Борьба за проповеди в мечетях на родном языке

10.09.202023:19

Размышления о препятствиях и борьбе с ними

В Соборной мечети города Карачаевска, где на пятничную молитву собираются более тысячи человек, появились заблудшие люди, которые настаивали на том, чтобы проповедь была на русском языке, видите ли «это государственный, официальный  язык», на котором должны проходить все общественные мероприятия.

Аргументы тех, которые пытались отстаивать проповеди на карачаевском языке, были очень слабы и неубедительны: старики достаточно не понимают русского языка, имаму легче выражать мысли на родном языке, на русском получается сухо и дежурно.

Пройдут десять и более лет, те благородные старики с белыми бородами, недостаточно понимающие русский язык, но знающие очень хорошо свой родной, карачаевский, язык, знатоки тюркского фольклора и героического нартского эпоса перейдут в мир вечный, а вместо тюркского имама готовы работать безнадёжно обрусевшие люди, как правило, приверженцы заблудших сект.

Причины отстаивания родного языка, похоже, исчерпаны. В сентябре 2015 года служащий Соборной мечети сообщает мне с грустью печальную новость: в Духовном управлении мусульман распорядились вести проповеди на русском языке. По их приказу вместо обычной проникновенной проповеди, читаемой по знанию и памяти,  зачитали с бумаги заранее приготовленный малоэффективный текст.

Я полностью потерял спокойствие: на наших глазах, при нашем попустительстве происходит сокращение преподавания на родном языке в школах, сокращение тиражей печатных изданий на родном языке, теперь добрались до самого святого: я, мои дети и внуки должны изучать свою религию на чужом языке!

Начал обзванивать товарищей: давайте вместе зайдём на приём в Духовное управление и решим вопрос. Все подряд ответили, что факт печальный, но бесполезно пытаться, что-либо изменить, невозможно бороться с влиянием русского языка в России. Я намного больше огорчился пессимизму тех, на кого больше всех рассчитывал, чем на саму ситуацию, люди сдались.

Совершил очередной намаз, произнес мольбу Всевышнему Творцу Аллаhу, и сам один вступил в борьбу.

Расскажу предельно кратко: с представителем Управления  обе стороны начали с того, что в предписаниях ислама сказано о том, чтобы в каждой общине проповедь должны быть прочитана на том языке, который понятен абсолютному большинству публики. Далее я им объяснил, что тюрков в мире более трёхсот миллионов, и ещё примерно столько же людей из числа арабов, народов фарси, курдов, финно-угров и остальных народов используют наш язык в качестве языка межнационального общения.

В Государственном университете этого города 600 студентов из Туркмении, со слабым знанием русского, но они понимают карачаевский язык. Я с ними постоянно беседую на этом тюркском языке. Из них, как минимум, сто человек  посещают мечеть. Несколько тысяч в республике, прибывших с Узбекистана и Кыргызстана, почти не владеющих русским языком, но они также в общении могут понять наш язык. Невозможно найти таджика не владеющего узбекским, а потому не понимающего карачаевский. Немало прибывающих из Турции османских и карачаевских тюрков, совершенно не владеющих русским языком.

В итоге получается, что в мечети не понимающих проповедь на тюркском языке – единицы, для которых в отдельной, полностью прослушиваемой, комнате есть параллельный с имамом живой переводчик, а при чтении на русском не поймут более ста присутствующих.

В Духовном управлении выслушали с большим вниманием, проявили высокий интерес, задали множество вопросов о тюркском факторе и совершенно без споров согласились издать следующий приказ о восстановлении проповедей на своём родном языке.

В качестве резюме желаю подчеркнуть два обстоятельства:

1.    Почему мы готовы сдаться и согласиться даже там, где вопрос можно решить? Мы ведь обязаны попытаться и  осуществить посильные меры даже там, где почти бессильны.

2.  Из числа русских принявших ислам огромное спасибо, никто не возражает против родного языка коренного народа. Они довольны переводом и изъявляют желание учить наш язык в знак уважения тому народу, на исконной земле которого они проживают.

Возражают те из карачаевских семей, которые перестали быть таковыми; они в советский период добровольно без сожаления потеряли свою самоидентичность. Именно из их среды появляются последователи заблудших сект: кто был готов искать нечто новомодное в своем национальном ориентире, у тех и уверование такое же слабое, что и в нашем священном исламе ищут новомодные пути.

В данном материале речь не столько об одних карачаевцах, сколько автор пытался осветить типично характерное для всех или большинства наших народов. И глубоко надеюсь на понимание читателя.

Хасан ХАЛКЁЧ, Къарачай эли

Редакция AVDET

Автор: Редакция AVDET

Редакция AVDET