Депортация для внуков депортированных

21.05.201813:59367

 

У меня совсем мало воспоминаний из раннего детства, но я очень отчетливо помню тот майский день. 

Мне лет 5, холодно и пасмурно, отец ведет меня за руку, и мы с ним идём в толпе через центр города. Люди вокруг держат в руках самодельные плакаты и флаги – старые, молодые, с маленькими детьми. Мы привлекаем внимание прохожих, зевак, продавцов продуктовых магазинов. Они рассматривают нас, обсуждают, усмехаются.

Я не могу понять, чем вызван такой интерес. Сейчас, спустя столько лет мне кажется, что так люди наблюдают за экзотическими животными в зоопарках.

Любопытство берет верх, и я все-таки задаю вопрос отцу – почему эти люди так нас рассматривают, куда мы вообще идём?

– Видишь ли, милая. У крымских татар сегодня день памяти. Когда-то давно наших мам и пап выслали, многие погибли по дороге. Сегодня мы их вспоминаем, – попытался объяснить отец.

Вопросов у меня тогда появилось ещё больше. Это уже потом, чуть позже, бабушка рассказывала нам с сестрой, как они жили с семьей в Феодосии и после освобождения Крыма, ночью постучались, дали на сборы 15 минут. Дальше – товарные вагоны, вши, голод, антисанитария, Урал, барак без окон и дверей, переезд в Узбекистан.

Читать по слогам меня учила она же, а первой книгой стала поэма «Факел над Крымом», которая рассказывает историю Мусы Мамута. В знак протеста против запрета жить в Крыму он поджег себя и через несколько дней скончался в больнице.

Потом была школа, где я в полной мере ощутила на себе как это – быть крымской татаркой и изгоем, «неполноценной». Это когда, например, школьный врач на медосмотре тебе может сказать – «Так а какая же ты крымская татарка, если ты родилась в Узбекистане? Ты узбекская татарка. Нет уже никаких крымских татар».

 

В детстве я очень любила слушать истории моей бабушки о довоенной Феодосии. Их семья жила на крутом спуске к морю. Бабушка вспоминала местный парк, в котором по выходным играл оркестр, как они бегали детьми на большое поле – смотреть на взлетающие самолеты. Я помню даже, что во дворе дома росла старая шелковица и прабабушка ругалась на детей из-за чёрных рук.

Не знаю почему, но именно летом 14 года я попросила родителей отвезти меня в Феодосию. Это была моя последняя поездка в Крым.

Мы гуляли по старой части города, и мама пересказывала уже бабушкины истории: «Вот на этом месте раньше была мечеть, а это тот самый парк, в котором играл оркестр, а на месте этого магазина стояла цирюльня твоего прадеда».

И я помню, что очень отчетливо представила себе ту самую довоенную Феодосию, когда деревья были высокими, а мои бабушки и дедушки счастливыми и беззаботными детьми в том старом Крыму.

Этот образ теперь всплывает каждый раз, когда я вспоминаю о Крыме.

P.S.: На фото моя бабушка Кафие. Родители ее назвали в честь родного города. Говорят, мы с ней очень похожи.

Севгиль МУСАЕВА

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции 

 Подписывайтесь на наши страницы в соцсетях FacebookВконтакте,
ОдноклассникиInstagram и будьте в курсе самых актуальных и интересных новостей.

 

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET