Хансарай. Часть 3: Ханское кладбище

19.01.201623:03470

 

Памятник хана Селима II Герая (1748)

Кладбищенский сад у южной стены Большой Ханской мечети – место, которое издавна было окружено особым почетом. Говорят, что всадники, проезжавшие в старые времена по главной улице крымской столицы, спешивались у ворот Хансарая и проходили мимо них пешком – именно из уважения к памяти покоившихся на дворцовом кладбище ханов прошлых лет.

В этом саду находится более сотни памятников и три мавзолея: два под куполами и один в виде ротонды с колоннами. Мраморные и известняковые надгробия украшены резными узорами с траурной символикой: здесь и скорбно склонившие вершины кипарисы, и пальмы с осыпающимися финиками, и лозы винограда, и пышные букеты мраморных цветов. На многих памятниках (хотя и не на всех) сохранились эпитафии – надписи, которые иной раз представляют собой целые поэтические произведения, а порой содержат лишь имя покойного. Таких памятников с сохранившимися надписями насчитывается 74.

29 башташей из этого числа принадлежат не ханской семье, а различным придворным сановникам, на что указывают встречающиеся в эпитафиях упоминания должностей: служащий государственного совета, главный казначей, главный оруженосец, начальник дворцовой стражи и т. д. Иногда эти люди похоронены тут целыми семействами по три-четыре человека: видимо, за некие заслуги их семьям было позволено из рода в род использовать Ханское кладбище как собственное. Некоторым из этих семейств, более того, все еще удавалось пользоваться своей привилегией даже некоторое время спустя после падения Крымского ханства, ведь на кладбище есть несколько памятников, относящихся к периоду после 1783 года, и надгробия этих людей стоят рядом с надгробиями их родичей, умерших еще в ханские времена.

Остальные 45 башташей стоят над могилами представителей рода Гераев. В это число входят и 11 женщин (родовое имя «Герай» к женским именам не добавлялось, но на их принадлежность к ханскому роду указывают титул «хани» либо упоминание в эпитафии имени отца покойной). В свою очередь, из этих 45 памятников лишь 5 принадлежат правившим ханам. Эти ханы – Мехмед IV Герай (умер в 1674 г.), Менгли II Герай (1739), Селим II Герай (1748), Арслан Герай (1767) и Кырым Герай (1769).

Всего лишь пять ханских имен – и это при том, что Крымское ханство за свою историю имело 48 правителей из рода Гераев. Где же имена остальных 43?

19_01_2016_02Памятники ханов Кырыма Герая (1769) и Арслана Герая (1767)

Наиболее достоверным источником о местонахождении ханских погребений является сочинение османского историка крымскотатарского происхождения Халима Герай-султана «Розовый куст ханов, или История Крыма». Из этого труда становится ясным, что до наших дней на кладбище в Хансарае сохранились не все ханские памятники. К вышеприведенному списку из пяти имен Халим Герай-султан добавляет еще четыре: Девлет I Герай (1577), Гази II Герай (1608), Ислям III Герай (1654) и Хаджи Селим I Герай (1704). Таким образом, всего на кладбище в Бахчисарайском дворце покоятся 9 крымских ханов. Остальные нашли свое последнее пристанище либо на других ханских кладбищах в Бахчисарае, либо вне Крыма.

Ханских кладбищ в крымской столице, помимо Бахчисарайского дворца, было еще три. Самое ранее из них располагалось в Салачике, возле старого дворца первых крымских ханов Девлет-Сарай. Дюрбе, послужившее усыпальницей для Хаджи Герая, Менгли I Герая и Сахиба I Герая (а также, с большой вероятностью, Нур-Девлета), сохранилось там до сих пор. Второе ханское кладбище было устроено при большом ханском мавзолее на Азизе в Эски-Юрте. Внутри него похоронены три хана конца 16 – первой половины 17 столетий: Мехмед II Герай, Саадет II Герай и Мехмед III Герай. Из труда Халима Герай-султана следует также, что когда-то в городе был еще один ханский мавзолей 17 века. Он располагался, как пишет автор, «в квартале Хамушан», и в нем покоились Селямет I Герай и его сын Бехадыр I Герай. Названия этого квартала мне не удалось пока обнаружить даже в самых подробных и точных перечнях бахчисарайских маале ханского времени. Сто лет назад в городе еще сохранялись руины какого-то дюрбе в балке Канлы-Дере по пути в Салачик, но было ли это здание ханским мавзолеем – выяснить уже невозможно.

Общим счетом, в крымской столице располагалось 18 ханских погребений. Остальные правители Крыма похоронены далеко за пределами родины: в том числе четверо – на греческом острове Родос (где и сейчас сохранились два дюрбе членов ханского рода), семеро – в Болгарии, и двенадцать – в различных местах Турции.

03Интерьер мавзолея на Ханском кладбище. Рисунок 1846 г.

 

Внутри мавзолея, что стоит ближе к стене Большой Ханской мечети, еще уцелели мраморные памятники ханской дочери и трех султанов (то есть, представителей ханского рода, не занимавших престола). Старейшее из этих надгробий относится к 1631 году.

Как показывают старинные зарисовки, в прежние времена памятников здесь было гораздо больше. Из центра купола на длинных цепях свисали светильники, пол был укрыт коврами, а между каменными башташами стояло несколько деревянных надгробий, так называемых «сандыков». Они были укрыты тканью и увенчаны головными уборами: мужскими чалмами или женскими фесами. Под этими деревянными памятниками и находились могилы двух ханов, о которых сообщает «Розовый куст ханов»: Девлета I Герая и его сына Гази II Герая. Ни одного «сандыка» внутри дюрбе не сохранилось: вероятно, они были уничтожены в ранний советский период (дореволюционные фотографы еще успели заснять их в помещении). На «сандыках» не было надписей, и единственным указанием на имена усопших были прикрепленные к ним рукописные таблички с надписями арабицей. Эти ярлычки были недостоверными: хотя в них и упоминались Девлет Герай с Гази Гераем, но наряду с их именами в подписях присутствовали также имена ханов, на самом деле похороненных в Салачике или в османских землях. Видимо, эти ярлычки были привешены к «сандыкам» уже после падения Крымского ханства, когда придворные летописцы с их точными данными покинули Хансарай, а те служители Ханской мечети, которым новые власти позволили остаться, не обладали необходимыми сведениями.

Интерьер этого северного ханского мавзолея практически повторяется во втором, южном дюрбе, где на сегодняшний день сохранилось лишь два каменных башташа 17 столетия. (там же, добавлю, хранится и удивительный ордынский памятник с кентавром с Кырк-Азизлера, о котором я рассказывал в одной из недавних статей). В прошлом здесь тоже стояло несколько деревянных «сандыков» с ярлычками. Это дюрбе было местом захоронения Исляма III Герая, знаменитого, прежде всего, своим союзом с Богданом Хмельницким. Подписи на «сандыках» не упоминали его имени, но о его погребении здесь говорит «Розовый куст ханов», что отчасти подтверждается и тем, что один из двух сохранившихся в помещении башташей принадлежит сыну Исляма III, Менгли Герай-султану.

19_01_2016_04Памятник хана Мехмеда IV Герая (1674): снимки 1915 и 2012 гг.

Все уцелевшие доныне ханские памятники расположены за пределами двух дюрбе, в кладбищенском саду. Мы никогда бы не узнали, что один из них, лишенный теперь всяких надписей, является ханским, но фотография 1915 года запечатлела его исчезнувшую стелу, на которой читается: «отец победы, воитель Мехмед Герай» — то есть, Мехмед IV Герай.

Круглая ротонда возле южного дюрбе – это тоже мавзолей, но оборудованный в соответствии с хадисом, который рекомендует, чтобы могила устраивалась под открытым небом, чтобы ее мог омывать дождь. Здесь похоронили Менгли II Герая, покровителя суфиев. Недаром эпитафия на его памятнике – это стихи на персидском языке (очень популярном в суфийской поэзии), единственная персидская надпись на всем кладбище, говорящая: «Менгли Герай отправился по дороге в вечность».

На башташе у стены мечети стихотворные надписи высечены сразу на двух языках: арабском и придворном крымско-османском. Это эпитафия Селиму II Гераю, умершему в 1748 году.

Чуть поодаль рядом стоят еще два ханских памятника. Больший из них, прекрасно сохранившийся и покрытый богатой резьбой, принадлежит Кырыму Гераю. «Война была ремеслом знаменитого Кырым Герай-хана, глаза голубого неба не видали ему равного!» — гласит стих на ханском монументе. Но на деле Кырым Герай вошел в историю не столько как воин, сколько как любитель искусств, по приказанию которого Хансарай был отремонтирован и украшен лучшими мастерами.

Рядом – памятник Арслана Герая, которого я уже не раз упоминал в очерках как «хана-восстановителя», заново отстроившего крепости, мечети, дворцы и фонтаны по всей стране, разрушенные нашествием фельдмаршала Миниха. К слову, и Арслан Герай в 1767 г., и Кырым Герай двумя годами позже умерли за пределами Крыма – в ханском дворце Каушан, что располагался в молдавских землях. Их тела были доставлены оттуда в Бахчисарай и преданы земле здесь, на Ханском кладбище.

19_01_2016_05Дюрбе (ротонда) хана Менгли II Герая (1739)

Посещение кладбищенского сада у южной стены Биюк-Хан-Джами – это своего рода «визит к хозяевам дворца», повод еще раз вспомнить имена крымских ханов и связанные с ними события истории. Потому, я считаю, немногие уцелевшие ханские памятники на Ханском кладбище следует знать, что называется, «в лицо», тем более, запомнить месторасположение пяти башташей вовсе не трудно. Думаю, этот мой материал поможет читателям при их следующей поездке в Хансарай узнать эти памятники воочию.