Вопросы исследования появления в Северном Причерноморье, Приазовье и Крыму уйгурских и булгарских племен

19.01.202019:58

В 2007 году автором была опубликована статья «Актуальность исследования истории крымтатарского [3, с. 6] государства и права» [3, с. 32]. В 2012 году были сделаны краткие сообщения об основных признаках и критериях древнейших крымтатарских государств «Patria Onoguria» и «Magna Bulgaria». В указанных статьях обосновывались актуальность и необходимость в фундаментальных исследованиях, специально посвященных истории государства и права государства (ханства) десятиплеменных уйгуров «Patria Onoguria» и государства (ханства) древних булгар «Magna Bulgaria» [15, с. 88-92]. Однако впоследствии выяснилось, что в опубликованных статьях остались не исследованными вопросы появления названных народов и племен в Восточной Европе, не очерчены временные рамки их появления в Северном Приазовье, Северном Причерноморье и на территории Крымского полуострова. Разрешению вопросов времени появления в Восточной Европе названных выше племен и их государств на основе исследования источников древних авторов и посвящено настоящее исследование.

Древнейшее упоминание этнонима «уйгур» у европейских писателей мы находим в «Географии» Клавдия Птолемея, где он указывает на них как на «ойхардов» [25, с. 3]. Реннель высказал мнение о том, что «ойхарды» К. Птолемея тождественны уйгурам [23, с. 31]. К нему присоединился и В.В. Григорьев [4, с. 70]. В то же время не надо забывать и о том, что если Клавдий Птолемей в своей «Географии» располагает уйгуров на востоке, за Каспийским морем, то самих, уже европейских гуннов, он локализует прямо у подножия Карпатских гор [12, с. 238]. Позднейшие события на Балканах и в Подунавье, запечатленные в иных письменных источниках, подтвердят правильность сведений, изложенных Клавдием Птолемеем ещё в 162 году н. э. Второе после К. Птолемея сообщение об уйгурах было сделано жившим в начале II века нашей эры Дионисием Ливийцем, другие авторы называют его Периегетом, который упоминает в своей «Orbis terrarium descriptio» о том, что в его время в Европу уже проникла весть о том, что некоторый народ, называемый «оуннои», живет позади прикаспийских скифов, в местности прилежащей к Аральскому морю, то есть как раз в тех частях туранской низменности, куда, по показаниям китайцев, называемый «Къан-гю», выселились потомки восточных тюрков, носящих в китайской истории имя Хунну [20, с. 509-510]. В связи с чем мы имеем полное право вместе с В.В. Радловым отождествить оба народа – среднеазиатских хунну и восточноевропейских «оуннои», как это и сделали в свое время Дегинь [18, с. 340], Нейман [21, с. 214] и Вивье де Сен-Мартен [8, с. 83]. Говорим так, поскольку вместе с хуннами в европейскую пушту устремились уйгурские и уй-суньские (булгарские) племена. Далее Моисей Хоренский [16, с. 55-56] упоминает о гуннах, называя их «Hounоk», как о народе, управляемом Дертадом или Тиридатом Великим и живущем к северу от кавказского хребта. Это обстоятельство доказывает, что в течение III века н.э. гунны проникли еще далее, на запад, и расширили свою область в этом направлении [17, с. 62]. Об этом же говорит и свидетельство Зонары, взятое, вероятно, из более древних источников о том, что «император Кар потерпел неудачу в 284 году н.э. в походе на гуннов» [28, с. 611].

Таким образом, он-уйгуры составляли наиболее могущественный союз, ставший основой древнейшего крымтатарского государства на территории Северного Причерноморья, Северного Приазовья и в Крыму, государства Он-уйгуров, о чем вплоть до VII века н.э. писали европейские географы. Это обстоятельство доказывает следующая заметка, находящаяся в Cosmographia Ravennatis Anonimi: «…Item juxta mare Ponticum ponitur patria, quae Onogoria, quam subtilius Livantus philosophus vicinam paludis Maeotidis orientalis esse decernit, adserens multitudinem piscium ex vicinantibus locis habere, sed ut barbarus mos est, insulae eos perfruere» [24, с. 2].

Собственно гунны (восточные тюрки и уйгуры) составляли, несомненно, лишь часть нахлынувших в Европу народов. Очевидно, самые различные племена: западные тюрки, уйгуры, булгары, сабиры и другие – двигались вперед, имея в гуннах предводительствующее племя, нарастая, подобно лавине, во время движения [13, с. 103]. При императоре Валенте, то есть во второй половине IV столетия, гунны явились в Европе, разбили в прах могущество алан и проникли до Дуная, покоряя и увлекая с собою народы, обитавшие вдоль Северного Приазовья, Северного Причерноморья и на территории Крымского полуострова [13, с. 104]. Более подробную и полную сводку племенных имен уйгурского народа в Восточной Европе мы находим у Приска, который в 461-465 годы н.э. перечисляет названия племенных союзов уйгур, называя их – сарагуры, или сары-уйгуры (то есть желтые уйгуры), оногуры, или он-уйгуры (то есть десятиплеменные уйгуры), котригуры, или кутургуры (или, по мнению В. Радлова, токургуры – девятиплеменные уйгуры), от-уйгуры и отузгуры (то есть тридцатиплеменные уйгуры) [5, с. 80].

 

В свою очередь, А. Куник, говоря об уйгурах, отождествляет их с булгарами, считая их конным народом тюркской расы, несомненно, переселившихся в Европу с Алтая. До сих пор обыкновенно принимали, что они под этим названием в первый раз появились в истории около 120 года до Р.Х. [6, с. 119-161]. Мовсес Хоренаци, писавший около 470 года, на основании свидетельства Мара Абаса – катины, говорит, что во время второго армянского Арсакида, Аршака, приблизительно около 120 г. до Р.Х. толпа изгнанных из своей родины булгар – «Veghentur, Var.Ventur, Bulgar» спустилась с высот Кавказа в область Карса, которая с того времени по имени предводителя булгар «Ванд» получила свое название Вананд [16, с. 62]. А. Куник сопоставляет название «Veghentur Bulgar» с оногундурами, то есть с он-уйгурами [6, с. 119-161]. Во второй раз известие о булгарах неподалеку от Понта или современного Приазовья сообщается нам одной греческой хроникой, заканчивавшейся 237 годом, по Рождеству Христову, от которой сохранилась в латинском переводе таблица народов. «Ziezi ex quo Vulgares», – гласит краткая заметка, означающая, буквально: «Зиези, происшедшие от Булгар». Укажем попутно о том, что этноним «зиези» зафиксирован в Ветхом завете, поскольку в этом Хронографе Аноним среди потомков Сима упоминает и булгар [19, с. 354-358]. Наконец, третьим, и одним из важнейших источников, подтверждающим существование в Северном Причерноморье, Приазовье и Крыму, древнейшего крымтатарского государства «Magna Bulgaria», непрерывной протяженностью в более чем 500 лет, является «Именник» правителей – хаганов дунайских Булгар, датированный 354 годом нашей эры, обнаруженный в Хронографе XV века, Андреем Поповым [11, с. 25-27], достоверность которого была подтверждена исследованиями А.А. Шахматова и др. авторами [16, с. 121].

Заключение. Наши исследования позволяют сделать следующие предварительные выводы:
1) часть уйгурских и усуньских (булгарских, рода Дуло) племенных союзов пришли в Восточную Европу из Средней Азии вместе с северными хуннами во 2-ой половине I века до нашей эры и были основным, стержневым компонентом в составе государств – Ханства оногуров, Ханства булгар, Империи европейских гуннов;
2) образование государств – Ханства уйгуров – «Patria Onogoria», а затем Ханства булгар – «Magna Bulgaria», отдельно, а затем и в составе державы европейских гуннов следует датировать не позднее 2-ой половины I века до нашей эры, дальнейшее самостоятельное существование названных государств можно примерно датировать не ранее 2-ой половины V века н.э.;
3) уйгуры и булгары, как впрочем и гунны, были тюрками, по своему происхождению являются родственными племенами, говорили на древнетюркском, смешанном (по классификации В.В. Радлова) наречии [1, с. 280-291], образцами для которого служат, соответственно, известные памятники древнетюркской и крымтатарской литературы и языка, каковыми являются «Huastuanift» в дешифровке и прочтении Ле Гокка [27, с. 150], «Аltun Yaruk» С. Малова [26, с. 352], орхоно-енисейский памятник в честь «Кюль-Тегина» П. Мелиоранского [10, с. 144.], классический уйгурский «Кutadgu bilig» В. Радлова [22, с. 200] и его же памятник языка и литературы крымских татар «Codex Cumanicus» [14, с. 53];
4) язык древних уйгуров – карауйгуров, в Средней Азии и он-уйгуров, в Восточной Европе, соответственно, по В. Потанину и В. Радлову, разделенных на две группы, является монгольским в Средней Азии и тюркским в Восточной Европе, в связи с чем подтверждается родственность и близость уйгуров хунну китайских летописей и гунну латинских, армянских, сирийских и византийских хроник [13, с. 109];
5) язык древних булгар, по мнению В. Радлова, является остатком языка древних чувашей, имевших в своей грамматической основе соответствующий тюркский вокализм, такт и сохраняющий правила сингармонизма одновременно, наряду с тюркской лексикой исследование д-ра Латам (Latham) [7, с. 45], по мнению Н.Я. Марра [9, с. 210] со ссылкой на Ашмарина и Серебрянского [2, с. 51-56], частично уводит нас к урало-алтайской группе языков, уже упомянутый мною «Именник хаганов дунайских булгар», датированный 354 годом, сохранившийся в одной из древних рукописей в Ватикане [11, с. 25-27.], свидетельствует о принадлежности булгар к древнейшему тюркскому роду Дуло, к которому принадлежал и гуннский шаньюйский (ханский) род, что ещё раз подтверждает тюркоязычность булгар, поскольку тюркоязычность хунну, китайских летописей, и гунну, латинских, армянских, сирийских и византийских хроник, сегодня уже не только не подвергается сомнению, а подтверждает их бесспорное тюркоязычие [1,с. 350-352, 400-403];
6) некоторые необобщенные данные, прямо указывающие на существование племени куманов в составе племенных союзов уйгуров, булгар, наконец, державы европейских гуннов, отчетливо и рельефно подтверждаются данными архаической лексики из памятника крымскотатарского языка и литературы «Codex Cumanicus»а, как на это прямо указывал В.В. Радлов.

Литература

  1. Аристов Н.А. Заметки об этническом составе тюркских племен и народностей // Живая старина. – Вып.III-IV. – СПб., 1896. – С. 456.
  2. Ашмарин Н.И. Болгары и чуваши. – Казань, 1902. – С. 148.
  3. Буджакълы Э. Актуальность исследования истории крымтатарского государства и права. – Симферополь: Крымучпедгиз. – 2007. – С. 32.
  4. Григорьев В.В. Восточный Туркестан. – Вып.II. – С. 270.
  5. Дестунис Г.С. Сказания Приска Панийского. – СПб., 1860. – С.80.
  6. Куник А., барон Розен В. Известия Ал-Бекри и других авторов о Руси и славянах. – Ч. 1. – СПб., 1878. – С. 230.
  7. Латам О раннем водворении в некоторых частях Европы тюркских племен //«Вестник РГО». – 1854. – т. X, V. – С. 52.
  8. Малов С.Е. Altun Yaruk, Сутра золотого блеска. – СПб, 1910. – С. 352.
  9. Марр Н.Я. Скифский язык. – АИМК, 1927. – С. 210.
  10. Мелиоранский П. Памятник в честь Кюль-Тегина. – СПб., май, 1899. – С. 144.
  11. Попов А. Обзор хронографов русской редакции. – М., 1866. – С. 375.
  12. Птолемей К. Географическое руководство // ВДИ – №2. – 1947. – С. 400.
  13. Радлов В.В. К вопросу об уйгурах. – СПб., 1893 – С. 130.
  14. Радлов В.В. О языке куманов. – СПб., 1884. – С. 53.
  15. Умеров Э.Ш. Основные признаки и критерии первого крымскотатарского государства «Magna Bulgaria» // Культура народов Причерноморья. – 2012. – №224. – С. 205
  16. Хоренский М. История Армении. – II, 6, СПб, М., 1893 – С. 240
  17. Шахматов А.А. К вопросу о происхождении хронографа. – СПб., 1899. – С. 121.
  18. Deguignes. Mimoire sur Porigine des Huns et des Turcs (Paris 1748). P.280
  19. Theophanous – Op. – P. 400
  20. Mannert Geographie der Griechen und Romer. – Nurnberg 1795. – P. 580.
  21. Neumann, «Asiatiсs Studien». (Leipzig 1837).P.180.
  22. Radloff W.W. Das Kutadgu Bilig … – XIII, Petersburg, 1890. – С. 200.
  23. Rennel Geographical Sistem of Herodotus. – London 1830, pg. 140.
  24. Ravennatis Anonimi Cosmographia. – Berolini, 1860. – Lib. IV. – cap. 2., P.84
  25. Serika. – Liber IV. – Cap. 16, 3. P.46.
  26. Vivien — de – Saint – Martin, «Sur les Huns ouraliens», t.III, 1848, P.354.
  27. Huastuanift. – Von Le Coqun ingilizce tercumesinden. – Ankara, 1941. – S. 150.
  28. Zonaras, «Annales», ed. Pinderi, lib. XII, c. 30 pg. 700

Энвер УМЕРОВ

 

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET