Источники права Крымского ханства (пер. пол. XV – вт. пол. XVIII вв.)

04.08.201823:13208

 

Среди немногих работ, посвященных праву Крымского ханства, можно выделить несколько научных статей ученых-историков В. Смирнова, Л. Колли, Ф. Лашкова, В. Григорьева, написанные в дореволюционный период и лишь косвенно касающиеся объекта исследования. А малочисленные исследования советских историков, в которых затрагиваются отдельные вопросы Крымского ханства, характеризуются заидеологизированностью, предвзятостью и необъективностью.

В связи с вышесказанным прежде всего возникает необходимость определить и исследовать основные источники права в Крымском ханстве.

В данном исследовании источниками послужили фонды Центрального исторического архива Украины в Киеве, фонды Главного Архива древних актов в Варшаве, государственного архива Автономной Республики Крым. Привлекались для освещения определенных вопросов фонды сектора рукописных материалов библиотеки им. И. Гаспринского, в частности кадиаскерские книги (сборники судебных решений).

Мусульманское право оказало глубокое влияние на историю развития государства и права Крымского ханства. Мусульманское право имеет государственный характер и более чем все другие мировые религии связано с государством и правом [1, с. 3]. Особенности действия мусульманского права, его некоторые источники, как в Крымском ханстве, так и в других мусульманских странах, обусловлены принадлежностью подданных-мусульман государства к определенному толку или школе[1]. [2, с. 33]. В Крыму распространилась ханифитская школа [3, с. 38].

Основой, как религии, так и мусульманского права является Коран. [4, с. 1]. Для характеристики Корана следует иметь в виду, что среди его норм, регулирующих взаимоотношения людей, преобладают общие положения, имеющие форму отвлеченных религиозно-моральных ориентиров и дающие простор для толкования правоведам. Большинство норм Корана возникло по частным случаям при решении пророком конкретных конфликтов или оценке им отдельных фактов [1, с. 65]. Коран в мусульманском праве является основой всего последующего законодательства и заключает в себе только главные правила и законы, без указания способов применения и исполнения, в связи с чем, нормы Корана должны толковаться и объясняться [4, с. 10]. Таким образом, мы можем сделать вывод, что Коран в Крымском ханстве выполнял ведущую роль, являясь основным законом.

Немногочисленные судебные решения ханских кадиев[2] начала XVII века позволяют нам утверждать, что основой всего законодательства Крымского ханства являлся Коран. Так, из сохранившегося судебного решения о разделе наследства умершего Кенан-бея мы можем достоверно определить, что все правила, закрепленные в Коране относительно брака, наследования, в точности исполнялись в Крымском ханстве [5, с. 49].

Источником права в Крымском ханстве являлась Сунна – священное предание, которое призвано дополнять и завершать, в частности в области права, некоторые существенные недомолвки Корана. Сунна складывалась из примеров и имела целью изложить примеры из жизни Мухаммеда для руководства верующими своих действий [6, с. 640]. Каждое из преданий получило наименование хадис. Хадисы служат руководством к разрешению проблем, не урегулированных нормами Корана [3].

Текстуальное толкование формального закона, т.е. тефсир, могло рассматриваться как дополнительный источник мусульманского права [2, с. 21]. Иджма, с помощью которой давались ответы на вопросы, не урегулированные Кораном и Сунной также выполняла роль источника права. Иджма – это собрание решений первых четырех халифов их постановлений и толкований Корана по гражданским и духовным делам [4, с. 14]. Иджма представляет собой согласованное заключение древних юристов (муджтахидов) знатоков ислама, об обязанностях правоверного. Только будучи записанными в иджму, нормы права, независимо от их происхождения, подлежали применению [6, с. 641].

Кияс – умозаключение по аналогии и с точки зрения общей теории права. Это специфический метод конструирования правовых норм, который широко применялся правоведами. Кияс – это правила применения к новым сходным случаям предписаний, установленных Кораном, Сунной или иджмой [6, с. 641]. Кияс представлял собой выделение новой нормы путем суждения, исходя из принципов Корана и Сунны. Данный источник права из-за специфики шариата стал не только методом решения отдельных споров, но по существу способом создания новых норм под видом экстраполяции старых. В то время государство выполняло свою правотворческую роль преимущественно косвенно через санкционирование норм, сформулированных судебной практикой и правовой доктриной [7, с. 11].

Система фикха, или мусульманского закона, оставалась застывшей в течение многих веков, что дало возможность развития других источников права – урф (обычай) и амал (судебный прецедент) [2, с. 27].

Всё законодательство проникнуто духом религии, Коран является основанием и руководством не только всех религиозных понятий, но и всех действий в частной жизни [4, с. 28]. В мусульманской практике высказывалось мнение, что шариат может дать основание для решения любых проблем, а потому не требуется издавать каких-либо законов правительством.

Первоначально действовавшее чингизидское торэ в Крымском ханстве в качестве источника права (но только в той части, где торэ не противоречило Корану и вообще шариату) раскрывает особенность развития права в Крыму в XV – XVI вв.[4] [8, с. 189]. Историк Гезар-Фен пишет: «…существующие у них постановления все канонические, которые они называют торэ, это старинные порядки чингизидские. Торэ для татар являлись неписаными правилами, имевшими для них силу и обязательность закона в делах государства» [9, с. 311]. Нормы торэ также регулировали даже порядок престолонаследия в Крымском ханстве, а также гражданские правоотношения «частных лиц», участие их в судебных процессах и др. [1, с. 65]. Будучи, в свою очередь, несколько противоположным своду писанных законов, торэ очень почиталось и уважалось населением ханства, но постепенно вытиснилось шариатом [5] [10, с. 332]. Торэ отчасти продолжало действовать вплоть до XVII века. Так, Мухаммед Гирей приводит документ следующего содержания: «Ногайцы должны были всегда подчиняться священному шариату…и должны были оставить свой обычай, именуемый торэ, и следовать постановлениям шариата…» [9, с. 683]. Таким образом, в Крымском ханстве наряду с источниками мусульманского права действовали законы торэ, что являлось особенностью права.

В связи с тем, что норма мусульманского права определялась, как правило, поведения установленное Аллахом-законодателем для верующих прямо – путем откровения – или косвенно – в форме вывода, сделанного авторитетными знатоками шариата на основе толкования воли Аллаха [11, с. 30], то высшие государственные органы могли пользоваться лишь ограниченными законодательными полномочиями и только по вопросам, не урегулированным Кораном и Сунной. Изданные нормативные акты главы государства и иных органов власти нуждались в одобрении верховным муфтием и, если они не противоречили общим положениям шариата, включались в состав мусульманского права. Фактически многие такие акты закрепляли уже сформулированные ранее правоведами нормы либо вводили новые. Но в любом случае они становились источником мусульманского права наряду с вышеперечисленными [1, с. 74]. Таким образом, особое значение в системе мусульманского права, в том числе и в Крымском ханстве, приобрели фетвы муфтиев, выполнявшие роль как актов толкования норм мусульманского права, так и «актов надзора» [11, с. 30]. Ни одно серьезное мероприятие в ханстве не начиналось без фетвы муфтия, который осуществлял тем самым «контроль» над ханом, чтобы его действия и иных органов власти не противоречили шариату [12, с. 450].

Особое место в иерархии источников права Крымского ханства занимали ярлыки крымских ханов, являющиеся на данный момент, ценными памятниками права, т.к. в них содержатся сведения об экономическом, политическом положении Крымского государства, о системе управления и военных делах. Ярлык – это письменное правовое распоряжение верховного правителя государства. Ярлыки, касавшиеся внутренних вопросов, обычно доводились до сведения населения с помощью глашатаев. Причем ярлыки, правовые акты ханов, не должны были противоречить положениям Корана, сунны, а также постановлениям муфтиев. Ярлыками назывались также и дипломатические письма, направлявшиеся иностранным главам государства [13, с. 296]. Все ярлыки имели вид длинных узких полос плотной бумаги со старинными водяными знаками. На всех ярлыках ставилась тамга (родовой герб Гераев) синего, алого или зеленого цвета. Вверху документа выводилась стереотипная формула, состоящая из имени издавшего ярлык хана и слова «сёзюм» – «мое слово», «я говорю, повелеваю» [14, с. 2].  В зависимости от времени написания ярлыков изменялся и размер шрифта. Более ранние ярлыки написаны крупными и толстыми без каких-либо каллиграфических оттенков буквами, без строгого соблюдения какой-либо системы в постановке диакритических знаков, расположенных друг от друга на значительном расстоянии [15, с. 3]. Поздние ярлыки заметно отличаются от первых меньшим размером. Например, если ярлык Хаджи Гирея 1420 г. имел вид бумажного полотна длиною 144 см. и шириной 28 см., то ярлыки последующих ханов были длиной 88 см. и шириной 27 см. Отличаются они также и более тщательным, доходящим иногда до каллиграфической изысканности почерком, что дает возможность обнаружить усвоение писцами ханской канцелярии каллиграфических приемов. Наряду со старинными тамгами начинают появляться на крымских ярлыках ханские именные печати и эпитеты «аб-дель-фатих» («Отец победы», «Победоносец»). Причем слова, заключающие в себе имя и титул хана и тугра[6], писались золотом, а буквы, их означавшие, были большего размера, чем иные [14, с. 8].

 

Не менее интересными представляются ярлыки и по внутреннему содержанию. Крымский хан издавал ярлыки по различным основаниям: освобождение от уплаты налогов, ярлыки о созыве на военную службу и т.д. Определенную группу составляют тарханные ярлыки, т.е. освобождавшие владельца данного документа от выплаты пошлин и налогов и предоставляющие право на фискальные льготы. Причем эти ярлыки и соответственно льготы передавались по наследству, но нуждались в подтверждении у каждого нового государя [14, с. 5]. Крымские ханы издавали ярлыки также и по поводу несения срочной воинской повинности. Так хан «созывал к себе всех писцов и диктовал приказы ко всем бекам и начальникам округов о немедленном созыве здоровых молодых людей в возрасте от 25 до 30 лет и высылке их в полном вооружении и провианте в поход» [16, с. 69].

Особую группу составляют шертные грамоты[7], т.е. ярлыки, которые издавались ханом для регулирования международных отношений: оказание военной помощи, заключение мира и др. Наиболее важные наждались в утверждении Государственным Советом ханства – Диваном (своеобразная ратификация международных договоров). Так, например, в 1507 году Менгли Герай хан отправил ярлык и заключил военное соглашение, по которому он «готов быть приятелю короля (польского – Ф.А.) приятелем, а неприятелю неприятелем, вместе с людьми его милости короля польского и великого князя литовского Сигизмунда своими людьми и детьми вести на конь против всякого неприятеля и подмогой быть на того неприятеля Московского» [17, с. 64].

Причем при заключении международных договоров, важнейшее значение имели место расположения титулов монархов (т.е. титул написан первым или вторым), а также цвет печати или нишана[8], тамга и иные атрибуты верховной власти. Так, русский посол в 1563 г. отправленный в Крымское ханство А. Ногой получил предписание от русского царя: «…хан ни в коем случае не должен приложить к грамоте с текстом договора алого нишана», т.е. печати, оттиснутой на красном воске [18, с. 22]. Почему цвет печати на договоре оказывался едва ли не важнее его содержания? Ответ на этот вопрос дает современный российский исследователь посольских обычаев Руси Л. А. Юзефович. Он сообщает, что в русской дипломатии грамоты договорные, выражавшие обоюдное соглашение государей, скреплялись печатями вислыми, подвешенными на шнуре. Таким образом, «алый нишан», приложенный к договору, декларировал не двустороннее согласие при его заключении, а свободную волю лишь одной стороны – крымской. Хан как бы диктовал условия, а царь их принимал [18, с. 23]. Таким образом, мы видим, что цвет печати, тамгу[9] и их количество влияли на юридическую силу и правовые последствия  нормативного акта. На ярлыках тамга ставилась различными цветами – золотым, красным, синим, зеленым, черным. Так, золотая тамга по достоинству считалась ниже красных или алых, которые являлись собственно государственными печатями, применявшимися для скрепления международных грамот. Синяя тамга прикладывалась, очевидно, к менее важным документам, заключившим в себе частные приказы ханов. Число тамг на ярлыках различно (1 – 5). Вообще, количество тамг, которые прикладывались к ярлыку, соразмерялось с уважением к тому лицу, которому давали скрепленную ими бумагу [20, с. 344].

Список литературы:

  1. Сюкийянен Л.Р. Мусульманское право. Вопросы теории и практики. – М.: Наука, 1986. – 255 с.
  2. Шарль Р. Мусульманское право. – М.: Изд-во Иностр. лит., 1959. – 143 с.
  3. Попов А.И. Вторая учебная экскурсия Симферопольской мужской гимназии в Бахчисарай. – Симферополь: Таврич. Губ. тип., 1888. – 131 с.
  4. Торнау Н. Изложение начал мусульманского законоведения. — СПб: Тип. II отделения собственной Ее Императорского Величества Канцелярии, 1850. – 475 с.
  5. Биярсланов М. Выписки из кадиаскерского сакка (книги) 1017 – 1022 хиджры (1608-1613), хранящиеся в архиве Таврического Губернского правления (перевод) // ИТУАК. – 1889. — № 8. – С. 41- 52.
  6. Хайбулаева Ф.А. Ярлыки хана – источник права в Крымском ханстве // Матеріали III звіт. наук. – практ. конф. проф. – виклад. та курсант. составу Крим. фак. Нац. ун. внутр. справ: У 2 ч. – Симферополь: Доля, 2001. – Ч.2. – С. 45 – 50.
  7. Лашков Ф. Памятники дипломатических сношений Крымского ханства с Московским государством в XVI XVII вв., хранящиеся в Московском Главном Архиве МИД // ИТУАК. – 1891. — № 11. – С. 1 – 57.
  8. Возгрин В.Е. Исторические судьбы крымских татар. – М.: Мысль, 1992. – 446 с.
  9. Сюкийяен Л.Р., Лихачев В.А. Мусульманское деликтное право и уголовное законодательство стран зарубежного Востока // Мусульманское право (структура и основные институты): Сб. стат. – 1984. — № 7. — С.76 – 105.
  10. Бахрушин С.В. Основные моменты истории Крымского ханства // МАИЭТ. – 1993. — № 3. – С. 320 – 338.
  11. Чиркин В.Е. Мусульманская концепция права // Мусульманское право (структура и основные институты): Сб. стат. – 1984. — № 7. –С.4 –20.
  12. Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до начала XVIII века. – СПб.: Унив. тип., 1887. – 772 с.
  13. Челеби Эвлия. Книга путешествия (Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века). Земли Молдовии и Украины. – М.: Наука, 1961. – Вып.1. – 337 с.
  14. Сандаг Ш. Образование единого монгольского государства и Чингизхан // Татаро-монголы в Азии и Европе: Сб. стат. – М.: Наука, 1977. – С. 23- 45.
  15. . Смирнов В.Д. Ханские ярлыки из коллекции Таврической Ученой Архивной Комиссии // ИТУАК. – 1918. — № 54. – С. 1 – 20.
  16. Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды в XIII XIV вв. – Москва: Наука, 1985. – 248 с.
  17. Кузнецов А.Б. Россия и политика Крыма в первой трети XVIР века. // Россия, Польша, Причерноморье в XV — XVIII вв.: Сб. стат. – М.: Наука, 1979. – С. 62 – 770.
  18. Юзефович Л.А. “Как в посольских обычаях ведется…” Русский посольский обычай конца XV – XVII вв. – М.: Междунар. отношения, 1988. – 216 с.
  19. Тунманн Крымское ханство. – Симфероплоль: Таврия, 1990. – 96 с.
  20. Григорьев В. Ярлыки Тохтамыша и Сеадет Гирая // ЗООИД. – 1844. — № 1. – С. 337 – 346.

[1] С 1300 года н.э. существует четыре таких толка (школы), которые названы по именам своих основателей: ханифитский (считается наиболее либеральным), маликитский, шафиитский, ханбалитский (является самым строгим).

[2] кади – судья в Крымском ханстве.

[3] Именно из-за разного толкования и применения этих хадисов возникли основные направления мусульман: сунниты и шииты, причем, шииты не принимают Сунну в качестве источника права.

[4] Чингизидское торэ – обычное право, действовавшее в Золотой Орде.

[5] Однако в ХІІ в. Мюрад Гирей хан как истинный потомок Чингисхана восстановил торэ, отменив действие мусульманского права. Для осуществления надзора за соблюдением норм торэ была введена должность «блюстителя татарского обычая» – торэ-баши, а должность кадиаскера (верховного судьи) была ликвидирована. Но это вызвало недовольство со стороны мусульманского духовенства, которое настроило народ против данных нововведений хана, внушив представление об их «греховности». Хан был вынужден уступить, и шариат вновь вступил в силу

[6] Тугра хана или вензель, писанный золотом в ярлыках (на рис. изображена в правом верхнем углу ярлыка), означает его имя и имена его предшественников: «Мухаммед Герай сын Менгли Герая сын Хаджи Герая».

[7] Шертная грамота – грамота, на которой произведена шерть, т.е. клятва хана на Коране, что положения данного договора будут исполняться.

[8] Нишан – печать

[9] Тамга Гераев – герб Крымского ханства, имеет вид трезубца [9],  употреблялась как на ярлыках ханов, так и на Гераевских монетах.

Фатма АМЕТКА, кандидат юридических наук, доцент

Подписывайтесь на наши страницы в соцсетях FacebookВконтактеОдноклассникиInstagram   и будьте в курсе самых актуальных и интересных новостей.

 

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET