император России обещал Наполеону посредничество между Францией и Великобританией в вопросе о мире, обязывался заключить перемирие с Османской империей и вывести русские войска из Валахии и Молдовы. Кроме этого обещал помогать Франции «во всякой наступательной и оборонительной войне, где только это потребуется обстоятельствами».
Еще в начале войны с французами в конце 1806 года все мусульманское население Крыма во главе со своим муфтием Муртаза Челеби и мурзами через Таврического губернатора Дмитрия Борисовича Мертваго подали прошение о желании выставить нужное число конных полков на всем своем иждивении для защиты Отечества. Император Александр I, милостиво приняв таковую просьбу, Высочайше повелел указом разработать этот проект и сформировать четыре конных полка из крымских татар по образцу казачьих полков. В проекте было предположено о назначении офицеров и командиров Высочайшей властью из русских. Но хорошо знакомый с населением края Таврический губернатор Дмитрий Мертваго высказался за то, чтобы командование было вверено не русскому, а татарину аргументируя это тем что во время войны незнание командиром татарского языка вверенных ему людей приведет к непониманию и недоверию. И ходатайствовал о назначении всех командиров и офицеров из мурз Крыма.

Александр I дал свое согласие и уже 24 мая 1807 года были составлены четыре конных крымскотатарских полка. Командиром Симферопольского назначили Кая бея Балатукова, Феодосийского – Али мурзу Ширинского, Перекопского – майора Ахмед бея Хункалова, Евпаторийского – поручика Абдуллу агу Ширинского. В созданные полки вошло примерно по 250 человек самых родовитых крымских дворян. Эти полки были причислены к Татарскому Литовскому полку. Принцип организации в полках был такой же, как в Донском казачьем войске. Все четыре полка 24 января 1808 года были незамедлительно отправлены на прусскую границу для содержания кордонов.
Накануне русско-французской войны 1812 года Крымскотатарский Конный полк изъявил готовность вступить в военные действия, на что последовало Высочайшее разрешение.

Сформированные Симферопольский, Перекопский, Феодосийский и Евпаторийский Конные полки приняли активное участие в сражениях с французской армией Наполеона Бонапарта. Симферопольский Конный полк проявил себя в битвах при Мире, Романове, Могилеве, Смоленске, Рузе, Можайске, в набеге Платова в тыл французской армии при Бородино, Мало-Ярославце, Тарутино, Гжатске, Дорогобуже и при последующем преследовании неприятеля. В 1813 году Симферопольский и Перекопский конные полки состояли в корпусе герцога Александра Виртембергского, участвовали в сражении у Тильзита, Рогнида и Брандендурга, взятии Данцига, где особенно отличился князь Балатуков со своим Симферопольским полком.

Евпаторийский конно-татарский полк в начале 1812 года был отправлен в Виленскую губернию во Вторую западную армию. Вначале занимал кордоны по реке Неману и участвовал в сражениях с авангардными войсками при изгнании неприятеля из Брест-Литовска, под городом Кобрином, активно принял участие при занятии города Белостока участвуя в наступатольном сражении против армии французского генерала Ферьера под местечком Заблудовом.

Многие крымцы остались на полях битв. Некоторые же вернулись калеками. Но герои-инвалиды не были оставлены милостью царя. Так, войсковому старшине Кунтуганскому есаулу Касым мурзе Карашаю, сотнику Осман Челеби Ильясову, хорунжему Мегмед бею Текятову, были назначены пожизненные пенсии. Из пятидесяти офицеров более половины вернулись кавалерами за военные отличия, а некоторые и с большими наградами. Так, командир Симферопольского конно-татарского полка Кая бей князь Балатуков, ушедший майором, вернулся генерал-майором и кавалером св. Георгия 4-го класса, св. Анны 2-го класса и Владимира 3-го и 4-го классов; командир Перекопского конно-татарского полка Амет бей князь Хункалов — полковником с золотой саблей и орденом Владимира 4-го класса и св. Анны 2-го класса; командир Евпаторийского конно-татарского полка Мамайский — майором и кавалером св. Анны 3-го класса.

 

Со дня расформирования полков у генерала Кая бея Балатукова зародилась мысль, сформировать из крымских татар постоянную войсковую часть, тем самым оградить крымцев от возможной рекрутской повинности. Он возбудил ходатайство об утверждении постоянной гвардейской части из татар Крыма, по примеру Донского и Уральского казачьего войска, за боевую службу в отечественную войну. Осуществить этот проект крымско-гвардейского эскадрона, он смог во время приезда императора Александра I в Крым в 1825 году. Кая бей находился в свите и сопровождал государя по всему Крыму и вопрос о гвардейском эскадроне из татар Крыма был окончательно решен. Но внезапная смерть Александра I вызвала некоторую задержку, и только в 1826 году состоялся Высочайший приказ о сформировании лейб-гвардии Крымскотатарского эскадрона, где большинство офицеров и унтер-офицеров были кавалерами боевых орденов и знаков отличия, заслуженных в рядах Крымских Конных полков.

Крымскотатарский гвардейский эскадрон выступил из Симферополя 20 апреля 1827 года под командой героя Отечественной войны подполковника Адиль бея Балатукова и прибыла в Петербург 20 августа. Через два дня эскадрон был представлен на смотр великому князю Михаилу Павловичу, а на четвертый день императору Николаю I. Его Величество остался очень доволен видом людей и лошадей, и Адиль бей с производством в полковники был утвержден командиром эскадрона. По приходе в Петербург эскадрон поступил в состав лейб-гвардии сводно-казачьего полка и был расквартирован на Ямской.

В 1846 году была окончена постройка 3-этажного здания на Обводном канале, в ряду казачьих казарм, для помещения эскадрона, на счет сбора с крымских татар — стоимостью более 700 тыс. руб. В верхнем этаже были квартиры для командира эскадрона, для муллы и большая роскошная зала под мечеть, стены которой, михраб и кафедры для проповеди и чтения кутбе были выкрашены белой масляной краской с золотым ободком и украшениями карниза; весь пол был устлан толстым белым сукном.

С началом восточной войны в 1853 году с Англией, Францией и Османской империи эскадрон, находившийся в Петербурге под командой полковника Батыр Челеби Муфтийзаде, был выдвинут в крепость Кронштадт и все время был занят охраной берегов Балтийского моря. Остальная часть эскадрона под командой ротмистра Омер бея Балатукова находилась в Севастополе, принимала участие в защите города и в действиях на реке Черной в отряде генерал-лейтенанта Рыжова. А 25 сентября 1854 года на Мекензиевой горе захватил в плен английского офицера и пять нижних чинов, за что из рук светлейшего князя Меньшикова получили знаки отличия военного ордена унтер-офицер Сеитша Балов и рядовые Селим Абульхаиров и Молладжан Аметов.
Во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов дивизион нес пограничную службу на Крымском побережье. Отборные чины из крымского дивизиона несли почетную службу царской охраны в конвое Его Величества, охраняя государя и царскую семью в Ливадии.

10 декабря 1894 года на долю Крымского Конного полка выпала высокая честь – первыми из конногвардейцев встретить и сопроводить невесту наследника цесаревича Николая Александровича, герцогиню Гессенскую, будущую императрицу Александру Федоровну в городе Симферополе у станции железной дороги. Отсюда все офицеры дивизиона во главе со своим командиром полковником Баумгартеном проводили Высокую Путешественницу до станции Мамут-Султан, где Ее Величество удостоила всех офицеров милостивым своим вниманием и благодарностью.

10 октября 1909 года в день пятнадцатилетия помолвки, император Николай II назвал полк Крымским Конным Ея Величества государыни Александры Федоровны. В этот же день в Симферополе состоялось торжественное освещение мечети «Валиде Шериф» («Мать народов») Крымского Конного полка. На сооружение мечети императором было пожертвовано десять тысяч рублей и подарены ковры стоимостью около 50 тысяч рублей. Мечеть (первая в России) освещалась электричеством. Внутри мечети находились две мраморные доски, на которых на двух языках были высечены надписи: «Сооружена попечением Их Императорских Величеств императора Николая Александровича и Государыни императрицы Александры Федоровны. Строитель – командир Крымского конного полка флигель-адъютант, полковник Княжевич».

Крымский Конный полк участвовал в торжествах 26 августа 1912 года по поводу столетия Бородинского сражения.

Офицеры полка расквартировались в Симферополе и хлопотали выделить им, как и 51-му пехотному Литовскому полку, здание для проведения своего досуга, на что получили одобрение.

Проект Собрания Конного полка был выполнен губернским архитектором Вацлавом Антоновичем Геккером. Однако не долго пришлось проводить в великолепном здании досуг, так как с проходом советской власти судьба офицерского клуба Крымского конного полка оказалась печальна. Здание хотя и сохранилось, но в перестроенном до неузнаваемости виде. Трагична судьба соборной мечети Валиде Шериф, она была безжалостно снесена советской властью в 30-е годы. А вот здание 51-го пехотного Литовского полка после революции было передано под управление Военного коменданта города, в 1920 году – под госпиталь Красного Креста, а с 24 июля 1922 года оно было использовано под симферопольский художественный музей, который и функционирует по ныне, по улице Карла Либкнехта.

 

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET